Искатель, 2011 №5 - Андрей Ивахненко

том, что рассказывать обо всем этом никому не стоит, ты и сам знаешь. Генерал скоро приедет за ней или меня пришлет, а пока будет лучше, если она носа на улицу не высунет. Договорились?

— Тебя пришлет? — переспросил Митрич. — Разве нету него помощников?

— Ты ведь слышал, о чем они по телефону говорили. Так в чем же дело?.. Ну а мне уже спать пора, за сим откланяться позвольте. Не забудь про нос на улице и калитку держи закрытой. Чего она у тебя нараспашку?

— Если кому надо будет, так те через забор перемахнут — не поленятся... Когда мне ждать тебя или генерала?

— Определенно не знаю, но на днях — скорее всего.

Я приподнял правую руку в знак прощания и отправился в сени за пистолетом.

Вновь оказавшись в чистом поле, я вспомнил о своем телефоне. Точнее, о том, что не включал его с того момента, когда столь нелюбезно оборвал разговор с Яблочком. А девушка наверняка перезванивала мне, и не раз, чтобы выяснить, почему нас так неожиданно разъединили. Я достал трубку, нашел на дисплее ее номер и набрал эти шесть цифр.

Еще раз поздоровавшись, я принялся извиняться перед ней за неких нерадивых служащих телефонной компании, услугами которой я пользуюсь. Я постарался, конечно, быть донельзя убедительным в красноречии своем, но Яблочко в ответ лишь хихикнуло, и я услышал:

— Да ладно вам, Иван Петрович, заливать! Что я вам, первоклассница, что ли? Сами свой телефон отключили, а теперь на операторов собак спускаете... Хотя я могу вас понять: наверняка я прервала какой-то важный разговор. Простите меня.

— Нет, это вы меня простите. Но разговор действительно был очень важный. — В этот момент я оступился и, пытаясь удержать равновесие, едва не выругался прямо в трубку. Найдя наконец точку опоры, я перевел дух и повторил: — Очень важный разговор.

Яблочко удивилось:

— Что с вами?

— Если честно, просто поскользнулся. — Я поведал ей где сейчас нахожусь.

— Завидую вам, — сказала она. — Я люблю побродить поздним вечером. Неважно, где: в поле или по улицам города.

— Так в чем же дело? — буркнул я. — Накинули плащик — и вперед!

— Одной? Нет, одной скучно... Иван Петрович, пригласите меня в ресторан, — неожиданно попросила она. — Он недорогой, и там работает моя хорошая подруга. Обслужат по первому разряду.

— А почему не по высшему? — попробовал я пошутить.

— Я же говорю: ресторан недорогой, — она замолчала. Я понял, что настало время дать ответ на ее просьбу.

Я ответил утвердительно, мы договорились о месте встречи, ненадолго попрощались. А когда я убрал трубку в карман, меня посетила мысль, от которой стало по-настоящему забавно: я все еще не знал имени девушки, получившей от меня приглашение поужинать.

...Машина находилась там, где я ее оставил. Отправляясь в деревню, я не включал сигнализацию. Какого черта! — подумалось мне тогда. Со скрипом устроившись на сиденье, я поинтересовался:

— Ты еще жива, моя старушка? Это печально. Вот если бы тебя угнали, у меня появился бы идеальный повод купить себе новое авто. А так...

Похоже, она сильно обиделась на мои слова, потому что не хотела заводиться после этого аж несколько минут. И только когда я совершенно серьезно пообещал свой «старухе» завтра же ее продать, двигатель машины в последний раз недовольно чихнул и ворчливо заработал. Включив передачу, я поехал к себе в офис, чтобы переодеться и поменять ботинки...

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Встретились мы в центральной части города, близ того самого ресторана. Название он имел, прямо скажем, нестандартное, и, глядя на вывеску, приходилось лишь гадать о том, что хотели сообщить посетителям его хозяева. А вывеска, заливающая классический фасад здания мягкой неоновой акварелью, выглядела так: «Ресторан «???». Разумеется, как только взгляд мой упал на нее, мне сразу захотелось пожать плечами. Что я и сделал, причем незамедлительно.

Знакомый голос за спиной прозвучал неожиданно:

— Когда я в первый раз это увидела, я поступила так же... Здравствуйте, Иван Петрович.

— Можно просто Иван, — улыбнулся я, оборачиваясь. — И, наверное, уже пора нам стать накоротке?

На девушке сидел плащ цыплячьего цвета, не доходивший ей до колен; стройные ноги, обтянутые тончайшим капроном телесного оттенка, были обуты в изящные черные туфельки, на руках — черные же перчатки. Она как-то смешно шмыгнула носом, тряхнула светлыми волосами, стриженными под каре, и весело улыбнулась:

— Я замерзла. Может, все-таки мы зайдем?

После чего уверенно взяла меня под руку.

Заведение действительно оказалось недорогим, и цены в меню вполне соответствовали внутреннему убранству помещения. Обстановка здесь царила почти домашняя: оркестр отсутствовал. Вместо него в дальнем углу зала юноша-тапер плавно перебирал пальцами клавиши фортепиано. Было тихо и уютно. Мне понравилось.

Усевшись за столик, я не успел как следует оглядеться вокруг, а официантка с блокнотом уже выросла словно из-под земли. Приветливо улыбнулась моей спутнице:

— Все-таки надумала! — сказала она, поправляя на груди пластиковую карточку со своим именем. — Долго же пришлось тебя уговаривать. Итак, что будем есть-пить?

— Познакомься, Вера, — Яблочко улыбнулось ей в ответ. — Мой недавний и очень хороший знакомый — Иван Петрович. Если бы не он, ты меня еще долго здесь не увидела бы. — Она посмотрела на меня: — Что закажем?

— Я буду то же, что и ты, но, — я перевел взгляд на Веру, — двойными порциями.

Жестом я предложил девушкам заниматься меню, а сам продолжил знакомство с интерьером и сервировкой столов. Мне показались занятными фужеры на изогнутых ножках. Тонкостенные, с отливом какого-то непонятного оттенка, они были выполнены в форме ветряных мельниц. Лопасти этих «мельниц» «росли» прямо из стенок бокалов, крыш не было в помине. Но это и понятно, в противном случае посуду пришлось бы использовать не для питья, а просто для декора.

— Любопытный ресторанчик, — сказал я, подождав, пока Вера удалится выполнять заказ. — Название меня больше всего заинтересовало.

— Название Вера придумала, — сказанное Яблочком заставило меня слегка удивиться. — Она диплом по социологии пишет.

— Не понимаю.

— Рестораном ее дед владеет, вот она и попросила дедулю. Тот во внучке души не чает, так что любой ее каприз — закон для старика, и он мгновенно согласился понести возможные убытки. Ты только не подумай, что Верка обожает капризничать таким образом. Просто это ей действительно для дела понадобилось, а у деда этих ресторанов... — И медленно прикрытые ресницы дали мне приблизительное представление о количестве тех самых точек общепита.

— Однако чтобы написать диплом по социологии, нужно массу людей опросить. В данном случае это посетители ресторана. Не навязывается же она к ним с интервью.

— Бывает,