Убийство, кино и немного книг - Элли Александер

как люди прогуливаются, наслаждаясь сказочной погодой. Вот такой Редвуд-Гроув я знала и любила. Взявшись за руки, влюбленные парочки гуляли, заглядывая в витрины магазинов и останавливаясь, чтобы полюбоваться тем, что в них выставлено.

Многие магазины и рестораны нашего городка так прониклись духом фестиваля, что украсили в честь него свои фасады. В продуктовом магазине начали продавать все необходимое для киновечера, в том числе ведерки с попкорном и закуски на любой вкус – например, орешки, сыры, импортный шоколад и наборы для приготовления коктейлей. Один из моих любимых местных бутиков, «Артефакты», вдохновился классическими лентами Хичкока. Владелица магазина, Кэролайн, закупила коллекцию занавесок для душа с изящным цветочным узором в стиле «Психо», украшения, картины и шарфики с изображениями птиц, как в одноименном фильме, а еще различные бинокли в честь «Окна во двор». Оригинальный способ воздать должное кинорежиссеру.

Видя, сколько времени и усилий вложили небольшие магазинчики и кафе в то, чтобы эти выходные прошли успешно, я лишь еще больше загорелась желанием привлечь убийцу Мартина к ответственности.

Очередь в «Таинственном кофе» была небольшой. При ловко управляла потоком. Она непринужденно болтала с посетителями, одновременно разливая по чашкам густой эспрессо и вспенивая овсяное молоко. Старшеклассник, который стоял на кассе и продавал выпечку, едва за ней поспевал.

– Я надеялась, что ты заглянешь, – сказала она, когда подошла моя очередь делать заказ. Она прислонила большую ложку к краю питчера[22] с горячим молоком, не давая пенке выйти наружу. – Видела, кто здесь?

Я окинула взглядом кофейню. Тут было несколько знакомых мне лиц, но никто особенно не выделялся.

– Нет, снаружи, – кивнула При в сторону внутреннего дворика.

Я перевела туда взгляд. Ну естественно: Сэм, Кора и Иззи вместе сидели за одним из столов для пикника, разделив между собой тарелку с утренней выпечкой и наслаждаясь кофе.

– Когда они пришли?

– Недавно. Может, минут десять или пятнадцать назад. – Она нанесла узор в виде цветка на пенку моего латте. – Но они что-то задумали, нет?

– Почему ты так говоришь? – спросила я, вновь постаравшись незаметно бросить взгляд на их столик. Все выглядело нормально, не считая того, что они сидели, склонившись близко друг к другу, словно обсуждали что-то важное и не хотели, чтобы им кто-то помешал.

При протянула мне напиток.

– Я подслушала обрывки их разговора, пока они ждали заказ. Возможно, я что-то неправильно поняла, потому что молоко взбивала, да и кофемашина довольно шумно работает, но могу поклясться, что Кора сказала что-то о том, что Мартин слил информацию, о которой никто не должен был узнать. А те двое ее поддержали и сказали, что позаботятся о том, чтобы этого не произошло.

– Информация, о которой никто не должен узнать, – повторила я, пригубив латте. Это был ее новый фирменный напиток под названием «Закат за окном во двор»[23]: два шота крепкого эспрессо с овсяным молоком, апельсиновая цедра и щепотка кардамона для усиления вкуса. Как всегда, напиток был идеально сбалансированным и обладал богатым вкусом. – Могли ли они иметь в виду рецензию Мартина?

Я не стала рассказывать ей о своей беседе с доктором Колдуэлл, но ни для кого не было секретом, что Хезер не хотела, чтобы отзыв был опубликован.

– Понятия не имею. – Ополоснув питчер, она потянулась к бумажке со следующим заказом. – Если найдешь способ вклиниться в их разговор, то, наверное, сможешь это выяснить. Все, что я знаю, – это то, что…

При вдруг замолчала. Она уставилась мне за спину, и ее оленьи глаза вдруг стали вдвое шире.

Я замерла.

– Что? Что не так?

Плотно сжав губы, она покачала головой.

– Не оборачивайся, Энни. Веди себя непринужденно.

– Окей, но почему? У меня за спиной убийца? Я в опасности?

Сердце бешено заколотилось в груди. Руки стали холодными и липкими. Я не сводила глаз с При, сдерживаясь, чтобы не обернуться.

– Двойной Американо. Двойной Американо тут. Что мне делать?

Меня охватило чувство облегчения. Прижав ладонь к груди, я выдохнула.

– Во-первых, больше так со мной не поступай. Я уже подумала, что кто-то стоит у меня за спиной с окровавленным ножом в руке. Ты же помнишь, что вчера человек погиб?

– Прости меня. Просто Двойного Американо уже несколько недель здесь не было. Поверить не могу. Почему я сегодня не нарядилась?

Разгладив фартук, она убрала с лица прядь волос.

– Ты великолепно выглядишь, – попыталась я ее подбодрить. Вот уже почти год При была влюблена в клиента, которому она дала прозвище Двойной Американо, – впрочем, нечастые визиты ее объекта воздыханий в Редвуд-Гроув лишь усиливали эту одержимость. Я часто подшучивала над ней, говоря, что Двойной Американо – это плод ее воображения, потому что, кроме самой При, никто из нашей компании никогда в жизни не видел этого посетителя, заставлявшего ее щеки заливаться румянцем.

– Боже мой, Энни, это происходит, – сказала При, прикрывая рот ладонью, а потом начав обмахиваться, словно вдруг оказалась на жаре. – Что надо сказать? Что сделать?

Странно было наблюдать, как При нервничает. Обычно она была очень спокойной и общительной. При могла поговорить с кем угодно. Она болтала с незнакомцами и обладала врожденным талантом заставить любого почувствовать себя ее лучшим другом. Я ей завидовала. Хотелось бы и мне уметь без труда вписываться в любую компанию, но у меня всегда лучше получалось быть единственной лучшей подругой. Именно поэтому мы со Скарлетт и стали так близки.

– Энни, помоги. – При прикусила нижнюю губу и начала махать пальцами, словно обожглась о капучинатор[24]. – Что сказать?

– Как насчет того, чтобы начать со слова «привет»? Звучит непринужденно и адекватно.

При что-то пробормотала себе под нос, но не успела продолжить.

– Прия, как я рада снова тебя видеть, – раздался позади меня мягкий, мелодичный голос. – Я мечтала выпить твоего кофе.

Обернувшись, я увидела женщину примерно нашего возраста, одетую в безупречные льняные брюки кремового оттенка, шелковый топ и бирюзовый свитер. Она была высокой, с крупными чертами лица и широкой, располагающей улыбкой.

– Привет, ага. Привет. – При запнулась. – Привет. Приветик.

Я заметила, как дрожали ее руки, когда она пыталась утрамбовать перемолотые кофейные зерна. Нужно было что-то сделать, чтобы ее спасти. А если серьезно, то, похоже, она и правда не преувеличивала, когда говорила, что теряет дар речи, когда находится рядом с Двойным Американо, и нельзя было оставлять ее в такой ситуации.

– Кажется, мы с вами еще не знакомы, – сказала я, представляясь и протягивая ей руку. – Я Энни Мюррей. Одна из самых преданных поклонниц При. Вы правы по поводу ее кофе. Он очень хорош.

Я