Проклятый охотник: найти ведьму Пустоши - Елена Эйхен

Хозяин промолчал, но взгляд стал острым и сосредоточенным. Одним движением допил чай и резко поставил кружку. Звук фарфора о дерево прозвучал, как последняя точка.

— Поехали, — сказал он. Тоном, не терпящим возражений.

Я обняла Клару за плечи, ощущая под ладонями напряжённые мышцы.

— Он поможет, — прошептала я, стараясь вложить в слова всю уверенность.

Сжав её руки, я мягко послала импульс целительной магии. По специфической дрожи в пальцах поняла — её терзала ужасная головная боль. Магия не могла исцелить утрату дочери, но хотя бы сняла этот гнёт.

— Эсма! — голос Ванторна прогремел, как гром. — Поторопись.

— Иди, дочка, — Клара поцеловала меня в лоб. Её взгляд прояснился, значит, боль отступила.

Я кинулась за Ванторном. Он уже шагал к пегасу. Перед тем как сесть в кабину, обернулся — чёткий силуэт на фоне неба.

— Урок второй. Делай всё вовремя. Время утекает сквозь пальцы… даже если у тебя в запасе есть тысяча лет.

Я кивнула, растерянно. Тысяча лет? Мысль показалась нелепой и пугающей.

— Хельга уже в замке, — бросил он через плечо и скрылся в машине.

***

Дорога обратно в замок казалась бесконечной. Ванторн молчал, и напряжение в салоне становилось почти осязаемым, будто воздух пропитался тревогой.

У парадного входа, вытянувшись в струнку, ожидала госпожа Хельга. Обычно безупречно уложенные волосы чуть растрепались, а на строгом лице ясно читались усталость и беспокойство. Увидев меня, выходящую из пегаса следом за хозяином, она удивлённо вскинула брови — во взгляде читалось чистое, неприкрытое изумление: что эта служанка делает рядом с господином?

Я едва сдержала усмешку. Да, ради этой гримасы недоумения и стоило пройти все испытания.

Ванторн не удостоил её даже взгляда — направился прямо к замку и, не оборачиваясь, бросил через плечо:

— В гостиную.

Просторная комната с высоким сводчатым потолком и камином, в котором никогда не горел огонь, встретила холодом. Хозяин без слов опустился в своё привычное кресло у очага.

Я замерла у стены, прячась в полумраке. Чем меньше на меня смотрят — тем спокойнее дышится.

Хельга встала напротив Ванторна, скрестив руки на груди.

— Господин, я… — начала она, но он перебил мгновенно, не дав договорить:

— Отчёт о пропаже племянницы.

— Но… — Хельга бросила косой взгляд в мою сторону.

— Говори при ней.

Хельга метнула в меня ещё один быстрый, колючий взгляд, но тут же вновь сосредоточилась на хозяине. Она говорила чётко, без лишней лирики, как и подобает человеку долга. Но сквозь выверенную сухость интонаций то и дело прорывалась боль, которую не смогла скрыть даже её безупречная выдержка. Племянницу она, без сомнения, любила.

— Ева, господин… сдала вступительный экзамен в Академию Чародеек, — начала Хельга. — Она… она очень ждала результатов. Письмо должно было прийти накануне её исчезновения. Целый день она не отходила от окна, всматривалась в дорогу, ловила каждый звук — ждала почтальона. Приносили… — губы Хельги на мгновение дрогнули. — Приносили булочки из пекарни. Потом привезли молоко буйволицы из деревни. Потом… бандероль, но она оказалась для соседки.

Хельга на мгновение опустила взгляд.

— И ещё… ещё был небольшой конверт. Подписанный Еве. Она так обрадовалась, сразу вскрыла. Но внутри оказался не лист с результатами, а… странный кулон. Думаю, это была ошибка.

Ванторн подался вперёд. Его поза вдруг стала настороженной, почти хищной.

— Кулон? Подробней. Как он выглядел?

— Тусклый, господин. На тонкой цепочке. Камень… тёмный, почти чёрный. Но если приглядеться — внутри были тонкие прожилки. Глубокого, багрового оттенка. Как… как засохшая кровь. Ева покрутила его в руках и оставила в конверте, в прихожей. Списала на чью-то неудачную шутку.

Домоправительница на миг замолчала, словно глотая воздух.

— А наутро пришло письмо из академии. Она поступила. Но читать его было уже некому.

Спальня Евы оказалась пустой.

Повисла тишина.

Опять кулон. То же описание: тёмный камень, алые прожилки. Леденящее совпадение. Хотя нет — это точно не совпадение.

— Где он сейчас? — спросил Ванторн.

Хельга вздрогнула.

— Я… я не знаю, господин. Может, всё ещё лежит на тумбе в прихожей. Но… я не проверяла. Дальше начался хаос, поиски…

— Найди, — коротко приказал он. — Принеси его мне завтра к утру. А сама… можешь не выходить на службу, пока не придёшь в себя. Отдыхай.

Вот это да! Неужели даже у этого ледяного истукана бывают проблески… не человечности, конечно, но, возможно, понимания. Или хотя бы уважения к чужой боли.

Он оказался не так уж прост.

Хельга кивнула. Казалось, она ничуть не удивлена такой милости. Значит, он и раньше проявлял к ней подобную мягкость? Неужели у него действительно есть нечто, отдалённо напоминающее сердце?

Хотя… что за глупости. Стоит только вспомнить, в каких условиях он держит меня по ночам. Или… такое отношение — исключение? Только ко мне?

Хельга низко поклонилась и поспешно вышла, бросив на