Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

– Теперь я хочу помочь и вам изменить свою жизнь, – сказала она гостям. – Мы можем стать лучше вместе, – закончила она под восторженные аплодисменты.

– И вот бренд здорового образа жизни запущен, – шепнул Чад Рэйчел, когда Рени покинула подиум. – Ты можешь попробовать ее диету и приложение для коучинга всего за двадцать девять и девяносто девять доллара в месяц.

Чад не менее цинично ознакомил Рэйчел с биографиями других инфлюенсеров, сидящих в зале. Всего было полдюжины людей, занимающихся фитнесом.

Он обратил внимание на шикарную блондинку, которую фотографировал мужчина с длинной челкой и в очках с роговой оправой.

– Смотри, как нагло Зои следит глазами за Джонни Мейконом, даже когда ее бойфренд, Instagram-муж, фотографирует ее, – сказал он. – Зои одержима. Причем непонятно, влюбилась она в него или же просто хотела бы, чтобы часть его славы передалась ей. Тем временем парень Зои думает, что если он будет много ее фотографировать, то она будет с ним. Поверь мне, у меня такое было. Она и не подумает.

– А что ты можешь сказать о Мэддисон Логан?

Рэйчел наконец задала вопрос, который хотела задать с тех пор, как начала общаться с Чадом.

– Она – перспективный популяризатор путешествий на колесах #жизньвфургоне, согласись, – сказал Чад и спросил: – Почему ты спрашиваешь о ней?

– Она подруга подруги. Я надеялась, что мы сможем встретиться, но что-то нигде ее не вижу, – на ходу придумывала Рэйчел.

– Я не удивлюсь, если она специально прячется, – заметил Чад.

– Почему?

– Слышал, что она сошлась с Джонни Мейконом. Закончилось все не очень хорошо. Джонни и Рени встречаются, и Мэддисон обвинили в том, что она пытается их разлучить, чтобы поднять свой рейтинг. Итог был жутким.

– Насколько жутким?

– Настолько, что Мэддисон за одну ночь потеряла тысячи подписчиков. Должно быть, уехала зализывать раны. С тех пор ее никто не видел.

Глава 31

Было уже ближе к восьми вечера, когда Джо Мартинес спустился по лестнице в подвал полицейского управления, неся стопку коробок с пиццей. Чтобы каждый мог угоститься, он разложил коробки в длинный ряд на столе в деревенском стиле.

Оперативная группа была создана только накануне, но уже работала как хорошо отлаженный механизм. Группа состояла из двенадцати человек, которых поддерживали аналитики из бюро Квантико и Майами.

Для штаба Мартинес выбрал подвальное помещение городского полицейского управления. В огромном зале были расставлены столы и доски. Принтер спустили вниз и установили в углу. На столе стоял нагреватель с питьевой водой, кружки и пакетики с растворимым кофе и подсластителем.

Агенту предлагали воспользоваться хорошо обставленной, но меньшей комнатой наверху. Там было бы комфортнее. Мартинес все же выбрал подвал, отчасти потому, что тот был просторнее, но в основном потому, что так оперативная группа могла работать отдельно от остального полицейского департамента. Мартинесу так больше нравилось. Так он уменьшал риск утечки информации в СМИ и не давал политикам из полицейского департамента шанса вмешаться в расследование.

За простор и уединение приходилось платить комфортом. Кондиционер дребезжал и скулил, пытаясь поддерживать комфортную температуру и влажность. Стены были увешаны выцветшими плакатами прошлых десятилетий, извещавших об открытом наборе в полицию. Бильярдный стол и доска для игры в дартс на стене, испещренная крошечными дырочками, свидетельствовали о том, как использовалась комната до того, как Мартинес занял ее для расследования дела Мэддисон Логан.

Мартинес взял себе кусок пиццы и направился к своему столу возле бильярдного стола. Пока ел, он набрал номер руководителя группы криминалистов, работавшего на месте преступления.

– Последние новости? – спросил он.

– Мы собираемся вытянуть тело. – Руководитель группы старательно перекрикивал рев генератора. – Через час или около того мы сфотографируем потерпевшую и снимем отпечатки пальцев. После этого отправим тело в морг и закроем здесь всё на ночь.

Мартинес почувствовал облегчение оттого, что операция по извлечению тела из лужи грязи наконец-то завершалась. Он надеялся, что скоро они узнают, совпадают ли отпечатки пальцев и группа крови жертвы с отпечатками и группой крови с пятен, найденных в фургоне Мэддисон.

Окончательные результаты анализа ДНК станут известны только через несколько дней. Обычно в таких случаях, чтобы подтвердить корректность идентификации, брали ДНК у родственников жертвы и сравнивали их с ДНК потерпевшего. В данном случае у них не было возможности связаться с родственниками Мэддисон, поскольку они не знали ее настоящей личности.

Чтобы убедиться в том, что тело, найденное в грязи, действительно принадлежало Мэддисон, им приходилось сравнивать ДНК жертвы с ДНК, найденной в фургоне. Уже одно это замедляло процесс, потому что криминалистам нужно было найти среди вещей пропавшей ДНК, которая с большой долей вероятности принадлежала бы именно Мэддисон. Им не удалось найти ДНК на ее зубной щетке. Очевидно, она тщательно вымыла ее после того, как почистила зубы в последний раз. Пришлось искать другие варианты.

Мартинес позвал всех к своему столу, как только они закончили с пиццей. Он взял в руки копию карандашного рисунка похожего на гота подростка, который тюремная охрана сфотографировала в дневнике Теренса Бейли во время обыска в его камере ранее в тот же день.

– Есть какие-нибудь новости о ее личности? – спросил Мартинес, коснувшись рисунка подростка-гота с короткими темными волосами и лентой-чокером с символом бесконечности на шее.

– Пока ничего, – ответил агент, которому было поручено сверить рисунок с фотографиями пропавших. – Карандашный набросок сложно пробить по базе данных пропавших людей.

Мартинес догадывался, что это может стать проблемой. Набросок скорее был интерпретацией художника, чем точным изображением девушки. Кроме того, поскольку набросок был сделан карандашом, они не знали ни цвета ее глаз и кожи, ни приблизительного веса и роста. Эта информация значительно сузила бы круг поиска по базе данных.

– Поговорите с местными полицейскими наверху. Может, кто-то вспомнит, вдруг в прошлом заявляли о пропаже девушки, одетой как гот.

– Возможно, она одна из приемных сестер Бейли, – сказал другой агент. – Теренс Бейли часто менял приемные семьи.

– Составьте список всех приемных родителей Бейли. Свяжитесь с каждым из них и спросите, узнают ли они девушку на рисунке. Покажите им фотографию Мэддисон. Может быть, они ее узнают.

– Почему рисунок так важен?

– Если мы сможем доказать, что Теренс Бейли нарисовал портрет пропавшей, это может быть расценено как признание его причастности к ее исчезновению, особенно если на его рисунке есть вещи, которые так и не стали известны общественности, например пирсинг. Возможно, так мы сможем убедить судью отложить его освобождение или, по крайней мере, выдать нам ордер на слежку за ним,