Цветы дикой груши - Алеся Георгиевна Кузнецова

— Достаточно, — произнес он спокойно.

Это слово прозвучало не громко, но с интонацией, после которой никто не решается спорить.

— Мы не будем ждать, пока за нас это сделают другие.

Он поднял глаза. Лицо его было собранным, только у виска дернулась тонкая жилка.

— Яромир Петрович, позовите Ирэн Морье и француза. Немедленно.

— Моего кузена зовут Жан Леклэр, — поправила Эва.

— Если за одним столом сидят два профессора, — не обращая внимания на ее ремарку, продолжил Кирилл Федорович, сцепляя пальцы, — то они, смею надеяться, способны решить эту задачку точнее, чем один… районный следователь.

Последние два слова он произнес, едва заметно морщась, словно попробовал что-то горькое.

Наталья Алексеевна подняла на него взгляд. И в нем было что-то непроницаемое. Эва вдруг поняла, что никогда не сможет до конца понять эту женщину.

— Каждый из нас, — продолжил отец Федора, — сейчас по порядку расскажет, где находился в день кражи вечером. Только факты. Время, свидетели, перемещения.

Он перевел взгляд на сына.

— Федор начнет.

Федор едва заметно напрягся, но не отвел глаз.

— Мы не выходим из замка. Никто, — добавил Кирилл Федорович. — До тех пор, пока не поймем, что произошло.

В столовой снова стало тихо. Только теперь тишина была не растерянной, а организованной. И от этого становилось еще тревожнее.

— Ты и сам знаешь, что я перенес вещи в комнату рядом с вами и переночевал там.

— Давай без вот этих «ты и сам знаешь». Я сказал только факты. Пока мы не найдем, кто связан с этим ключом, мы все заперты в этом чертовом замке. Он нахмурил лоб и посмотрел на Тарусова.

— Даже неудобно, что эта свадьба так испортила ваш отпуск.

— Ну… испорченный отпуск я смогу пережить — неприятно рассмеялся математик. — Бывало у нас и похуже… да, Федя?

Эва почувствовала, как под столом Федор снова сжал ее руку, которую до этого держал в своей ладони.

— Факты? Пожалуйста! На ужине мы все были в столовой вместе. Потом я зашел к Эве. Собрал вещи и пожелал ей спокойной ночи. Пошел за тобой, мне казалось, ты был немного… немного взволнован.

Кирилл Федорович поморщился.

— Я вышел подышать перед сном и всего-то. Тебе показалось.

— Ладно, ни тебя, ни мамы я не нашел. Поэтому зашел в свой номер и лег спать.

— Никого не встретил, никого не видел?

— Нет, никого. Хотя, да, ведущего нашего, Андрея. Он спросил, как настрой и сказал, что…

Федор побледнел и зрачки его расширились. Он понял что-то, что пока не понимали остальные.

— Что он сказал? — Заглянув в глаза спросила Эва.

— Что он расставил несколько секретных камер по замку и мы получим свадебное видео, какого ни у кого нет.

— Любопытно, — Кирилл Федорович медленно провел ладонью по лбу. На секунду он закрыл глаза.

— Какая глупость, — брякнул Тарусов. — До чего неприятные бывают эти телевизионщики. — А где именно он поставил их?

— Не знаю. Но из логики, скорее всего в местах, где могут проходить гости…

— Зависит от того, что именно он хотел снять, — вдруг сказала Эва. Алина замерла. Кружка дрогнула в ее руках и, скользнув по пальцам, упала на пол. Тонкий фарфор разлетелся по старинному полу, а на светлых рукавах девушки остались пятна. Тарусов схватил салфетки и стал промокать кофейные пятна на белом трикотаже.

— Простите, я неловкая, — сказала она, улыбнувшись. Пойду переоденусь.

— Не спешите, — в проеме приоткрытой двери стоял Савицкий с Юлей.

— Олег Витальевич, вы вернулись? Есть новости? — Яромир подвинул ему стул. Следователь показал на стул Юле, а сам взял другой от стены и сел тоже рядом.

— Хорошее дело, обсудить детали вместе. Уверяю, здесь много интересного.

В проеме столовой появилась мама Эвы Ирэн с Жаном.

— Яромир Петрович написал, что всех приглашают в столовую. Я так понимаю не на обед.

— Для обеда рановато, тетя Ирэн. — рассмеялся Жан и скользнул взглядом по лицу Юли. Младший следователь покраснела.

— Присаживайтесь, — нахмурился Савицкий и показал ему на стул рядом с Тарусовыми.

— Здесь солнце бьет в глаза, — невзначай бросил француз и передвинул два стула к Юле. Показал Ирэн на крайний, а сам сел рядом с девушкой. Эва подумала, что даже в чужом аду кто-то успевает влюбляться. Она вдруг поймала себя на мысли, что не возражала бы, если бы Юля вошла в их семью.

Эва обвела собравшихся за столом и заметила, как Алина растягивает мокрые от кофе рукава, пряча в них ладони.

— Алина, ты закатай их, через три слоя ничего не почувствуешь, уверяю.

Девушка молчала и Эва встала, чтобы помочь и показать ей. Алина не стала убирать руку. На запястье девушки из-под рукава показалась красивая татуировка розы с надорванными лепестками.

— Какая необычная, — среагировал Жан, сидевший теперь напротив Тарусовых рядом с Юлей.

— И правда, — наклонила голову Ирэн. — Очень красиво.

Савицкий негромко стукнул ладонью по столу.

— Только что в парке обнаружен труп. — Резанул он словами без всяких предисловий и все сразу замолчали. Алина резко натянула мокрые рукава с пятнами от кофе до самых ногтей. Савицкий и Юля одновременно заметили этот жест.

— Но кого убили? — Эва придвинулась чуть ближе к Федору и наклонилась к столу.

— Андрея Рудницкого, вашего ведущего.

— Как?! — вслед за ней сел ровнее Федор.

— Ударился виском о камень. Неудачно упал или… кто-то помог, — поджал губы Савицкий.

Федор в этот момент поджал губы точно так же.

Эва вдруг заметила это совпадение: одинаковое движение, одинаковое напряжение в плечах. Кирилл Федорович сидел неподвижно, только пальцы его медленно постукивали по столу. Тарусов, напротив, наблюдал за всеми с тем выражением лица, которое появлялось у него перед сложной задачей. Алина смотрела в стол.

— Теперь это уже не история про ключ, — тихо сказал Савицкий. — Это дело об убийстве.

Слово повисло над столом и никто не решался ничего больше говорить.

Наконец Кирилл Федорович выпрямился.

— Вы уверены? — спросил он сухо.

— Уверен, что человек мертв, — ответил следователь. — И уверен, что упасть так неудачно можно. Вопрос — почему именно сегодня и в замке, где украден древний артефакт.

— Где его нашли? — спросила Наталья Алексеевна, словно гладя грубое лицо следователя взглядом.

— В нижней части парка. — голос Савицкого стал менее жестким. — Возле каменной лестницы, которая ведет к старому фонтану.

Яромир вздрогнул.

— Там почти не ходят. После реставрации мы закрыли тот участок.

— Закрыли? — переспросил Савицкий.

— Формально. Калитка есть. Но на ней замотана проволока… — управляющий осекся.

— Кто-то размотал — спокойно уточнила Юля, открывая блокнот.

Федор поднял взгляд.

— Кто вообще мог быть там ночью?

Савицкий перевел взгляд