Тайна трех зеркал - Анна Александровна Завгородняя

– Нет, ваше сиятельство. Простите меня великодушно, но я не меняю своих решений.

Она медленно встала. Улыбка на ее лице погасла, и женщина лишь покачала головой. Мне показалось, что она желает сказать мне много неприятного, но графиня удержала свои эмоции. Собой она владела просто великолепно.

– Жаль, – только и проговорила Явлонская.

Я тоже поднялась.

– Позвольте, я лично провожу вас.

– Будьте так любезны, – ответила маг, и вместе мы покинули гостиную, показавшуюся мне уже не такой уютной, как прежде, до нашего с графиней разговора.

* * *

– Хорошо, что я застал вас здесь!

Лехно пересек кабинет, лавируя между башнями из книг, и занял место во главе стола, взмахнув рукой, чтобы Горич и еще один сотрудник отдела присели.

– Сначала хочу спросить: что вам удалось узнать о нашей жертве? – спросил Станислав Иванович и, лениво смахнув со стола какие-то книги, положил на него локти, нервно сжимая и разжимая пальцы, сцепленные в замок.

Милош покосился на второго сотрудника, кивнул ему и ответил:

– Наши подозрения подтвердились. Эта девушка и есть Серафима, пропавшая гувернантка госпожи Беловой.

– Вы узнали что-нибудь еще? – продолжил допрос Лехно, а когда горец выразительно покосился на мага по соседству, махнул рукой и добавил: – Это наш лучший светлый маг в отделе. Кстати, знакомьтесь, господа. – Он кивнул на Милоша, назвал его по имени и фамилии, затем представил незнакомца: – Никита Аресьев. С сегодняшнего дня он поступает под ваше руководство, Горич. Кстати, именно он отыскал нам еще одну погибшую. Так что можете говорить при нем откровенно. И да, завтра вам с Вяземской следует проверить версию о жертве нашего таинственного мага.

– К вашим услугам, – проговорил Аресьев, и Милош кивнул, смерив своего подопечного взглядом.

Это был совсем молодой мужчина, лет двадцати пяти, приятной наружности, явно благородных кровей. Он был атлетически сложен и просто излучал светлую магию, которая пробуждала внутри самого Милоша естественное отторжение. Вернее, не в нем самом, а в его силе, которой не нравилось соседство светлого.

– Итак, я жду, когда вы огласите результаты, если таковые есть, – повторил Лехно, и джарганец рассказал ему все, что увидели они с Лизой.

Как и ожидалось, особенно заинтересовала старшего следователя история с магией жизни.

– Вот как? Это многое объясняет и объединяет все жертвы. По крайней мере, я на это надеюсь. Если у Елизаветы Павловны получится доказать, что вторая жертва тоже владела этой силой, то у нас появится зацепка. – Мужчины переглянулись, и Лехно продолжил: – Итак, завтра отправляйтесь с Вяземской по адресу, который укажет Аресьев. Я надеюсь получить положительные результаты от вашей поездки. Нам надо раскрыть это дело, потому что до царя уже дошли слухи о серии убийств. Ума не приложу, как просочилась информация, но боюсь, что нам стоит ожидать уже завтра эти новости во всех газетах столицы.

– Рано или поздно это произошло бы, – проговорил Горич, поднимаясь со стула.

– Уж лучше бы позже, – вздохнул Лехно. – А я пока попытаюсь разобраться, кто в нашем отделе сливает информацию. Крысу надо поймать во что бы то ни стало. – Он кивнул подчиненным: – Господа, вы свободны. И жду результатов от вашей завтрашней совместной работы.

Милош переступил через горку книг по темной магии, выделив верхнюю, «Редкие магические заклинания. Темные проклятия» под редакцией С. С. Молчанова.

– Вы позволите? – спросил он, наклоняясь и поднимая книгу.

– Что? – удивился Лехно и, лишь заметив, что именно просит у него джарганец, сказал: – Берите, Милош. Но уверяю вас, там нет ничего любопытного.

– Я почитаю… перед сном, – криво улыбнулся горец и первым покинул кабинет старшего следователя.

Спустя секунду его на лестнице догнал Никита.

– Во сколько завтра встречаемся, господин Горич? – спросил он.

– В восемь, как и положено. Я буду в отделе с семи утра, но Вяземская прибудет точно к часу открытия.

– Я наслышан о вашей практикантке, господин Горич. Станислав Иванович очень хвалил девушку.

– И поверьте, не зря. Впрочем, в этом вы скоро убедитесь и сами, – закончил Милош и, кивнув на прощание новому подчиненному, спустился в холл.

* * *

Отец пошел мне навстречу, и несколько слуг отправились в новый дом, чтобы привести в порядок хотя бы первый этаж. Я хотела поехать с ними, но матушка, и без того недовольная моим разговором с графиней, принялась тоном обиженного ребенка сетовать мне на то, что я совсем забыла о правилах этикета и что не имею права покидать семью, когда ожидаются такие важные гости. Под «важными гостями» подразумевались Уваровы. И почему только я не удивилась?..

– Боги, я скоро забуду, как ты выглядишь, Лиза, – сказала мать. – Ты целыми днями пропадаешь на своей практике, да еще и возвращаешься бледная как смерть. Тебе просто необходимо немного развеяться, а слуги уж как-нибудь обойдутся и без тебя. На то они и слуги, чтобы выполнять поручения хозяев. За это мы им платим.

Матушка сделала ударение на последнем слове, и я невольно вздохнула.

– Хорошо, – сдалась я, признав свое поражение. – Но только на этот раз. Завтра я сама поеду и буду руководить уборкой.

– Мы отправили в родовое гнездо старшего дворецкого, – поддержал матушку отец.

Маша счастливо улыбнулась и, приблизившись ко мне, так тихо, чтобы не услышали родные, шепнула:

– Лиза, если тебе не нравится Николай, пусть он достанется мне!

Я удивленно посмотрела на сестру и вдруг поняла, что она говорит об этом совершенно серьезно. И что самое главное, внутри у меня ничто не дрогнуло. Ни намека на ревность или на нечто подобное. Мне было все равно. Николай для меня как был, так и остается всего лишь другом. А друзей не ревнуют.

– Ты ведь не против? – уточнила Маша и захлопала ресничками, как одна из фарфоровых кукол, которые до сих пор занимали одну из полок ее спальни.

– Я не против, – заверила я сестру.

– О чем вы там шепчетесь? – насторожилась мама, чуя неладное.

– Обсуждаем, что такое особенное надеть к ужину, – тут же нашлась Маша.

Отец излишне внимательно поглядел на нас, явно заподозрив заговор.

* * *

Смена на заводе давно подошла к концу, но Иван задержался, чтобы закончить работу, и за ворота вышел в числе последних. Сторож, заступивший в ночную смену, приветливо кивнул молодому работнику и закрыл за ним дверь.

Некоторое время Иван шел не один, но на развилке у реки он свернул в сторону моста, чтобы попасть на другую сторону города, и дальше продолжил путь уже наедине с самим собой. Тускло мерцала луна, затянутая дымкой тумана. Магические фонари