Какао, улики и мурашки - Моргана Бест

ощущение, будто за мной следят, не отпускало. Я резко обернулась и оглядела пустую улицу. Никаких фар. Облегчение тут же испарилось: тот, кто решил меня выследить, просто выключил бы фары.

Меня бросило в холодный пот. Сидеть и ждать? Или рискнуть? Ни один вариант не казался разумным. И ещё – Монгрел. Если я сейчас же не попаду внутрь, он выместит недовольство на хорошей мебели Мунро. Если выбирать между возможным нападавшим и когтями моего кота, я прекрасно знала, чего боюсь больше.

Решение принято. Ключи от машины – в карман, ключи Мунро – в кулак, сумочку – под мышку. И я рванула.

От звука за спиной я вздрогнула и выронила сумочку. Поднять её даже в голову не пришло. Я думала только о двери.

Но не успела я закрыть дверь, как что-то задело мои ноги. Монгрел. Он пронёсся мимо меня, задрав хвост трубой, и скрылся в буше.

Все мысли о собственной безопасности тут же вылетели из головы. Монгрел на свободе в незнакомом месте, а между ним и домом – оживлённые дороги? Меня охватил ужас. Я захлопнула дверь, заперла её и бросилась за ним.

Я звала его по имени, хотя знала, что это бесполезно. Кошки на зов не приходят – разве что ради еды, – но надежда делает дураками всех нас.

На краю лужайки, у самой границы буша, я всё ещё звала Монгрела, когда кто-то с размаху врезался в меня. Из меня вышибло дух. Я рухнула, а чей-то вес прижал меня к земле.

Лунный свет выхватил её лицо. Валери Эндрюс. Лицо её исказилось, но блеснувший шприц она держала твёрдой рукой.

Я пыталась высвободить запястья из её хватки. Мышцы горели от напряжения, а игла подбиралась всё ближе.

– Это ты убила Боба Джонса? – выпалила я.

Она на миг замялась.

– Я не хотела, – прошипела она. – Он хотел, чтобы я ушла от Дэрила. Сказал, что любит меня. Когда я отказалась, пригрозил всё рассказать Дэрилу. Я подписала брачный договор – мне бы ничего не досталось. Боб шантажом заставил меня не разрывать с ним отношения.

– Тогда почему ты преследуешь меня? – потребовала я ответа.

Игла снова двинулась ко мне. Не тот вопрос.

– На дне открытых дверей я подслушала твой разговор с этой ужасной уборщицей, – огрызнулась она. – Ты знала слишком много. Разделаюсь с тобой – она будет следующей. А ещё в твоей лавке я услышала, как ты сказала, что Боб кого-то шантажировал. Я поняла: речь обо мне.

Над нами раздался жуткий вопль, и мы обе вздрогнули. Я вывернулась из-под Валери и бросилась бежать, оставив туфли позади. Босые ступни шлёпали по земле. Ветки хлестали по коже. Боль не имела значения – лишь бы оказаться подальше.

Я юркнула за эвкалипт, тяжело дыша. Её шаги были близко. Темноту прорезал белый луч фонарика на телефоне. Мой телефон остался в сумочке у двери Мунро. Рано или поздно он вернётся домой, найдёт сумочку и поймёт, что что-то не так. Мне нужно было лишь продержаться.

Свет приближался. Я снова рванула и, спотыкаясь, выскочила на узкую тропку, которая дугой вела обратно к дому Мунро. Лёгкие горели, перед глазами плясали звёзды, но я продолжала бежать. Когда я наконец остановилась, прижавшись спиной к эвкалипту с волокнистой корой, вокруг стояла тишина. Может, я всё-таки оторвалась.

А потом – удар. Валери снова сбила меня с ног. Я плашмя рухнула на землю, и из лёгких вышибло весь воздух. Сработал инстинкт: я перехватила её запястье и изо всех сил не давала ей опустить шприц.

Второй рукой она стиснула мне горло. Давление, тяжесть её тела, ярость – всё это вжимало меня в землю.

И тут я услышала резкий треск над нами, словно надломилась ветка. Сердце ёкнуло. Прекрасно – меня убьёт падающее дерево. По крайней мере, это случится быстрее, чем подействует яд из шприца. Я зажмурилась, приготовившись к удару.

Что-то рухнуло между нами с глухим ударом, от которого содрогнулась земля. Не ветка. Когти. Зубы. Ярость в меховой шубе.

Когда Монгрел ринулся в схватку, Валери завизжала – тонко, пронзительно. Она вопила и молотила руками, пытаясь стряхнуть его, но Монгрел не унимался. В лунном свете я вдруг поняла: Валери, возможно, самая невезучая женщина на свете – ведь на ней был верёвочный ремень.

Шприц вылетел из её руки. Я схватила его за тот конец, где не было иглы, и крепко стиснула в руке.

Валери выла, отбиваясь от Монгрела, а он вцеплялся всё крепче. Её визг стал ещё пронзительнее.

Сжимая ключи в одной руке и шприц в другой, я, шатаясь, поднялась на ноги и рванула к дому.

И с разбегу врезалась в кого-то, преградившего мне путь.

Я закричала.

Глава 21

Сильные руки обхватили меня.

– Нарел, что случилось?

– Ох, Мунро! – Меня так и трясло от облегчения. – Осторожно, у меня шприц со смертельным ядом.

Мунро осторожно забрал у меня шприц и положил на землю.

– Валери пыталась меня убить. Она сказала, что убила Боба Джонса.

Больше я ничего не смогла сказать – меня душили рыдания.

Мунро вызвал полицию, всё это время не выпуская меня из объятий.

– А если она сбежит? – наконец выдавила я.

– Вряд ли ей это удастся, – сказал Мунро, вздрогнув.

Я всё ещё слышала вопли Валери. Зажала уши ладонями и уткнулась ему в грудь.

Он снова обнял меня обеими руками.

Мы молча стояли так, пока не приехали полицейские и машина скорой помощи.

– Монгрел! – спохватилась я. – Пожалуйста, верни его в дом.

К моему облегчению, повторять Мунро не пришлось.

– Я сегодня купил ему лакомства, – сказал он и достал из кармана небольшой коричневый бумажный пакет.

Он пошуршал пакетом, и Монгрел примчался на звук – в усах у него запутались обрывки верёвки.

Мунро отпер дверь, бросил внутрь весь пакет с кошачьими лакомствами и, едва Монгрел вбежал в дом, закрыл дверь.

К нам поспешили детективы.

– Мисс Майерс, вам нужна медицинская помощь? – спросил детектив Палмер.

– Нет, – ответила я, но Мунро меня перебил:

– Она ранена.

Мунро подхватил меня на руки и отнёс к машине скорой помощи. Я думала, все парамедики оказывают помощь Валери, но в салоне оставался ещё один.

Дальнейшее помнилось как в тумане. Меня проверили на сотрясение, а потом парамедик смазал каким-то кремом все порезы и ссадины. Крем не щипал, зато голова начинала болеть всё сильнее. По-настоящему больно стало, только когда он принялся пинцетом вытаскивать кусочки коры из подушечек стоп.

– Ай! – то и дело вскрикивала я, сжимая руку Мунро.

Как раз когда парамедик закончил бинтовать мне голову и руки, двое его коллег подкатили к машине каталку с Валери. Она громко бранилась, сыпала угрозами и то и дело принималась выть.

– Поезжай с ней, – сказал Палмер Томпсону.

Томпсон забрался в машину вместе с одним из парамедиков, а двое других закрыли двери.

– В каком она состоянии? – спросил Палмер у одного из парамедиков.

– Раны в