Черный автобус. Мистика Ленинграда - Сергей Седов

башней, он начал вновь на ощупь подбирать кнопки на механическом замке. Остальные поспешили за ним. Дима начал светить фонариком прямо на кнопки замка. Пальцы Миши путались и, не уловив силу своего нажатия, Мише приходилось нажимать одни и те же кнопки по несколько раз. Рация вновь взвыла:

– Днепровский переулок.

Ребята в панике начали прижиматься друг к другу, случайно наваливаясь при этом на Мишу.

– Да не давите вы, ну! – взмолился в отчаянии Миша.

В арке раздалось эхо приближающегося мотора, сопровождающееся странным поскрипыванием. Убедившись в правильной комбинации цифр, Миша наконец-то отщелкнул замок и, резко открыв дверь на себя, крикнул:

– Готово!

Без лишних споров и обсуждений вся толпа тут же ввалилась в темноту, закрыв за собой дверь. Сидя в полной тишине, они перестали слышать то, что происходит снаружи. Вслушиваясь в полную тишину, они неожиданно вздрогнули, когда рация в очередной раз завыла и с треском объявила:

– Академический переулок.

Миша с шумом выдохнул, остальные все еще не могли поверить происходящему и не издавали ни звука. Рация вновь затрещала:

– Набережная лейтенанта Шмидта…

– Бежим, – сказал Миша и открыл дверь. – Бежим пока не поздно, он явно уходит дальше!

Не ожидая больше особого приглашения, ребята с шумом вывалились из пристройки и в панике побежали в сторону арки. Пробежав под мрачными сводами, ребята выскочили в Днепровский переулок и побежали в сторону Большого проспекта. Лишь добежав до перекрестка, они заметили, что все светофоры, находившиеся в поле их зрения, мигали красным огнем, а на улице не было ни единого прохожего и ни одного автомобиля. Первым на это обратил внимание Миша:

– Вы видите? Видите?! Светофоры опять не работают! Ни одного прохожего на улице!

– Может, просто уже поздно и все дома, – растерянно предположил Лешка.

– Нет! – замотал головой в ответ Миша. – Нет, здесь что-то не так, я вам точно говорю.

– Ладно, – резко оборвал их Дима. – Какого черта встали? Валим быстрее по домам.

– А вы проводите нас? – как-то особенно жалостливо спросила Маша.

Леша на секунду замер и тяжело вздохнул, понимая, что им придется это сделать, хотя ему этого явно не хотелось. Миша откинул кепку на затылок, вытер капельки дождя со лба и вдумчиво проговорил:

– Разумеется. Сначала мы все втроем проводим вас, а потом уже сами разбежимся по домам.

– Мы недалеко живем, – вставила Таня. – Во дворах напротив школы.

– Хорошо, – ответил Дима. – Леха, рация работает?

– Да, – ответил Леша, на всякий случай заглянув за пазуху. – Тишина.

– Отлично, – продолжил Дима. – Главное, чтобы мы услышали, если он опять появится в эфире. А теперь бегом марш, нечего тут стоять!

Ребята, как по команде, согнули руки в локтях и легкой трусцой побежали в сторону метро. По пути им ни разу не попались прохожие, казалось, что весь район находится на карантине. В небе то и дело сверкали совсем не типичные для осеннего Ленинграда молнии, но грома при этом больше не было слышно. По лицам ребят бил мелкий дождь. Когда компания добежала до перекрестка возле метрополитена, то остановилась у перехода, чтобы восстановить дыхание.

– Куда дальше? – спросил явно измотанный Леша.

Таня, которая держалась во многом лучше покрасневшей от пробежки подруги, указала на здания через дорогу:

– Там… там во дворах мой дом в новостройке, а Маша живет чуть дальше… возле бомбоубежища.

– Отлично, – сказал Дима, – двигаем дальше!

Подгоняя своих друзей, он с опаской оглядывался по сторонам, но ни автомобилей, ни прохожих на улице по-прежнему не было. Лишь красные огни на светофорах с дальних перекрестков мигали, словно сигналы множества маяков в море. Перебежав дорогу, компания сразу же нырнула в проход за киосками и оказалась в новой сетке дворов. Дойдя уже пешком до двора, в котором жила Таня, компания остановилась.

– Здесь… – все еще восстанавливая дыхание, проговорила Таня. Сняв со спины школьный рюкзак, она достала листок бумаги и ручку, а затем спросила: – Леша, можешь мне дать свой телефонный номер?

– Зачем? – удивленно переспросил Леша.

– Чтобы в любви признаваться, идиотина, – с серьезным лицом ответила Таня. – Хочу убедиться, что все доберутся до дома. Позвоню через двадцать минут каждому из вас. Мишин и Димин номера узнаю у Леши, если вы не против.

– Не против, конечно, – ответил Дима.

– Триста двадцать три, ноль-ноль, тридцать два, – продиктовал Леша, пока Таня записывала номер на клочке бумаги.

– Ну вот и славно, – продолжила Таня. – А теперь всем спасибо, всем пока, было весело, но я к себе домой, там как-то поспокойнее будет.

Ребята попрощались с Таней и отправились провожать Машу, которая жила в соседнем дворе. Пройдя через узкий проход с гаражами и многочисленными арками, они вышли к старому бомбоубежищу.

– Я здесь живу, – проговорила все еще испуганная и покрасневшая от пробежки Маша. – Спасибо вам большее, доброй ночи!

– Пока, – одновременно проговорили парни и переглянулись.

– И что теперь? – спросил Леша. – У меня рация, мы с Димой обратно к метро, а ты?

– Я спокойно доберусь, – ответил Миша, – а если что-то появится, то я легко скроюсь во дворах и проберусь тайком до дома.

– Хорошо, мы в тебе не сомневаемся, – ответил Дима.

Спокойным шагом ребята пошли к хорошо знакомой им арке, которая выходила прямо напротив школы на Шестую линию. Выйдя на линию, они еще раз переглянулись и, попрощавшись, разошлись в разные стороны. Миша перешел на легкий бег. Добежав до угла Шестой линии и Малого проспекта, он остановился, чтобы осмотреться вокруг. Светофоры все так же мигали красным светом. А на противоположной стороне Малого проспекта стоял один-единственный человек. Кажется, это был пожилой мужчина, который внимательно смотрел на Мишу. Мальчик вновь съежился, почувствовав что-то крайне неприятное и опасное, но не сделал ни шагу. Темный силуэт незнакомца продолжал стоять под дождем и смотреть на Мишу. В небе опять сверкнула молния, но грома за ней так и не последовало. Еще через мгновение незнакомец сделал шаг и направился через дорогу в сторону Миши. Не размышляя ни секунды, Миша рванул изо всех сил к своему дому. Всего лишь сто метров, и двухэтажный балкон на фасаде его родного дома уже был над его головой. Нырнув под арку, Миша, не оглядываясь, заскочил в свою парадную, взлетел по лестнице и, вставив ключ почти на ходу, пулей влетел в квартиру, захлопнув за собой дверь. Лишь на пороге, стоя в кепке и пальто перед зеркалом, Миша почувствовал, что напряжение спало, а его руки начало слегка потряхивать от страха. «Ну хорошо, что хотя бы не перед девчонками», – подумал Миша и глубоко вдохнул, потирая уставшие за день глаза.

– Что-то случилось? – настороженно проговорила мама,