Осколок рая - Крейг Дэвидсон

свет. Сознание Мики содрогнулось – но не тело, которое осталось неподвижным. Увиденное им не было похоже ни на что в природе: бурлящая масса несопоставимых частей, клубок конечностей, хвостов и зубов… Несчетного количества, черт возьми, зубов.

Тварь с огромной скоростью пронеслась по руслу реки. Мика навел на нее пистолет и трижды выстрелил. Монстр взвизгнул и скрылся в деревьях на дальнем берегу ручья.

Теперь приближался второй. Здоровенный сукин сын. Его движения внушали ужас – рваные, неуклюжие, разрушительные. Звуки доносились такие, будто эта тварь испытывала невыразимую боль.

Мика увидел его. Нечетко – всего лишь очертания. Силуэт огромного тела. Чудовище поднялось, прежде чем шагнуть на освещенное пространство, и стояло на задних лапах, как гризли.

Сухая земля в русле ручья трескалась под ним. Гнилостная вонь от его тела была ошеломляющей. Мика чувствовал подобный запах лишь однажды, когда наткнулся на братскую могилу в маленькой корейской деревушке. Существо издавало самые тихие звуки, какие только можно себе представить. Едва слышное пощелкивание, писк и повизгивание, нежные выдохи, похожие на дыхание младенца во сне.

«Это медведь, – подумал Мика, пытаясь изгнать из головы другие варианты. – Бешеный медведь».

Он выстрелил в медведя, в центр массы. Ему было не по себе, но это существо казалось больным – не умри оно от его руки, все равно издохло бы с пеной у рта, обезумев от мозговой лихорадки. С близкого расстояния Мика слышал, как пули впиваются в плоть. Если это и не убьет зверя, то хотя бы порядочно замедлит.

Медведь упал. На ракету, видимо, упал кусок слизи или окровавленного мяса – она зашипела.

Затем медведь снова начал двигаться.

«Почему ты никак не сдохнешь?» – устало подумал Мика, отступая вверх по тропе, чтобы догнать остальных. Медведь все еще преследовал их – а другая тварь, судя по звукам, пробиралась между деревьями чуть дальше с левой стороны от тропы.

– Бегите! – крикнул Мика.

Они снова бросились бежать. На этот раз медленнее, так как были измотаны и изранены.

«Нужно просто двигаться», – решил Мика. Оба животных получили серьезные ранения. Оставалось только держаться на достаточном расстоянии, пока их преследователи не истекут кровью.

Тропа снова пошла вверх по крутому склону. Все четверо обследовали окрестности в поисках следов зверей. Когда они добрались до вершины, их лица блестели от пота. Земля под ними была черной и неразличимой. Ничего не было слышно.

– Держитесь рядом, – сказал Мика.

Они плотной группой шли вниз по тропе. Вдруг тропа резко сузилась – деревья будто надвинулись с обеих сторон.

Раньше, чем мозг успел осознать происходящее, Минерва услышала предательский треск под ногами: земля разверзлась под ней. Она провалилась в темноту, едва успев заметить, как Эбенезер с безумным криком вцепился в край ямы, а потом его руки соскользнули – и он упал вместе с остальными.

Ее охватило странное ощущение невесомости, то чувство, которое возникает в желудке, когда взлетает самолет.

«О, – с восторгом подумала Минерва. – Я падаю…»

Это длилось не более секунды. Она так ударилась о землю, что дыхание перехватило. Боль пронзила грудь, а затем что-то со страшной силой врезалось в череп.

12

Глаза Минервы распахнулись, и она сощурилась на дневной свет.

– Она приходит в себя.

Где она? Минни перевернулась на спину и застонала. На лбу у нее была огромная шишка – как будто под кожу вшили вареное яйцо.

– Минерва? – раздался женский голос. – Как ты себя чувствуешь?

Она открыла глаза, увидев ярко-голубое небо. Точнее, часть неба. Что-то мешало ей увидеть полную картину. Она словно смотрела на небо со дна открытой шахты лифта.

Над ней нависло лицо. Лицо Мики. На его шее запеклась кровь. Минерва сглотнула. В горле было так сухо, словно она жевала мел последние пару часов. Мика поднес к ее губам свою фляжку. Отхлебнув, она закашлялась.

– Ты можешь встать? – спросила Эллен.

Минерве удалось сесть. Опустив гудящую голову между коленями, она глубоко вздохнула.

– Где мы? – спросила она.

– Мы попались, – сказал Мика.

– Куда?

– В ловушку.

Она подняла голову. Господи, как же это было больно! Череп словно атаковала армия разъяренных шершней.

Они упали в яму. С глиняным дном. Стены были отвесными и уходили вверх метров на пять. Из грязи торчали обрубленные корни. Должно быть, на то, чтобы вырыть такую ямищу, ушло несколько дней.

– Тут что, кто-то искал останки гребаного бронтозавра?

Мика поднял одну из обломанных палок, валявшихся на дне ямы. Минерва заметила, что та была надпилена в нескольких местах. Ее отец вырыл такую же яму на западной стороне их хижины, чтобы ловить лис, которые убивали их ценных кур.

– Что это за запах?

Эллен указала за спину Минервы. Повернув шею, она увидела в углу кучу протухшего мяса, в котором извивались личинки.

– Наживка, – ответила Эллен.

– Как долго я тут валялась?

– Часа четыре или около того.

«В какое безумное дерьмо галопирующего осла все это превратилось», – подумала Минерва.

Они застряли в яме. Без вещей и еды. И как вишенка на вершине этого дерьмового мороженого, на голове у нее красовалась шишка размером с чертов мяч для гольфа – она видела ее тень, нависшую над левым глазом, как перезрелый плод, готовый вот-вот лопнуть.

– Мы можем выбраться?

– Я уже пыталась, встала на плечи Мики, но… – Эллен вздохнула. – Ничего не вышло.

– А ты почему им не помог? – рыкнула Минерва на Эбенезера. – У тебя что, ноги сломаны?

– Не совсем, – сказал он, указывая на свою левую лодыжку. Плоть на ней вздулась, а носок растянулся, как жуткий воздушный шар.

– Ты ее сломал?

– Не думаю. Просто очень сильно подвернул.

– Повезло тебе. Иначе я бы тебя тут бросила.

– Ты просто персик… – Улыбка Эбенезера была такой же жуткой, как и его лодыжка.

Минерва встала, и кровь тут же прилила к голове. Ноги подкосились, и она оперлась на стену ямы. И тут они услышали голос откуда-то сверху.

– Кто там?

Мужской голос. Ворчливый и немного встревоженный, но не угрожающий.

У Минервы все еще остался один из ее кольтов. У Мики – пистолет. Но никому из них не хотелось стрелять в единственного человека, который мог бы их вытащить.

– Мы туристы! – крикнул Мика. – Нас четверо.

– Я вижу на земле пистолет.

– Это мой, – сказал Эб. – Я выронил его, когда земля разверзлась. Надеюсь, вы не станете меня за это осуждать.

– Остальные вооружены? – спросил тот же голос.

– У нас пистолеты, – ответил Мика.

– Почему вы взяли в поход оружие?

– По той же причине, по которой вы, должно быть, вырыли эту яму, – отозвалась Минерва.

– Кидайте их сюда, –