Убийство в ирландской деревушке - Карлин О’Коннор

Шивон встала:

– Это не так! Джеймс и капли в рот не брал почти полгода.

– Но не вчера, да? Вчера он снова взялся за старое.

– Вам вообще не стыдно за своего сына? – Шивон не хотела так нападать на Мэри, но отвращение оказалось сильнее.

– Что ты сказала?

– Вы даже не попрощались с ними на похоронах. Мне все равно, как бы сильно вы ни любили своего сына, мои родители такого не заслуживали.

– Да, – сказала Мэри внезапно очень тихо. – Не заслуживали. И я приходила с ними попрощаться. Просто не в тот момент, когда на меня были бы направлены взгляды всех соседей, мол, вот она, виновница.

– Что?

– Всегда во всем виновата мать, да?

Шивон опустила взгляд:

– Я не обвиняю вас в том, что сделал Билли. Ма и па тоже не стали бы вас винить. И если это дело рук Джеймса, он должен отвечать перед законом. Я просто прошу дать гарде выполнить свою работу и не обвинять моего брата в убийстве, пока они не закончат.

– Сядь. – Мэри указала на стул. Шивон опустилась на самый краешек.

По щекам женщины бесшумно потекли слезы, и их вид окончательно обескуражил Шивон. Она настолько погрузилась в свой гнев на Мэри Мерфи, что забыла, что она тоже человек. Шивон захотелось взять ее за руку или погладить по плечу, но девушка понимала, что жалость будет встречена плохо.

– Мы с Найлом столкнулись в веломагазине, он сказал, что хочет поговорить со мной о Билли. – Слова вылетели изо рта Шивон прежде, чем она успела их обдумать. Но она должна была узнать, что известно Мэри Мерфи. У нее были такие же безумные идеи, как у Найла?

Мэри перевела взгляд на девушку и несколько мгновений смотрела ей прямо в глаза. Вызов. Мэри Мерфи смотрела на нее с вызовом.

– Когда ты хочешь все это организовать? – спросила женщина. – Надо будет с отцом Кирни поговорить.

– Да, конечно. Когда вам будет удобно.

– И где это будет?

– В бистро. Мы там всех накормим.

– Там, где нашли тело моего мальчика?

– Нашли, именно. Не убили. И за тот столик я никого не пущу. Мне кажется, было бы здорово, если бы все желающие оставили там свечи, фотографии, теплые пожелания и все такое.

– В смысле – не убили?

– Я думаю, что Найл был убит в другом месте. Мне кажется, его туда принесли. Ну, после. Простите.

– Почему ты так думаешь?

– Потому что вокруг было мало… – Шивон остановилась. Зря она это начала. – В саду была мятая трава, словно там кого-то протащили. – Такие слова звучали не лучше.

Жутко было это все, как бы сильно человек ни старался говорить вежливо.

– Ясно, – сказала Мэри, туша сигарету.

– Мне кажется, что кто-то пытается подстроить все так, будто это сделали мы. Кто-то хочет нас подставить.

– И зачем кому-то это делать?

– Замести следы после убийства? – Мэри вздрогнула, Шивон снова прикусила язык. – Извините. Я думаю, этот кто-то считал, что нас станут подозревать из-за того, что произошло в прошлом году.

И из-за того, что несколько дней назад Найл посмел потребовать с меня десять тысяч евро, чтобы обелить имя Билли. Но никого больше в магазине тогда не было. Кому Найл мог рассказать и зачем? Или его убили, потому что он пытался вытянуть деньги из кого-то еще, прибегая к обману?

– Билли даже не сможет приехать на похороны брата. Представляешь?

– Вы знали, что Найл говорил со мной о Билли? Он вам не рассказывал?

Мэри Мерфи достала из пачки вторую сигарету.

– Найл был взрослым парнем. Он не докладывал мне, что и кому говорит. Но он был хорошим братом. И хорошим сыном. – Голос Мэри стал громче. Она ткнула пальцем в Шивон. – А твой брат убил его. Найл не заслуживал такого конца.

– Это был не Джеймс.

– То есть он всю ночь был дома? Ты это хочешь сказать?

– Говорят, они той ночью повздорили с Найлом. Хотя удары явно принимал Джеймс…

– Нахалка.

– На лице Найла следов драки не было, – выпалила Шивон.

Не сдержалась. Но это было правдой. Если ругань между Джеймсом и Найлом перешла на следующий уровень и они стали драться, то удары наносил точно только Найл. Не было ли у него опухших костяшек? Или каких других доказательств, что он бил Джеймса? Шивон решила уточнить это у Макдары. От обсуждения теорий с Мэри Мерфи ничего хорошего не будет, так что Шивон быстро вернула разговор к теме сбора средств:

– Когда вы хотели бы устроить сбор средств?

– Можно в воскресенье после мессы, – сказала Мэри Мерфи.

– Прекрасно, – сказала Шивон. – Я поговорю с отцом Кирни, он поможет распространить вести.

Мэри Мерфи даже не стала вставать, чтобы открыть дверь.

– Не трать свой хлеб на таких, как я, – сказала она Шивон в спину. – Мне он никогда не нравился.

Девушка сжала челюсти и взяла тарелку с хлебом. Придется его выбросить; запах сигарет уже не выветрится. Шивон снова направилась к двери.

– Передавай привет Гранье, – нежно пропела Мэри.

Шивон замерла, будто ее окатили ведром ледяной воды.

– Что?

Губы Мэри Мерфи медленно растянулись в улыбке. Это было самое жуткое зрелище, что Шивон когда-либо доводилось видеть.

– Она такая милашка. Поблагодари ее от меня, ладно?

Несколько мучительных секунд Шивон не могла заставить себя ни моргнуть, ни даже сделать вдох.

– Поблагодарить за что?

Мэри Мерфи просто продолжала улыбаться, глядя Шивон в глаза. У девушки по спине пробежал холодок.

– В воскресенье? – сказала Мэри. От нежного певучего тона не осталось и следа.

– В воскресенье, – выдавила из себя Шивон и вылетела из дома. Если бы она задержалась там хоть на секунду, ее пальцы обязательно сомкнулись бы на тощей шее Мэри Мерфи.

Глава 15

Деклан О'Рурк стоял, прислонившись к барной стойке, и смотрел регби на новом современном телевизоре, который установили всего пару месяцев назад. Шивон больше нравилось разглядывать постеры фильмов на стенах и награды Шеймуса за победы в гонках, которые Деклан держал на верхней полке стеллажа. Одиннадцать наград – впечатляющая коллекция. Только вот одного не хватало; от этой мысли у Шивон закололо сердце. Прошлый год. Шеймус отказался от гонок за два дня до события, чтобы помочь О'Салливанам после аварии. Может, было хорошо, что она не поехала в колледж. Она не могла представить, чтобы соседи в Дублине могли заботиться друг о друге.

Шивон бросила взгляд на экран и вздохнула. Оставалось лишь надеяться, что она