Деньги, деньги, деньги - Эван Хантер

Глава VIII

В этом бизнесе вы не ожидаете поддельных денег.

Поддельные имена — да, но не поддельные деньги.

Фальшивые деньги могут стоить жизни, тогда как фальшивое имя может её спасти. Даже двое мексиканцев, чьи настоящие имена были Франциско Октавио Ортис и Сесар Виллада, использовали вымышленные имена, когда вели дела с типами, торгующими запрещёнными веществами. Никто, покупая или продавая сто килограмм дури, не назовет своё настоящее имя, если только не псих — что, к слову, было вполне вероятным в случае с людьми, заплатившими миллион семьсот тысяч фальшивыми сотнями двум таким же опасным преступникам, как они сами. Они подозревали, что человек, на которого рыжая лётчица указала как на Рэндольфа Биггса, вовсе не был Рэндольфом Биггсом, да и техасским рейнджером, которым он прикидывался, тоже не являлся. Проблема заключалась в том, чтобы найти его сначала в таком немаленьком городке, как Игл-Бранч, а затем — в Пьедрас-Росас, кишащем людьми приграничном городе прямо на другом берегу реки.

Если торгуете запрещёнными веществами, то не заказываете рекламу на радио или объявления в газету о том, что приехали в город в поисках человека, который расплатился фальшивками. Сохраняете невозмутимость — что довольно трудно сделать, когда не терпится привязать человека к стулу и вырывать ему ногти. Виллада и Ортис просто продолжали светить деньгами везде, где бы ни появлялись. Они были либо богатыми туристами из Барселоны — в такой приграничной дыре, как Пьедрас-Росас? — либо искали, с кем провернуть сделку с наркотой. Наркотики и наркоторговцы были в Игл-Бранч, наркотики и наркоторговцы были и в Пьедрас-Росас. Сегодня невозможно было поехать в любую точку мира и не найти там наркотиков или дилеров, даже в тех странах, где за хранение полагалась смертная казнь. Для Ортиса и Вильяды это было весьма печальной жизненной прозой, но что поделаешь в мире, помешанном на деньгах?

Цвет их денег мерцал, словно зелёный неон. Деньги, деньги, деньги. Запах человеческой жадности, исходивший от их стодолларовых купюр, плыл в горячем мексиканском воздухе. Проститутки навязчиво предлагали свои неряшливые ласки. Мужчины зазывали на карточные игры по-крупному, петушиные и собачьи бои. Уличные торгаши рангом пониже, похожие на бандитов из старых чёрно-белых фильмов, предлагали косяки с марихуаной и десятидолларовые пакетики разбавленного кокаина. Уличные мальчишки спрашивали, не желают ли сеньоры трахнуть их сестёр. Ортис и Виллада боялись даже пить местную воду.

Рэндольф Биггс — или тот, кто мог быть Рэндольфом Биггсом, — объявился в тот самый полдень.

Они сидели за столиком в открытом баре, как обычно светя зелёными долларами, таким образом закинув удочку. Белый мужчина, занявший соседний столик, был высоким и широкоплечим, с пышными, аккуратно подстриженными усами под носом, которым он презрительно принюхивался к воздуху, садясь и подзывая замотанного официанта. На нём был безупречно отглаженный светло-коричневый тропический костюм. Белая льняная рубашка с расстёгнутым воротом. Светло-коричневые лоферы. На босу ногу. Здоровяк — так описывала его рыжая. Рэндольф Биггс?

Со скучающим видом он заказал текилу, лайм и соль. Его тёмно-карие глаза скользнули по их столику. Он посмотрел на часы. Снова принюхался, словно только что почуял открытый сортир, что, по всей вероятности, так и было. Оглянулся по сторонам, будто ожидая увидеть в таком месте тараканов или крыс — ещё одна вполне реальная перспектива. Официант принёс выпивку и весь сопутствующий реквизит. Мужчина поблагодарил его на беглом испанском и велел не закрывать счёт. Виллада и Ортис были впечатлены.

Он выдавил сок лайма на тыльную сторону ладони, посыпал сверху солью, слизал эту смесь и выпил текилы. Они впечатлились ещё больше. Он подал знак продавцу сигарет с лотком на шее. «Поштучно или пачку?» — спросил тот по-испански. Мужчина купил нераспечатанную пачку «Мальборо»CXLV и расплатился мексиканскими песо, которые отслюнявил от замусоленной пачки купюр.

Трое мужчин за соседними столиками сидели и выпивали в сильном зное мексиканского дня. Где-то бренчали гитары. Из переулков и комнат на вторых этажах доносился переливчатый женский смех. Всё вокруг пахло потом и дымом. Мимо проносились автобусы. Сигналили такси. Это был суматошный, оживлённый городишко размером с иные гетто в Северной Америке. Зайди в любое из таких гетто — и увидишь те же лица, что и здесь, услышишь ту же речь. Мужчина, сидевший здесь в своём шикарном тропическом костюме и с аккуратно ухоженными усами, выглядел настолько же неуместно, насколько могла бы выглядеть Мег РайанCXLVI.

«Perdoname?» — спросил он. — «Tiene usted un cerillo?»CXLVII

Он держал одну из сигарет «Мальборо» между указательным и средним пальцами правой руки, близко к губам, наклонившись к ним. Ортис зажёг золотую зажигалку «Картье»CXLVIII. Мужчина затянулся, выпустил облако дыма и удовлетворённо улыбнулся. Он сказал по-испански: «Я пытаюсь бросить курить».

«Плохая привычка», — согласился Ортис по-испански и захлопнул крышку зажигалки.

Рэндольф Биггс?

«Что привело вас в этот прекрасный город?» — спросил мужчина и поднял брови, чтобы подчеркнуть сарказм.

«Проездом», — ответил Виллада.

«Куда едете?»

«В Мехико.»

Они по-прежнему разговаривали по-испански. Его испанский был очень хорош.

«А вы?» — спросил Ортис.

«Я живу в Игл-Бранч», — ответил мужчина.

Они ждали, когда он назовет своё имя. Но ничего не последовало.

«Мануэль Арельяно», — сказал Ортис, протягивая руку через стол и называя имя, которое он часто использовал при сделках с наркотиками, хотя он ещё не знал, был ли этот человек вообще связан с этим бизнесом. «Мой партнер Луис Лариос», — сказал он, назвав псевдоним Виллады.

«Рэндольф Биггс», — ответил мужчина.

Ортис слегка прищурился.

Мужчины пожали друг другу руки.

«Чем вы занимаетесь?» — спросил Биггс. «Вы сказали, что вы партнёры.»

«Мы экспортируем керамику», — ответил Виллада по-испански.

«А вы?» — спросил Ортис по-английски. Перейдя на родной язык собеседника, он хотел, чтобы тот почувствовал себя более комфортно, спрашивая, не продают ли эти господа на самом деле высокооктановое дерьмо, а не какую-то посуду, стоящую полтора доллара.

«Я сотрудник правоохранительных органов», — сказал Биггс. — «Техасские рейнджеры». Он приподнял клапан куртки, залез в боковой карман, достал толстый кожаный кошелёк, открыл его и показал золотую звезду, прикреплённую к клапану. Ортис и Виллада снова были впечатлены. Но рыжая лётчица уже рассказала им всё это. Техасский рейнджер по имени Рэндольф Биггс был тем человеком, который познакомил её с Фрэнком Холтом, ещё одним вымышленным именем, который организовал её полет в Гуэнерадо, чтобы забрать наркотики. И заплатить за них ёбаными фальшивыми деньгами.

«Вы знаете женщину по имени Кэссандра