Зарубежный детектив-3 - Виктория Дауд

предлагала Макс любой цвет (серьезно, любой!) для стен, а та выбрала морскую пену – то есть просто белый. Фотографии на дальней стене – словно в логове серийного убийцы. Увидев снимок с места преступления, она попыталась отвести глаза, но все равно успела заметить тот самый потайной проход, в котором ее удерживали, и неподвижно лежащего охранника с отравленным дротиком в груди.

Интерактивная электронная доска, которую Нелла подарила Макс для… да, собственно, именно для этого – чтобы на ней писать, использовалась исключительно с одной-единственной целью: доказать то, что стало идеей фикс для Макс и Грейсона. Эти двое были твердо убеждены, что Форест Валентайн, будущий родственник Ла Маркас, полгода назад отравил бутылку вина Барбарани, чтобы уничтожить их репутацию. C фотографии улыбающаяся рыжеволосая жертва, Поппи Рейвен, смотрела на Неллу с центра белой доски.

Черт, Поппи. Я все понимаю, да? И делаю, что могу. Знаю, ты можешь усомниться, но я действительно стараюсь.

– Так вы, значит, расслабляетесь? – Нелла облизнула губы – в комнате нечем было дышать.

– Запись с камеры видеонаблюдения, на которой Форест вводит яд в вино, использовать невозможно. – Макс намотала свои длинные, заплетенные в косу волосы на запястье. – Мы взяли ее из «Винного рая», но он знал, что делает: на нем была толстовка с капюшоном, и он не поднимал головы. У нас ничего нет. Мы следили за ним, надеялись, что, может быть, он облажается, но пока он держится как образцовый убийца-психопат.

Нелла потерла лоб.

– Вы следили за ним? Черт, Макс, Валентайны владеют едва ли не всеми шахтами. Его семья опасна.

– Большинство из них покойники.

– Они все еще опасны.

Макс пожала плечами.

– Они хуже твоих?

– Хуже моих быть не может.

Макс моргнула.

– Нелла, я…

– Что именно тебе от меня нужно? – резко оборвала ее Нелла. – Ты и над моими делами должна работать. Для этого я тебя и наняла.

– Эй, полегче. – Макс протянула руку. – Если бы ты была здесь, то знала бы, что все отчеты я проверила и все, о чем ты меня просила, выполнила. Делом Поппи Рейвен в рабочее время не занимаюсь.

– Я не о деньгах.

– Да, я знаю, что деньги для тебя не имеют значения. Но мне они вроде как нужны, поэтому я и занимаюсь тем, для чего ты меня наняла. Это дело важно для меня, но я не жду, что тебя это убедит. Однако оно важно и для Грея, и думаю, мы можем согласиться, что ты в большом долгу перед ним.

В долгу перед ним. Неужели Макс думала, что Нелла станет помогать Грею только потому, что она чем-то ему обязана? Они с Греем выросли вместе; он был ей как брат задолго до того, как все узнали, кто его настоящий отец. Она определенно знала его гораздо дольше, чем Макс.

Нелла закрыла глаза. Снова это покалывание – ей нужно лекарство от мигрени. То, которое осталось в фиолетовой косметичке в пентхаусе в Перте.

– Что тебе нужно, Макс?

– Мне нужна ДНК.

– Хорошо, я только заскочу в супермаркет. Вам хлеба купить?

– Мне нужно законным способом получить образец ДНК Фореста без его ведома.

– Ты плохо подготовилась, потому что это оксюморон. Чтобы получить образец ДНК законным путем, нужно получить информированное согласие.

– Наверняка ты можешь найти какой-нибудь прецедент или…

– Конечно, – сказала Нелла, потому что это был самый быстрый способ выбраться отсюда, даже если внутри у нее все сжалось. – Я посмотрю, что можно сделать. И напишу тебе, когда вернусь в Перт.

– Ты не останешься?

Нелла покачала головой.

– Все, что было нужно Тому, – это чтобы я подписала бумагу. Джетт солгал, чтобы вернуть меня сюда.

Ощущение покалывания усилилось, и она могла бы списать эту странную нотку в своем голосе на приближающийся приступ мигрени.

Макс смотрела на Неллу из-под упавших на лицо темных прядей.

– Если Джетт и солгал тебе, он в любом случае сделал это ради твоего же блага, заботясь о твоих интересах.

– Джетту нет никакого дела до моих интересов и моего блага. Я для него – работа.

Макс хотела было возразить, и в этот момент дверь приоткрылась, и в комнату просунулась кудрявая, с выкрашенными в розовый волосами, голова Дейзи.

– Э-э, извини, Нелла, но здесь какая-то маленькая старушка и очень шумная молодая леди, и они ищут тебя…

– Чтоб их. – Они меня нашли. Макс поджала губы. Нелла мысленно добавила ее имя в список людей, которых подвела за последнее время, сразу после Поппи Рейвен.

Нелла с благодарностью сжала руку Дейзи и выскользнула через черный ход, спрятав волосы под желтую бейсболку с логотипом «Бинди-Бинди фиш-н-чипс», которая как раз висела на вешалке.

Вихрь мыслей кружился в голове, и все же она сделала глубокий вдох, вобрав аромат жареной рыбы, булочек с корицей и бензина – запах Бинди-Бинди. Запах, который когда-то ассоциировался с летом и домом. Но теперь ей казалось, что все, что она помнила, начало гнить. В просвете между зданиями, отделявшими ее офис от ряда пекарен и кофеен, она увидела «Альфа-Ромео» тети Роб. Они уже, наверное, выставляют охрану на окраине городка и посылают снайперов на крыши – если итальянские девушки меняют что-то в утреннем ритуале с кофе, то к ланчу об этом знает уже вся семья. У итальянских тетушек и бабушек подпольных агентов и гражданских информаторов больше, чем у ФБР.

Сейчас бы ей очень пригодился надежный водитель. Но, с другой стороны, она могла и прибить его за то, что он притащил ее сюда. Тетя Роб и бабушка просто хотели, чтобы секреты Барбарани оставались в семье; на самом деле они не считали, что она наилучшим образом подходит для этого дела.

Миновав еще один банк, Нелла взяла курс на ветеринарную клинику Элайзы. Боль все сильнее колотила своими крошечными кулачками по черепу, словно знала, что за этой глянцевой белой дверью Нелла сможет раздобыть рецепт с открытой датой на какое-нибудь запрещенное лекарство. Наверно ей следовало ответить на сообщения Элайзы и перезвонить. Она была ее единственной подругой, прошедшей все испытания в начальной и средней школе. Точнее, она была единственной подругой Неллы, потому что пережила все испытания, включая, что особенно важно, Испытание № 18 (Учитесь плавать. Чтобы оставаться на плаву, нужно работать руками и ногами. Не думайте, что дружба выживет, если вы не прилагаете к этому усилий).

Поскольку они познакомились в группе учащихся плавать двенадцатилеток, а Элайза была серфершей, она и предложила построить систему испытаний на основе наставления «Плыви, чтобы выжить». «В этом-то весь смысл, – говорила Элайза, прихлебывая клубнично-молочный коктейль. – Нужно отсеять людей, которые будут окружать тебя только потому, что твой папа – миллиардер».

Так все и началось, а потом появилась Салли Сью.