Шестеренки и заклинания - Адриен Тома

вражде между полицейскими и преступниками: у нее вызывают крайнее отвращение Империя и ее слуги. Я не раз слышала, как она выходила из себя, говоря о Сарензии или ее министрах, поливала их руганью и расшвыривала вещи по комнате — тогда как все остальное время она выдающийся тактик, спокойна и холодна как лед! У меня нет и тени сомнений, что если бы Ревокаторы затеяли поджечь мантию у императрицы, она бы им помогла, и четверти секунды не поколебавшись.

Сирус сделал себе мысленную пометку.

— Смотри, а вон и Кэс! — воскликнула Сяоми, внезапно подняв руку.

Волшебник повернул голову и увидел, что к ним весело приближается маленькая блондинка.

— Ну что, парочка, наслаждаемся видами? — воскликнула она, подойдя вплотную.

Сяоми густо покраснела и потупилась. Сирус, удивленный ее реакцией, сделал вид, что ничего не расслышал.

— Добрый день, Кэс, — сказал он.

— Привет, парень. Ну что, ты уже оправился от всей той чуши, которой пытался тебе набить череп старый Вестор? Оклемаешься к вечеру?

— Должен быть готов, да, — осторожно согласился он.

— Отлично. Слушай, раз уж ты здесь, не окажешь мне услугу? Я только что получила партию запасных частей... которые, скажем так, к несчастью, выпали с корабля, доставлявшего их в имперские мастерские в Верхнем квартале. Кажется, Гриза упоминала, что ей нужны качественные пружины и зубчатые колеса для ее работы над сигнализацией. Раз уж вы живете вместе, ты не мог бы их ей доставить? Я сейчас занимаюсь разгрузкой... других товаров, утерянных транспортной компанией, и мне будет некогда отдать их ей до завтра...

— Нет проблем, — согласился Сирус. — Я передам ей детали.

— Превосходно! И не забудь как-нибудь сделать выбор.

— Выбор?

— Да. Знаешь, проводить дни с одной девушкой, а ночи с другой, редко заканчивается хорошо для парнишек, который считают себя достаточно сообразительными, чтобы заниматься и тем, и другим до бесконечности...

И невысокая воровка сардонически подмигнула ему. Сирус изо всех сил постарался этого не заметить, как и потемневших глаз и стиснутых челюстей Сяоми. Ситуация смущала его: штудируя черную магию, он попросту не рассматривал Сяоми с позиций романтического интереса. И все же девушка обладала всем, чтобы нравиться: талантливая эзотеричка, умная, веселая и отзывчивая, она была дьявольски красива, и ко всему вдобавок, ее предыдущее поведение подсказывало, что она им заинтересовалась.

Он, озадачившись, пообещал себе, что как-нибудь разберется в этом вопросе.

Он обменялся с Кэс Лифф и Сяоми еще парой банальностей, забрал механические детали, которые должен был передать Гризе, а затем распрощался и на закате отправился в Логово готовить еду. Голодный Квинт встретил его целым кошачьим концертом и Сирус, устав от споров, в конце концов протянул ему целую банку тунцового паштета, который рыжий кот с жадностью умял.

Сирус принялся за дело на крошечной кухне с кафельными стенами, в которой имелись лишь старая медная раковина, старинная чугунная плита, грозившая взорваться при каждом затапливании, и узкая деревянная кладовка, где хранилось немного продуктов, заключенных в стеклянные или металлические банки, чтобы не достались крысам и тараканам.

Когда через полчаса вернулась Гриза, в Логове пахло тушеной медузой с овощами. Сирус не отличался особым умением готовить, но тем не менее приготовление всех блюд взял на себя. Гриза и яиц сварить не умела, и — после того как несколько запеканок превратились в пепел и трижды вспыхивал пожар — молодой маг раз и навсегда изгнал механистку с кухни.

Девочка отдала угощению должное и горячо поблагодарила Сируса за запасные части.

Когда она спросила его, чем он занимался после обеда, он, сам не зная почему, решил не говорить ей, что провел время с Сяоми.

В дни учебы в Академии он ухватился бы за возможность завязать романтические отношения с некроманткой, даже если бы это означало бросить ее через несколько недель, когда она ему надоест. Что касается взаимной антипатии Гризы и Сяоми, то он бы над ней посмеялся, даже сыграл бы на ней, чтобы усилить привязанность к нему волшебницы.

Только он больше не в Академии. И теперь его волновали чувства других людей. Конечно, подумаешь — щетка ржавая и чернокнижница! И все же мысль о том, чтобы причинить кому-то из них боль, была невыносима.

Жизнь в Сетях определенно слишком усложнялась...

Глава 15

Вечером Сирус пробирался в Верхний квартал, впервые после побега из Академии.

Он горбясь шел в темнотe безлунной ночи: одетый в обноски, в сопровождении черных магов и ассасинов, и — в довершение ко всему — направлялся на кладбище. Вряд ли так он представлял себе собственное возвращение в высшее общество Селумбра...

Паучиха настоятельно подчеркивала важность этой фазы плана, жизненно необходимой для ее схемы ограбления Академии. Фаза эта служила формальной причиной, по которой Вестор Вакс посвятил его в некромантию: им требовалось извлечь важную информацию из памяти умершей души, чьи останки лежали в Умбриуме, весьма респектабельном и роскошном погребальном саду в Верхнем квартале.

Как только кладбище показалось в поле зрения, Сирус и Квинт прижались друг к другу в темной подворотне, на широком проспекте напротив входа. Вскоре к ним присоединились Сяоми, Вестор Вакс, Кэс Лифф и Густав. Все они оделись в черное или серое, за исключением главной шпионки, которая под длинной угольно-черной накидкой носила оранжевую сержантскую форму.

— Браво, мой мальчик, — поздравила Сируса Кэс Лифф, одобрительно ему подмигнув. — Неуловим, как сама Пропавшая Йоне! Когда-нибудь из тебя может получиться хороший вор...

Маленькая женщина выглянула из-за угла, прищурилась и кивнула.

— Два стражника дежурят у входа, — пробормотала она, — и еще двое обходят кладбище кругом. Есть еще третий патруль, но в этот час он должен быть на бульваре Ставень, с другой стороны зоны. Нам осталось избавиться только