Отражение тени - Алексей Белый

отдыхал на приусадебном участке. Найдя коробок спичек, играясь, он случайно поджег соседскую голубятню. Он никогда не видел ничего прекраснее, чем бьющиеся о клетку, окутанные пламенем птицы. После увиденного в нем начало расти желание видеть погибающих в огне живых существ. Куры, кошки, собаки, даже бараны, – он сжигал всех, кто попадался ему на пути: либо бросая их в костер, либо сжигая вместе с будками и сараями, где находились животные.

В восемнадцать лет в его жизни появился интернет, из которого он почерпнул множество знаний по пиротехнике, огнеопасным жидкостям и взрывчатке. Ему стали не нужны домашние животные и птицы. Теперь его заинтересовали жертвы посерьезней. Он выследил притон в заброшенном деревянном доме пригородной деревни, где собирались на ночевку городские бездомные. Вечерами на собранные и выпрошенные за день деньги они покупали и распивали там алкоголь, напиваясь до бессознательного состояния.

Ночью Пиромен подкрался к заброшенному дому и с помощью ручного садового опрыскивателя, который надел себе на спину, обрызгал все стены деревянного дома высокооктановым топливом. Отойдя на безопасное расстояние, он зажег край тряпки, скрученной в комок и пропитанной солидолом. Кода тряпка разгорелась, он бросил ее в стену притона. Тряпка прилипла к бревенчатой стене, продолжая гореть. Испарения бензина воспламенились от горящей тряпки за пять секунд, весь дом был объят огнем, а хлопок взрыва ненадолго оглушил Пиромена, но ему это понравилось. Со стен пламя перебралось под крышу, и через минуту из вентиляционного окна на чердаке показались языки пламени, пожирающие перекрытия крыши.

Пиромен отошел на достаточное расстояние, и из леса через бинокль следил за горящим домом. Крыша рухнула и обвалилась внутрь, а из дома так никто и не вышел, а это значит, что у него получилось задуманное и на его счету появились первые пять человеческих жизней. Так начался путь суперзлодея Пиромена.

Следующий поджог он совершил во время лесных пожаров. По спутниковой карте подобрал деревню, к которой лесной массив вплотную прилегал со всех сторон. В засушливое время рано утром, когда стоял полный штиль, он установил свои приспособления с четырех сторон деревни на верхушки высоких сосен. Приспособление представляло собой ветряк, пропеллер которого должен раскручиваться при дуновении ветра, через систему шестеренок и ремней он передавал энергию на помпу, накрученную на пластиковую бутылку с бензином. Помпа накачивала воздух в бутылку, а через шланг, направленный на ствол дерева, под давлением из бутылки начинал брызгать бензин. При увеличении оборотов пропеллера кремний, привязанный к валу, терся о металлическую пластину, испуская искры прямо на разбрызганный бензин.

В этот вечер по прогнозу погоды обещали сухую грозу, и Пиромен рассчитывал, что его задумка создать окружной верховой пожар, воплотится в жизнь.

Вечером, когда началась гроза, одно из приспособлений сработало, порывы сильного ветра в считаные секунды раздули пламя по верхушкам деревьев. Огонь перескакивал с дерева на дерево, которые вспыхивали как спички. Через минуту весь лес вокруг деревни полыхал, сильный порыв ветра направил пламя прямо на деревню, и оно, как дракон, огромным языком лизнуло крыши деревянных домов, накрыв сразу половину поселения. От высокой температуры дома вспыхнули как бумажные. Люди пытались спастись, но единственная грунтовая дорога в деревню, идущая через лес, была объята огнем. После второго сильного порыва ветра в деревне не осталось живых людей, а все постройки полыхали как порох.

После случившейся трагедии, в которой погибло более ста человек, в Новосибирской области объявили трехдневный траур, который Пиромен воспринял как празднование в свою честь. Это была новая вершина в его пути суперзлодея!

Разрушение шестнадцатиэтажного дома для Пиромена стало отправной точкой в плане тотального террора. Не прошло и недели, как он подготовил новое здание к уничтожению.

В пятиэтажном панельном доме он закрыл картоном продухи в подвале, чтобы тот не мог проветриваться, и ночью отцепил газовые трубы. В этот раз он придумал дистанционный взрыватель из натрия и воды, поставив на батарею ванночку с водой и уложив кусочек натрия на пластинку из хозяйственного мыла, которая держалась на воде. Мыло растает в теплой воде, а натрий, попав в воду, вспыхнет и подожжет газ, наполнивший подвал.

Он поднялся на крышу девятиэтажки, стоящей в соседнем квартале, откуда было хорошо видно заминированный дом, и стал ждать. Через четыре часа раздался мощный хлопок, от которого в половине квартала вылетели стекла из окон. Пятиэтажка осталась стоять и даже не загорелась – мощности накопленного газа не хватило, чтобы разрушить панельный дом.

* * *

Семенов сегодня ночевал у Галактики, которая в своей большой однокомнатной квартире-студии разрешила ему спать в ее кровати на левой половине. Настя, отсиживая срок в квартире доктора, вообще не давала ему приближаться к его возлюбленной. Этой ночью он хоть смог почувствовать ее запах и подержать за руку, прежде чем заснуть. Ему уже хотелось отпустить Настю восвояси, но суд ее приговорил к шести годам лечения под постоянным надзором доктора, на чем настояла в суде сама Галактика.

Проснувшись, он включил кофемашину, чем разбудил всех остальных. Настя впопыхах собралась и умчалась на пробежку, что дало любовникам целых тридцать минут одиночества, чем они и воспользовались.

Семенов уже не успевал принять душ и, надев форму, быстро поцеловав Галу, выскочил из квартиры, опаздывая на совещание.

* * *

Я приняла холодный душ и, распивая кофе, ждала, когда вернется Настя. Теперь она сдала на права, и мы купили машину. Выбирая себе транспорт, я рассчитывала на то, что Настя еще плохо ездит и машина нам нужна такая, которую не жалко царапнуть или помять, ведь Настя новичок, ей нужно сначала набраться опыта. Но когда я пролистала сайт объявлений, не смогла удержаться от покупки автомобиля ГАЗ-М-20 «Победа». Настя ругалась и обзывала меня и мою машину «историческими раритетами» и другими ругательствами, которые я позволяла ей произносить, но я все равно купила ее.

Автомобиль оказался самоделом, очень качественным и дорогим самоделом. Это не был раритет в чистом виде, как я ожидала. Внутри отполированного корпуса черной «Победы» с никелированными деталями стоял двигатель от баварского автозавода, автоматическая коробка передач, шикарная подвеска и стереосистема, спрятанная в салоне, даже компьютерный монитор под козырьком был стилизован под старые механические приборы. Передние сиденья заменили на современные ковши и обтянули в тон салона, прошив их так, как прошивались старые диваны в этих машинах.

Когда эвакуатор привез мою покупку к нам во двор и Настя увидела всю эту роскошь с блестящими как зеркало дисками и мощными светодиодными фарами, она накинулась на меня и поцеловала в благодарность, как будто я купила машину ей.

Как ни