Ночное плавание - Меган Голдин

– Келли понятия не имела, что ее подставляют. Что она идет в ловушку.

Рэйчел согнула сведенную судорогой руку, пока Элкинс сделал паузу, чтобы все усвоили сказанное. Он перешел к яркому описанию того, как Келли оказалась в машине Скотта, и их визита в пиццерию.

– Скотт Блэр предложил подбросить ее до дома. Но вместо того, чтобы везти домой, ответчик отвез Келли на уединенный пляж, где изнасиловал и совершил сексуальное насилие. Закончив, он бросил ее добираться домой на автобусе, а сам сбежал в свою студенческую квартиру, где, как он позже ложно утверждал, провел ночь.

Присяжные сидели, завороженные убедительной историей, которую сплетал Элкинс. Один из присяжных даже сердито взглянул на Скотта Блэра, когда Элкинс описал, как тот оставил Келли Мур, чтобы она сама добиралась домой на автобусе, сунув ей деньги на билет, но не потрудившись проверить расписание, чтобы узнать, ходят ли какие-нибудь автобусы. Келли пришлось много часов прождать на одинокой автобусной остановке у парковки рядом с пустынным пляжем, прежде чем прибыл автобус. Сезон закончился, и пляж обслуживали только два автобуса в день.

– Скотт сделал все возможное, чтобы скрыться до и после преступления. Он убедил Харриса заманить Келли на детскую площадку, чтобы его не видели с ней до изнасилования. Затем он бросил ее и уехал обратно в свою квартиру после того, как изнасиловал. Он даже позаботился о том, чтобы она помылась после изнасилования в безуспешной попытке уничтожить улики его нападения, – сказал Элкинс. – Скотт Блэр совершил тяжкое и ужасное преступление. Он сделал это сознательно. Он сделал это жестоко. И он сделал это с высокомерием человека, который считал, что ему это сойдет с рук. Он считал, что его слава и семейные связи ставят его выше закона.

В заключении Элкинс сделал шаг к присяжным.

– Скотт Блэр проигнорировал отчаянные просьбы Келли прекратить заниматься с ней сексом, потому что ему было все равно, чего она хочет. Его это не интересовало. Его волновало только то, чего хотел он, а именно, удовлетворить свои собственные плотские желания и победить в грязном и унизительном сексуальном соревновании, – сказал Элкинс. – Он сделал то, что сделал, с ясной головой. Планируя. С предусмотрительностью. С полным пониманием того, что это неправильно. И, прежде всего, с презрением. Презрением к закону. И презрением к правам и выбору юной Келли. Доказательства не оставят места для сомнений. Когда это произойдет, вашим долгом будет признать Скотта Блэра виновным по всем пунктам обвинения.

23. Рэйчел

Эффект от выступления Элкинса был гипнотическим. Его последние слова повисли в воздухе, пока он медленно и неторопливо возвращался на свое место. Долгое время единственным звуком в зале суда был стук его ботинок по каменному полу. Наэлектризованная тишина напомнила Рэйчел тишину в театре перед тем, как публика встает для бурных оваций.

Сидя за столом защиты, Дейл Куинн с деланным безразличием листал страницы своего блокнота, ожидая указаний судьи Шоу. Рэйчел знала, что Куинн будет сражаться яростнее, чем когда-либо, чтобы отвоевать присяжных у Элкинса.

Во время короткой паузы, последовавшей за речью Элкинса, Рэйчел осторожно взглянула на телефон, чтобы узнать, добился ли Пит каких-либо успехов в поисках Ханны. В последние несколько дней Ханна внезапно перестала присылать письма. Рэйчел попросила Пита проверить отели и даже пункты проката автомобилей в районе Большого Неаполиса, чтобы найти ее. Если это не сработает, то Рэйчел решила оставить сообщение в конце своего подкаста. Ханна заявила, что она ее поклонница. Она услышит сообщение и, как надеялась Рэйчел, снова свяжется с ней.

Судья Шоу пригласил Куинна произнести вступительную речь, и Рэйчел открыла чистую страницу в своем блокноте. Она надеялась, что к концу дня на сайте будет довольно полная, возможно, даже дословная расшифровка обеих вступительных речей. Ей хотелось, чтобы ее аудитория чувствовала, будто они сами находятся в зале суда, получая всю необходимую информацию, чтобы вынести обоснованный вердикт. Ей хотелось, чтобы они чувствовали себя так, будто сидят на скамье присяжных.

Куинн резко и несколько неуклюже встал, что можно было списать на волнение. Он сделал глоток воды и тут же пролил немного на рубашку на виду у присяжных.

Рэйчел, изучавшая тактику Куинна в своем предварительном исследовании, знала, что этому трюку он научился у легендарного адвоката, у которого стажировался во время обучения на юридическом факультете. Излюбленный прием его наставника – споткнуться обо что-нибудь в зале суда, будь то портфель или ножка стола. Не имело значения, обо что он споткнется, главное, чтобы споткнулся. Это моментально ломало невидимый барьер с присяжными. Они привязывались к нему как к личности, а в дальнейшем и к его клиенту.

Куинн устроил представление, вытащив платок и промокнув им свою заляпанную водой рубашку, пока присяжные сочувственно смотрели на это. Судья Шоу, который знал все приемы ремесла, был менее терпим.

– Мистер Куинн. – Скрипнув креслом, судья наклонился к микрофону. – Мы ждем.

– Конечно, Ваша Честь, – сказал Куинн.

Он в последний раз промокнул мокрую рубашку и застенчиво улыбнулся присяжным. Он казался молодым и неумелым по сравнению с Элкинсом, хотя Рэйчел была уверена, что они примерно одного возраста.

Рэйчел восхищалась тем, как Куинн превратил себя в аутсайдера. В конце концов, кому не нравятся аутсайдеры? К тому времени как Куинн открыл рот, чары, которые Элкинс наложил на зал суда, были разрушены.

– Около трех месяцев назад мне позвонили в мой офис в Мемфисе и попросили защищать молодого пловца, о котором я никогда раньше не слышал. Я не очень слежу за плаванием. У нас с женой близнецы. Когда я не в суде, я помогаю ей кормить и купать их. Поэтому я не знал, кто такой Скотт Блэр, когда мне позвонили. Я определенно не знал, что он потенциальный олимпиец, когда услышал неуверенный голос молодого человека, спрашивающего, возьмусь ли я за его дело.

Рэйчел торопливо записывала за ним, ее ручка стремительно летала по страницам блокнота.

– Так вот, я сразу же сказал, что не буду заниматься делом за пределами Теннесси, хотя у меня есть лицензия на юридическую практику в Северной Каролине. Кстати, ничего не имею против этого прекрасного штата. Я вырос здесь и у меня много приятных воспоминаний о Неаполисе. Это потому, что, когда Бет родила близнецов, я обещал ей, что не буду никуда ездить, пока девочки не подрастут. Мне нравится думать, что я человек слова.

– Скотт умолял меня выслушать его. Он рассказал, что произошло той ночью