Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

потом люди говорят, будто я преувеличиваю насчет импорта преступности, – мягко заметил лидер «Шведского будущего». – Этим двоим моя политика точно не по душе. Что лишний раз доказывает, что я был прав с самого начала. Если бы «Шведскому будущему» было позволено решать, их давно бы изгнали из страны.

«Шведское будущее». Рубен вздохнул. Политическая партия Теда выживала, сея в людях ненависть и страх. То, что их лидер оказался в плену у сербской мафии, безусловно, сыграло бы им на руку. После этого подвигнуть народ на линчевание мигрантов не составит труда. Такое случалось и раньше, страдали невинные люди. Рубен должен проследить, чтобы ничего подобного не повторилось. Но это потом. Сейчас главное – выжить.

– Заткнитесь там! – закричал Виктор из кухни.

– Выйду, пожалуй, посмотрю, есть ли еще в лесу Санты, – сказал Драган и открыл входную дверь.

В комнате стало еще холоднее, насколько такое возможно. Рубен увидел, как Тед напрягся всем телом. Очевидно, его тонкая куртка совсем не грела.

– Подожди, что нам делать с этим парнем? – спросил Виктор. – Отпустить мы его не можем, а если убьем, повесим на себя еще один труп. У меня нет времени им заниматься.

Драган снова закрыл дверь.

– А может, и не нужно ничего делать? – сказал он. – Оставим его здесь, когда уйдем. Холод все довершит за нас. Он сам виноват, что пришел сюда.

– А Тедди?

– О, этот ублюдок – совсем другое дело. Им мы займемся, как только я вернусь.

– Тогда я направлюсь в другую сторону, – отозвался Виктор. – Так пойдет быстрее. А эти двое никуда не денутся.

Мужчины вышли, и дом погрузился в тишину.

Тед посмотрел на Рубена.

– Если вы здесь, чтобы спасти меня, то вы проиграли, – сердито прошептал он, стуча зубами.

– Это вы обычно говорите о некомпетентности шведской полиции, – язвительно заметил Рубен. – Приятно, наверное, хотя бы иногда оказаться правым?

Все так, но Драган и Виктор скоро вернутся. А у Рубена все еще нет плана, как выжить им с Тедом. На эту тему у него так и не возникло никаких идей. Никаких вообще.

Она взвесила в руке баллистический шлем. Наверху крепление для камеры, но сейчас там ничего нет. В последний раз Сара надевала нечто похожее во время лыжных каникул в Скалистых горах. Лыжи, да… Хотя дети еще были маленькие, катались на санках. Но они с мужем провели прекрасную неделю. А всего пару месяцев спустя она вернулась в Швецию, и все пошло прахом. Забавно, как быстро может измениться жизнь. Ничего, она еще познакомит Закари и Лию со шведскими горами.

– Уверены, что выбрали правильный размер шлема? – спросил Вильгельм.

Сара встряхнулась:

– Извините, задумалась. Все это так далеко от того, чем я занималась в аналитическом отделе в последнее время.

Пикетный автобус накренился, и Сара ухватилась за ручку. Хоть какие-то рефлексы остались.

– Мы не собирались оставлять вас навечно в плену у бумажных душ, – рассмеялся Вильгельм. – Так или иначе, с возвращением.

– Спасибо, – кивнула Сара, натягивая балаклаву на голову.

Она надела шлем, еще раз проверила бронежилет.

– Вы, конечно, здесь босс, – сказал Вильгельм, надевая шлем. – Но слишком долго работали с бумагами, как сами только что сказали. Поэтому вам лучше держаться сзади, когда мы войдем. Пусть парни делают свою работу.

– Вы действительно думаете, что нам понадобятся щиты?

– Я ничего не думаю, но это не повредит. Мы не знаем, с чем столкнемся.

Автобус снова встряхнуло. На этот раз Сара удержалась без опоры.

– И это так далеко от лыжных прогулок, – добавила она про себя.

Вильгельм вопросительно посмотрел на Сару и поправил свой Heckle&Koch МР5.

Сара оглядела коллег в полной экипировке. Она невероятно гордилась каждым. Впервые после возвращения из США Сара чувствовала, что вернулась домой. Здесь было ее место, и именно эти люди сделали такое возможным.

Сара прокашлялась, и вся команда повернулась к ней.

– Вы знаете ситуацию, – сказала она. – Не мне объяснять вам, что нужно быть готовыми ко всему. Как только что сказал Вильгельм, мы не знаем, с каким сопротивлением столкнемся. Возможно, с вооруженным. Если они настолько глупы, чтобы попытаться застрелить нас. В любом случае будьте начеку.

Автобус остановился.

– Мы на месте, – объявил водитель.

Она еще раз оглядела коллег. Посмотрела в глаза каждому. Нервозность в такой ситуации естественна. Проблема скорее в тех, кто слишком спокоен. Такие брутальные мачо совсем необязательно хороши как полицейские. Но и чересчур беспокойный коллега может поставить под угрозу всю группу. Таких лучше оставлять в машине.

Но сейчас она не читала в их глазах ничего, кроме решимости.

Сара удовлетворенно кивнула.

– Сейчас мы их возьмем, – сказала она, открывая заднюю дверь и выпрыгивая. Вильгельм хочет как лучше, но Сара здесь начальница. И она не собирается прятаться за спинами коллег.

Его мысли возвращались к ней снова и снова. Весь смысл его идиотской разведки изначально состоял в том, чтобы разыграть перед ней героя. С Сарой Рубен всегда лучше осознавал свои недостатки. Когда смотрел на нее, будто видел себя в зеркале. Всю свою безответственность, эгоизм. Потому что хотел стать для нее лучшим мужчиной. И лучшим отцом для Астрид. Все это непременно надо будет обсудить с бабушкой.

Благодаря Саре, Рубен понял, что большую часть взрослой жизни гонялся не за тем. Пока не оказался в холодном загородном доме, в компании замерзшего расиста, рыдающего от жалости к себе. Безымянная могила в лесу – их общее будущее.

Его найдут не сразу. Может, не раньше лета, когда какой-нибудь сборщик ягод или грибов наткнется на человеческие останки, извлеченные из земли лесными животными. Его «Эллинор» с поддельным номером вывезут за границу, где продадут или разберут на запчасти.

Рубен покачал головой. Наверное, было бы правильнее озаботиться тем, как отсюда выбраться.

– Эй ты, – Рубен пнул Теда в ногу. – Ты еще здесь?

Лидер «Шведского будущего» не отвечал, сотрясаясь в рыданиях. Большое мокрое пятно распространилось по передней части бежевых «чиносов».

Будет ли Сара оплакивать его? Не то чтобы они успели стать парой, теперь на это точно не было ни малейшего шанса. Но Рубен чувствовал, что рассчитывал на такой исход больше, чем решался сам себе признаться.

Здесь, в холодном доме, где изо рта шел пар, а жизнь висела на волоске, для лжи не оставалось ни места, ни времени. Правда же заключалась в том, что он хотел быть с Сарой. Обедать с ней, обсуждать цены на жилье и процентные ставки по акциям. Спорить, чья очередь укладывать детей спать, стирать, идти в магазин…

Он мечтал о свадьбе, с белым платьем и