Убийство в ирландской деревушке - Карлин О’Коннор

– То есть ты не видел самой драки между Найлом и моим братом?

– Нет. Они остыли. Мы все решили, что они успокоились. Янки поговорил с Найлом. После этого он вроде пришел в себя.

– Ночью кто-то избил моего брата, – сказала Шивон. – Если не Найл, то кто это был?

– «Джемесон», – сказал Деклан. – Этот виски – самый верный кандидат.

– Помимо виски. Кто-то хорошенько ему врезал, и не раз. Джеймс весь в синяках. – И в крови. – Макдара уверен, что это был Найл.

Деклан вздохнул:

– Ну, подраться им и правда хотелось.

– Пожалуйста, не пойми меня неправильно, – сказала Шивон, – но было бы лучше, если бы ты не стал обслуживать Джеймса. Он почти полгода продержался. Ему должны были вручить значок.

Деклан вздохнул:

– Это худшая часть моей работы. Мне не меньше твоего хочется, чтобы он не пил, милая, но я ведь не имею права отказывать взрослому человеку в покупке. Но после криков я перестал ему наливать. Если он пил после этого, то точно не здесь. Я дал ему понять, что тут ловить нечего. Уж как он разозлился…

Отлично. Просто отлично.

– Он ушел? Может, пошел искать, где ему нальют?

– Если и пошел, я не знаю куда. Меня это, честно говоря, не сильно заботило, мне было важно, чтобы он тут больше не дебоширил. Шеймус предложил отвезти его домой, но Джеймс послал его куда подальше.

Боже. Трезвый Джеймс ни за что не стал бы с ним так разговаривать.

– Говоришь, Найл с Джеймсом орали друг на друга. Из-за чего? – У Шивон были свои догадки, но нужно было убедиться.

– Я не вслушивался. Когда парни ругаются, это, как правило, из-за земли, девчонок или денег. Или всего сразу.

Шивон вздохнула:

– А во что Найл был одет?

– В детективы записалась?

– Извини. Просто Макдара говорит, что Джеймс – главный подозреваемый. Пьяный он был или нет, он не мог этого сделать. Когда я нашла Найла, он был в костюме.

Брови Деклана вновь поползли вверх.

– Костюм? – Шивон кивнула. – Ну, не могу сказать, что на нем было, но это точно уж был не костюм.

Шивон снова кивнула. Так она и думала, хотя ответов, по сути, не получила. Скорее наоборот – чем больше вопросов Шивон задавала, тем меньше она понимала, что вообще происходит.

– Ты мог представить, что у нас в Килбейне такое приключится? – спросила она.

– Вообще не мог, – сказал Деклан. – А обычно убийство – дело рук мужа или жены.

– Найл не был женат.

– Да, так что тут это не аргумент, – согласился Деклан. Шивон перевела взгляд на Деклана, затем – на то, что было у него за спиной, и заметила баннер со словами «С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ», скрученный, словно его только что сняли.

– Брайди устраивала Шеймусу вечеринку? – спросила Шивон.

Было немного обидно, что ее не позвали, но, может, они хотели отметить день рождения в узком кругу.

Деклан обернулся на баннер и покачал головой.

– Нет, он тут уже месяц или два.

– А…

– Было бы забавно, если б это было для Шеймуса.

– Почему?

– У него день рождения в декабре.

Шивон выпрямилась:

– Ты уверен?

– Конечно. Он каждый год жалуется, что между Рождеством и Днем святого Стефана всем не до того, и его забывают[6].

Шивон усвоила ценный урок. Может, больших тайн хозяева пабов и не выдают, но иногда от них можно было получить очень важные и интересные детали. Деклан даже не подозревал, что только что помог Шивон уличить кое-кого во лжи.

День рождения Шеймуса в декабре. Тогда почему Брайди сказала, что готовит ему сюрприз на день рождения? Что они с Найлом делали тем утром на самом деле?

Глава 16

Шивон вернулась в бистро, нагруженная несколькими пакетами продуктов. Можно было уже начинать подготовку к сбору средств. Шивон чувствовала, что если не займет себя каким-то делом, то точно сойдет с ума. Энн, Киран и Оуэн играли наверху, а Джеймс и Гранья о чем-то разговаривали в столовой. Судя по всему, они ругались. Шивон вздохнула. После убийства Найла весь город был как на иголках, но пора было Шивон наконец добиться правды от Граньи. Если сестра что-то еще скрывала, надо было как можно скорее это выяснить. Шивон торопливо разложила продукты по местам, после чего подошла к шушукающейся парочке.

Джеймс замолчал, стоило сестре войти в комнату, а Гранья отвернулась, но Шивон успела заметить, что она плакала.

Девушка решила взять дело в свои руки. Она повернулась к Гранье и прямо спросила:

– Что было между вами с Найлом?

– Опять? – Гранья бросила гневный взгляд на Джеймса.

– Вы с ним… вы встречались? – Шивон было противно даже задавать этот вопрос.

– Нет! – Гранья вскочила с места.

Шивон опустила сестру обратно на стул. Она перевела взгляд на Джеймса:

– В телефоне что-то было?

Он покачал головой.

– Вот видишь, – сказала Гранья.

– Ты просто все удалила, – сказал Джеймс.

– Хватит уже нас обманывать, – сказала Шивон. – Признавайся, в чем дело. Потому что со стороны все выглядит так, будто ты потеряла любовь всей своей жизни.

– Он был слишком старый для меня. – Гранья закатила глаза.

– Я только что была у Мэри Мерфи. Она сказала передать тебе привет. Тебе, Гранья. С чего вдруг ей это делать?

Гранья пожала плечами. Шивон всплеснула руками:

– Джеймс тебя защищает. А его вообще-то могут и в тюрьму посадить.

– Не дави на нее этим, – сказал Джеймс. – Я сам виноват, что напился, дал Найлу меня разозлить.

Прекрасное лицо Граньи было бледно-серым, как пепел. Но Шивон не отступала:

– Я видела твое лицо, тогда мы нашли тело Найла. Это был не просто шок. Я понимаю, что тебе шестнадцать, и я всего лишь твоя сестра, и у тебя есть право на секреты…

– Вот спасибо.

– При нормальных условиях, но это ненормальные условия. И я запрещаю тебе вставать из-за стола, пока ты не объяснишь, что было между тобой и Найлом Мерфи.

– Ничего. Ничего между нами не было. Не то, что ты думаешь.

– Тогда в чем дело? Чего именно мы не понимаем?

– Ничего.

– Если не признаешься – считай, что ты под домашним арестом.

– Ты мне не мать.

– Она твой официальный опекун, – встрял Джеймс.

– Потому что ты был слишком пьяным, чтобы нас опекать, – сказала Гранья.

– Mo náire thú! – воскликнула Шивон. Как не стыдно!

– Нет, я это заслужил, – сказал Джеймс. – Но тем не менее. Отвечай сестре.

– Не буду я отвечать, – сказала Гранья. – Вас