Искатель, 2012 №4 - Татьяна Косова

смотрит на него, старик откинул капюшон и улыбнулся. Вот только улыбка эта Алексею не понравилась. Было в ней что-то недоброе. Впрочем, как и в лице деда — коричневом и сморщенном, словно грецкий орех. Неожиданно старик подмигнул мальчику, точно давнему знакомому, и вновь искривил в усмешке тонкие губы. При этом Алеше почудилось, что его палка на мгновение ожила, шевельнувшись как настоящая змея.

Тут отец взял Алексея за руку, и они поспешили вслед за экскурсией. А мальчишка-чистильщик еще долго бежал следом за ними и вопил: «Денга дай! Я чистиль! Давай денга!» Наконец он отстал. Чтобы сократить путь, мама предложила свернуть в один из боковых проулков. Так они и сделали. Оказалось, зря. Не прошло и двадцати минут, как стало совершенно понятно, что они заблудились.

Улочки в районе, куда они забрели, переплелись между собой словно спагетти в кастрюле повара. И были такими тесными, что в них с трудом могли разойтись два пешехода. А самое печальное, что здания, высившиеся по обеим сторонам, почти смыкались друг с другом балконами верхних этажей. Поэтому, как они ни старались, не могли разглядеть ни Голубой мечети, ни минаретов Святой Софии, ни каких-либо других известных им ориентиров. Мама хотела спросить дорогу у проходившей мимо женщины в темном платье и с закрытым лицом, но та лишь испуганно шарахнулась в сторону и едва не бегом припустилась прочь. Ни к чему не привела и попытка обратиться за помощью к уличным мальчишкам. Откликались они с готовностью, но... Во-первых, каждый из них называл улицу, на которой они оказались, по-своему, и поэтому, хотя у папы имелся план города, не было никакой возможности понять, где же они сейчас находятся. А во-вторых, на вопрос, как пройти к Айя-Софии, все махали руками в разные стороны.

— Ну и что теперь делать? — расстроилась мама, когда они оказались на перекрестке нескольких непонятно куда ведущих улочек. — Какой глупый город! Ни указателей, ничего. Что ты молчишь, Николай? Прикажешь бродить тут до вечера?

— Не стоило, наверное, нам сворачивать с Диван-Йолу. — сказал отец, утирая вспотевший лоб.

— Разумеется! Я во всем виновата! Лучшая защита — это нападение... И про какой диван ты говоришь?

— Не диван, а «Диван-Йолу». Так называлась улица, по которой мы шли вначале, вместе с группой.

— Пап, а почему у нее такое прикольное название? — встрял в их разговор Алеша, пытаясь разрядить напряжение.

— Когда-то Диваном называли султанский совет министров, правительство то есть.

— Если ты так хорошо знаешь местность, — не сдавалась мама, — почему же мы заблудились?

— Да при чем тут!.. Название этой улицы обозначено в плане. Только и всего.

— Тогда, почему бы тебе не спросить...

Дальше спора родителей Алеша не слушал, поскольку снова увидел того же чудного старика с клюкой. И тот снова сидел прямо в пыли, привалившись спиной к выщербленному камню стены. «Вот это да! — удивился мальчик. — Или мы вернулись на прежнее место, или дед еще тот спринтер». Оглядевшись вокруг, Алексей убедился, что место другое. Странно. Может, и старик другой? Да нет, тот же самый — в полосатом халате, в черном плаще с капюшоном и с тем же извилистым посохом в руках.

—...тогда посмотри по карте города, как выйти к храму Святой Софии.

— Дорогая, что толку смотреть карту, если мы не знаем, где находимся сейчас. Ты сама слышала: кого ни спроси, каждый называет эту улицу по-другому; наверное, у всех улиц здесь несколько названий. Хотя чему удивляться? Город многонациональный...

— Хватит рассуждать! Сделай что-нибудь!

В этот момент старик поднялся, подошел к началу самого узенького из проулков, больше похожего на трещину в стене дома, и, обернувшись, поманил Алексея пальцем. Подождав немного и увидев, что мальчик не трогается с места, он нетерпеливо стукнул посохом и вновь властно махнул рукой: ступай, мол, за мною.

— Ма, па! — сказал Алеша, дергая родителей за рукава. — По-моему, нам надо туда.

— Куда «туда»? — хором спросили родители.

— Вон за тем дедком... — пояснил Алеша, указав пальцем. Но старик, видимо, уже завернул в переулок, потому что на месте его не оказалось. — В общем, мне кажется, нам туда, в тот вон переулок.

— С чего ты взял, что именно в тот? — удивился отец.

— Хватит со всеми спорить! — заявила мама. — Идемте же куда-нибудь. — И решительно направилась в указанном Алешей направлении.

— Впрочем, какая разница? — пожал плечами отец.

Однако тут возникла непредвиденная проблема.

— Я же здесь не пролезу! — воскликнул отец, когда они подступили к проулку, в котором исчез странный старик.

— А сколько раз я тебе говорила, что надо худеть? — немедленно среагировала мама. Она действительно часто выговаривала папе за его живот, обзывая его «пивным» или «бюргеровским». А папа неизменно отвечал, что это не живот, а трудовая мозоль, и вообще, все, что выше пояса, — матросская грудь. Но это тема для отдельного рассказа. — Ничего, — заключила она, сначала внимательно посмотрев на проход между домами, а потом на папин живот, — как-нибудь протиснешься. Боком только повернись, и все.

— Кто бы мне объяснил, какая особая необходимость, — ворчал отец, осторожно пробираясь следом за ними, — лезть именно в эту щель? Чем остальные хуже?

— Не рассуждай, — отвечала мама, — а втяни живот. А то как раз застрянешь...

Но тут наконец стены домов расступились, и Царевы вышли на небольшую площадь перед очередной мечетью. А самое удивительное, что они буквально столкнулись со своим экскурсоводом; здесь же были и все остальные из их туристической группы.

Глава II

ДЫРА ВО ВРЕМЕНИ

«Река времен в своем стремленья

Уносит все дела людей

И топит в пропасти забвенья

Народы, царства и царей».

Г. Р. Державин

Кажется, их отсутствия никто не заметил. Во всяком случае, гид как ни в чем не бывало продолжал рассказывать о том, что мечеть, которую они видят, была когда-то византийской церковью, и о том, как она называлась тогда и как зовется теперь, и о том... впрочем, Алеша его не слушал.

Говоря начистоту, всякие там руины и прочая история Алексея не очень-то интересовали. В самом деле, зачем слушать о том, что давно уже прошло и никогда не вернется, недоумевал мальчик. Уж если тратить время, так на какие-нибудь полезные науки. Которые могут потом пригодиться. Если не сейчас, так во взрослой жизни. Например, когда он станет программистом, математика ему очень даже потребуется. Чтобы компьютерные программы создавать, математика просто необходима. Алеша про это точно знал. А история? Вон, экскурсовод бормочет что-то: султаны-салтаны, ахметы-котлеты... Кому это нужно?! Сейчас никаких императоров и султанов в