Кот в пальто - Евгения Владимировна Малинкина

его душе поднималась буря чувств, которую он отчего-то не мог контролировать. Обычно Кирилл всегда знал, чего хотел, знал, как добиться желаемого, но теперь он был растерян не меньше Даши. Никогда до сих пор он не ведал такой тяги к кому-либо. Для него это было необъяснимо и пугающе.

Женщины его любили, а он позволял любить, не впуская никого из них в своё сердце. Как это было с Альбиной: он проявлял заботу, но только из вежливости или долга, потому что так нужно, так принято, так его воспитали. Поэтому и её измену он воспринял только как факт, заключавшийся в том, что они разъедутся. Ничего не дрогнуло в душе.

Сейчас он смотрел на эту хрупкую и немного смешную девушку, которая, кажется, вовсе не собиралась его заарканивать, как это почти всегда случалось с женщинами в его окружении, положившими на него глаз. Даша была такой простой, немного неуклюжей и оттого такой беззащитной, что ему хотелось прижать её к себе и не отпускать. Но вот какая штука. Он вдруг оробел. Его пугали собственные чувства, доселе никогда им не испытываемые.

Даша, кажется, даже не догадывалась о буре эмоций, которая царила в душе гостя, сидевшего на её кухне в ожидании финского супа.

Она нарезала хлеб. Забыла достать ложку! Достала. Поставила чайник.

Он заметил висящий у неё на спине ярлык. И непонятно откуда взявшийся острый приступ нежности и какого-то грядущего безудержного счастья опустился на него. Он и сам не понял, как это произошло, но представить, что сейчас он должен будет вернуться в офис и вообще как-то жить без неё, было невозможно.

Даша поставила перед ним тарелку и пододвинула нарезанный хлеб. Потом взяла телефон и набрала тётушкин номер.

– Опять вне зоны, – растерянно сказала она. – Надеюсь, с ними ничего не случилось.

Он посмотрел на неё как-то задумчиво.

– Давайте сделаем так: через пятнадцать минут я должен быть в офисе, мне нужно минут двадцать, чтобы уладить кое-какие дела. Потом, если у вас нет возражений, мы можем вместе поехать в Новолисино.

* * *

Он ушёл. Даша сняла платье.

«Ценник забыла отрезать. Надеюсь, он не заметил».

Она переоделась в джинсы и свитер, чуть подкрасила глаза и собрала волосы в хвост.

Минут через пятьдесят, когда Даша пыталась сделать вид, что редактирует рекламные объявления, а на самом деле в сотый раз перечитывала одну и ту же строчку, Кирилл заехал за ней. Она села к нему в машину, в салоне витал слабый и такой приятный аромат с древесными нотами.

Дашу беспокоило данное тому человеку обещание поговорить с его внуком. Вероятно, говорить о таких вещах, пока Кирилл ведёт машину, – не самая лучшая идея, но она опасалась, что ей больше не представится такой возможности. И Даша решилась.

– Кирилл, мои слова могут показаться вам странными, но мне нужно, чтобы вы выслушали меня, не прерывая.

Он посмотрел на неё и кивнул.

– Иногда я вижу то, что не могут видеть другие. Пару недель назад на Стрелке Васильевского острова я увидела мужчину. Сначала я подумала, что это живой человек, и даже пыталась его спасти от наезда троллейбуса, но потом оказалось, что я вижу его одна, я вижу призрака. Не подумайте, я не сумасшедшая.

– Я так не думаю.

– Этот человек попросил меня рассказать вам семейную историю. Он назвался Михаилом. Это ваш дедушка.

Кирилл бросил недоверчивый взгляд, но промолчал.

Даша решила больше не смотреть на реакцию Кирилла, а сконцентрироваться на истории, которую хотела передать. Она закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться и вспомнить всё, что услышала от того человека.

Кирилл внимательно слушал и не понимал, как ему относиться к этой информации. Даша рассказывала о таких вещах, о которых невозможно было прочитать где-нибудь в интернете. Они касались его деда, о котором он много слышал от отца. Но не всё. Ворох недомолвок не давал заглянуть в прошлое. Есть то, о чём в семьях не принято говорить. Что-то постыдное. Кирилл не знал о семье деда, о его боли, предательстве отца, о том, как умерла его мать и что случилось с его сестрой. Умерли. Все умерли. Некого спросить. Лучше не знать? Но от незнания в душе лишь пустота. Знать нужно. Теперь словно часть его самого наконец прирастала на место.

– Ваш дедушка хотел, чтобы я передала вам слова любви, которые он не смог сказать жене и сыну, когда был жив, а ещё… – Даша замялась, – он просил спасти вас. Попросил быть с вами рядом. Возможно, он думает, что вам и вашему сыну угрожает опасность? Он просил спасти его внука и правнука.

Кирилл молча смотрел на дорогу. Ему было трудно говорить. Он верил и не верил, хотя в глубине души чувствовал, что это правда. Было только одно «но», и сейчас ему не хотелось об этом думать.

Они проехали дубовую аллею и свернули на подъездную дорожку. Ворота плавно открылись, машина въехала на участок и остановилась на специальной площадке недалеко от дома.

Кирилл посмотрел на Дашу. За какие-то несколько дней эта девушка принесла в его жизнь целую гамму разнообразных чувств и эмоций.

– Спасибо, Дарья, я даже не знаю, как мне вас благодарить за рассказ. – Он дотронулся до её руки.

– Я не знала, как вы к этому отнесётесь, но не могла не рассказать, потому что обещала вашему деду.

– Спасибо.

Они вышли из машины и пошли по гравийной дорожке к крепкому деревянному одноэтажному дому в скандинавском стиле.

Кирилл попросил его подождать в гостиной и через пару минут вышел переодетый в джинсы и куртку. Даша оставила свою сумку в кресле, взяв с собой только телефон. Она уже в который раз безрезультатно набрала тётушкин номер.

Они направились в дальний угол огромного участка, куда ушли кладоискатели.

Участок был очень ухоженным, и, несмотря на только начинающееся весеннее тепло, по обеим сторонам дорожки распустились первые цветы. Кусты, деревья, камни, фонари – всё находилось в каком-то очаровательном оцепенении в ожидании тепла и солнца. Без ландшафтного дизайнера точно не обошлось.

Дальний угол участка, отгороженный забором, был расположен на невысоком холме. Они прошли через калитку и оказались на изборождённой тяжёлой техникой почве. Взрытая колёсами земля после недавнего дождя превратилась в грязь. Вот где Пётр умудрился упасть.

Этот участок был куплен Кириллом недавно, там велись работы и были обнаружены остатки дореволюционного фундамента.

Даша узнала расположение домов, точно так же они были обозначены на карте Петра.

Участок поднимался вверх, туда, где на самой его высокой точке росли сосны, потом