Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси

– Закажем рекламу по всему Каннаму, например? – шутливо произнесла я. – Но тогда не хватит денег на что-то другое.

– Я думал о небольших спойлерах к книге. – Вонсон увидел, как я нахмурилась, и спешно продолжил: – Нет, я не собираюсь публиковать отрывки из твоей книги, но что, если ты напишешь небольшую историю, которая будет словно тропинка, что приведет к твоей новой книге?

– И как это должно выглядеть? Выпустим короткие рассказы онлайн?

– Да, но только в том виде, в котором они сейчас больше популярны – вебтуны.

– Разве для этого, помимо писателя, не нужен художник? – с сомнением в голосе произнесла я.

– У нас есть художники на контракте, договориться с любым из них не так сложно. Беру это на себя, а тебе остаётся только написать текст.

Так у нас где-то на середине пути появилось неожиданно больше работы. Изначально мы запланировали десять коротких, не связанных между собой историй, обязательно с убийством и обязательно с неожиданной развязкой. Никаких очевидных преступников – это было буквально единственное требование Ли Вонсона.

Он планировал поддерживать интерес читателей вебтуна на высоком уровне и стремился к тому, чтобы после каждой новой главы аудитория только росла. Разгадки были настолько неочевидны, что, заканчивая очередную главу, даже я не знала, кто являлся убийцей.

Из-за этого я изводила себя навязчивыми мыслями: «Что будет, если по окончании вебтуна читатели потребуют объяснений? Как я буду выкручиваться?» Ведь сложно сказать, кто преступник, если и для меня, как автора написанного преступления, он неуловим. Но издатель принялся успокаивать меня, сказав: «Лина, истории не обязательно должны иметь закрытый финал, и есть такие, окончание которых придумываешь не ты, а читатели в своём воображении. С одной стороны, это довольно жестоко, и будут те, кто останется недоволен, и их можно понять. Но, с другой стороны, люди, которые любят жить в своих фантазиях и обожают, когда остаётся что-то неразгаданное, будут тебе весьма благодарны. Поэтому позволь людям решать за себя, не думай наперёд о том, что ещё не произошло».

Меня не устраивало такое положение дел, поэтому я потратила больше времени, чем планировалось изначально, но подстроила под десять вымышленных историй столько же преступников.

После того как текст для рассказа был готов, Вонсон похвалил меня за упорство, но я больше радовалась тому, что теперь смогу спокойно спать и не мучить себя хитрыми сюжетными поворотами в новых историях. И в тот же самый момент, когда рассказы были сданы издателю, я выкинула всё это из своей головы. Однако реальная жизнь вновь сыграла злую шутку и столкнула меня с самым что ни на есть настоящим убийцей и (пока что) двумя его преступлениями.

Ли Вонсон перестал расхаживать по кабинету и присел в кресло, расположенное возле книжного стеллажа. Он продолжал что-то рассказывать, но я даже не пыталась сконцентрироваться на его голосе.

Правильно ли называть подражателя подражателем? Да, вдохновило на убийства его почти то же, что и Ким Минсока, но ведь действует он немного иначе. Пак Джинхо не был согласен с тем, что серийный убийца имел в виду вебтун, и на обратном пути так об этом и сказал, но я была абсолютно уверена в том, что поняла серийного убийцу правильно. В ожидании новостей от Джинхо я вновь и вновь перечитывала написанный мной вебтун «Коллекция смертей» до тех пор, пока текст, который писался быстро и отрешённо, не въелся мне в память.

Детали совершённых убийств не совпадали с преступлениями из первых двух глав. Например, первая жертва действительно была изуродована, но опознать тело всё же смогли. Вторая жертва в «Коллекции смертей» так же была заколота ударом в грудь, но одним. В вебтуне нет никакого намёка на «Руководство к убийству», значит, преступник нарочно оставил страницу из моей книги на месте второго преступления. По словам Ким Гитэ и сержанта Пака, полиция и не собиралась связывать первое преступление ни с Минсоком, ни со мной, несмотря на свойственную Минсоку жестокость, с которой был убит человек. И только после того, как возле второй жертвы нашли страницу из книги, полиция быстро приняла выводы сержанта и объединила два дела в одно.

Зачем преступник оставил страницу?

Если бы он хотел привлечь ещё больше внимания общественности, то почему не заявил о себе, как когда-то Минсок? Нет, таким образом он переключил внимание полиции на меня, верно полагая, что детективы наверняка смогут договориться со мной об участии в расследовании и визите к заключённому. То, что эти двое поддерживали связь, стало ясно после нашего разговора. Неужели это Минсок попросил его оставить страницу книги? Чтобы встретиться со мной?

– Лина? – Негромкий голос Вонсона заставил меня наконец-то обратить внимание на издателя. – Ты меня вообще слушаешь?

– Конечно, я тебя слушаю, – встрепенувшись, ответила я и заёрзала на стуле.

– Тогда скажи мне, о чём я говорил?

Я прикусила нижнюю губу и виновато посмотрела на Вонсона.

– Прости.

– В последние дни ты сама не своя, Лина. – Выражение его лица стало недовольным, хотя голос был мягким и спокойным, никакого эмоционального окраса.

– Я… я переживаю из-за выхода книги, – произнесла я и заметила, как легко мне в этот раз удалось соврать издателю. – Осталось не так много времени, из-за стресса я начала работать медленнее и всё никак не закончу рукопись.

– Если ты так переживаешь из-за того, что не успеваешь закончить, мы можем сдвинуть сроки, но…

– Нет! – слишком громко ответила я и сама испугалась такой реакции. – Времени хватает, просто я задумалась – стоит ли вообще это делать.

Лицо издателя стало непроницаемым, и я вмиг пожалела, что так сказала. Ли Вонсон не знал о моём визите к Минсоку, так же как и не знал о том, что наш с ним подражатель теперь убивает по вебтуну.

Карьера Ынталь в безопасности ровно до того момента, пока кто-нибудь, полиция или СМИ, не обнародует информацию о том, что история двухлетней давности повторяется прямо сейчас. А если журналисты раскопают то, что под псевдонимом Гом Ынталь пишет Ким Лина, боюсь, последствия станут катастрофическими, и то немногое, что не рухнуло в прошлый раз, в этот превратится в прах.

– Меня тревожит то, что люди узнают настоящего автора «Красной мантии», – тихо произнесла я и почувствовала, как на глазах наворачиваются предательские слёзы.

Ли Вонсон громко выдохнул, и мрачное выражение пропало с его лица.

– Тебе не следует об этом переживать. Никто в издательстве не знает о том, что писательница Гом – это ты. Мой помощник,