Шестеренки и заклинания - Адриен Тома

— Послушай, — поморщилась она, — я не вижу смысла нам все время ссориться. Я тебе не нравлюсь, и это взаимно, но нам суждено проживать вместе, пока все не уладится, так что стоит попробовать уживаться получше, не находишь?

Сирус вяло поднял голову.

— Ты права, — признал он. — Извини. Я немного озабочен.

— Ничего страшного, — согласилась Гриза, немного удивленная отсутствием у него бойцовского духа. — Ты... э-э... не хочешь сказать мне, что случилось?

Сирус долго молча ее разглядывал, прежде чем ответить:

— Мне поручено обучать меньших магов Сетей. Даром обладает около десятка, и они хотят усовершенствоваться в иллюзионизме и ментализме. Я учу их, как быть незаметнее, сливаться с тенью, читать поверхностные мысли или отвлекать прохожих, которых они хотят обворовать или облапошить, и тому подобное... Ничего такого уж скверного, но мне не слишком нравится идея помогать мошенникам становиться эффективнее...

— Совсем как у меня: я ремонтирую пистолеты для грабителей банков и отключаю сигнализации для взломщиков. Мне это не нравится, но если защита Паучихи обходится в такую цену...

— Я ей не доверяю. В конце концов, она уже однажды сдала нас.

— С единственной целью — провести четверых громил, — напомнила ему девочка. — Согласись, это был ловкий трюк: она не только не дала им наложить на нас лапы, но и денег у них вытребовала!

— А если они вернутся и предложат ей еще больше денег, чтобы она нас выдала? Думаешь, она хоть на миг засомневается? Она воровка, Гриза! Воровская королева!

— И на эту минуту — наш единственный союзник.

Сирус сдержал удар, ничего не ответив. Девочка прикусила губу, затем вздохнула:

— Слушай, я... я извиняюсь.

— Извиняешься? За что?

— Я должна была посоветоваться с тобой, прежде чем принимать ее предложение.

— Нет, ты поступила как следовало, — заверил ее Сирус. — Сомневаюсь, что она отпустила бы нас, если бы мы отказались от ее предложения.

Наступила тишина. Через какое-то время Гриза сказала:

— Знаешь, если я зарабатывать на жизнь ремонтом оружия и отключением сигнализации для бандитов, то ты вполне можешь чуть подучить жуликов иллюзиям и ментализму, разве нет?

— Да, если бы этим все ограничилось, было бы сносно, — признал Сирус. — Но я не успел закончить свой рассказ: Вестор Вакс решил научить меня некромантии.

Гриза почувствовала, как у нее пересыхает в горле:

— Что... Что?! Некромантии? Но... но это... это невозможно! Это совершеннейше запрещено! Те, кто занимается некромантией, по имперскому закону автоматически приговариваются к смерти!

— Я знаю. Могу тебя уверить, мне эта идея совсем не нравится.

— Зачем им нужно, чтобы ты стал некромантом? Как это поможет Паучихе, если ты сумеешь воскрешать мертвых? Как это нам поможет ограбить Академию?

— Некроманты не воскрешают мертвых, — поправил Сирус. — Ты даже представить себе не можешь, какие здесь трудности! Когда люди умирают, связь между телом и духом разрушается, и совершенно абсурдно представлять себе, что ее можно полностью восстановить, если только не покрыть труп рунами и глифами и не нафаршировать его арканиумом! И даже тогда, чтобы это работало более-менее правильно, придется анимировать по отдельности сотни мертвых мышц, нервов и кровеносных сосудов, искусственно воссоздать нервные импульсы, не говоря уже о психологическом аспекте духа, обитающего в разлагающемся теле... И все это с учетом гниения плоти, которое постепенно будет стирать руны и не даст арканиуму... — тут он внезапно заметил брезгливую гримасу Гризы и покраснел. — Короче говоря, оживление трупа потребовало бы безумного количества магической энергии и ювелирной точности, а в результате получилась бы лишь дрыгающаяся марионетка, которая через несколько часов рассыпалась бы на куски. Забудь все эти истории об армиях скелетов и нежити. Черные маги просто... разговаривают с ними. Вернее, заставляют их говорить. Именно так воры заполучают некоторые знания, которые иначе недоступны: требуют, чтобы мертвые открыли комбинацию к их сейфу, или где тайник с добычей, или даже гадкие семейные секретики, позволяющие шантажировать живых...

— Но... почему именно ты? Если ты учишь заклинаниям проходимцев из Сетей, значит, они немного волшебники, разве нет? Или они не могут обучаться некромантии сами, а тебя оставить в покое?

— Вестор Вакс говорит, что некромантия требует такой силы и концентрации, на которые большинство меньших магов не способны, — пояснил Сирус. — А вот студент Академии со фамильяром... Он давно ищет ученика, способного надолго вызывать духа, и я — единственный приемлемый кандидат для...

— Им нужен рычаг, — внезапно сообразила Гриза.

Сирус изумленно поднял брови.

— Рычаг давления, гарантия, что мы их не предадим, — пояснила механистка. — Если мы попытаемся, они объявят тебя некромантом, а для такого преступления нет смягчающих обстоятельств: сын ты генерала или нет, это кончится эшафотом.

Сирус шумно сглотнул.

— Возможно, ты права, — признал он. — Но ведь у меня не было выбора, правда?

Гриза не ответила. Оба подростка надолго замолчали, осознавая, в какую безвыходную ситуацию они попали. Внезапно Сирус распрямился и посмотрел Гризе в глаза:

— С чего ты взяла, что ты мне сильно не нравишься?

Девочка вздрогнула от неожиданности.

— Что?

— Ты только что говорила, что ты мне сильно не нравишься.

Гриза густо покраснела.

— Ах это... Э-э... Я думала, что... Это же сразу видно, что ты... в смысле...

— Мне жаль, что ты так решила, — заявил Сирус. — Я по характеру несколько холоден и действительно жестоко с тобой себя повел тогда, в Академии. Но последние несколько дней мне показали, что ты умная, живая и