Тайна кровавой графини - Анна Велес

– Вот он более известен в наших скромных криминальных кругах, – усмехнулся иронично Артем. – Все больше своей непростой смертью. Но ладно, я понял, мистики хватало.

– Да, это и стоит отметить, – продолжил рассказ консультант. – Со следующим своим избранником она тоже знакомится в своем кружке по интересам! Он продолжил существовать даже после смены режима. Пусть революционные идеи, также витавшие в таких сообществах, реализовались, но тяга к тайным наукам не исчезла. Лукерья ими очень интересовалась. У нее были странные друзья.

– Те, кто мог помочь вызвать неизвестно откуда некую непонятную сущность? – уточнил Артем.

– И мог, и вызвал, – подтвердил Давид. – Смотрите, что получается. Лукерья стала примой в тысяча девятьсот восемнадцатом. Якобы благодаря очередному удачному замужеству. Но этого мало! На момент, когда наша дама начинает играть свои звездные роли, ей уже почти тридцать лет! И что удивительно, она на самом деле, без грима, выглядела максимум на двадцать три. И до самого момента своего исчезновения она будто бы даже не старела.

– Волшебный рецепт? – Нина как-то с трудом в это верила.

– Изначально это был именно рецепт, – подтвердил аккуратно консультант. – Видите ли, где-то еще перед революцией актрисе был поставлен некий диагноз. Неприятное редкое кожное заболевание. Тогда же подруга-ведьма занялась ее лечением. Скажу честно, в состав того лекарства уже входила чужая человеческая кровь. Но пока убийств не было. Самое интересное, что странная терапия дала отличный результат.

– Плацебо, – уверенно заявила психолог. – Только так. Молодая, не слишком умная девчонка поверила в этот мистический рецепт. Похоже, как ни странно, тот кружок по интересам был для Лукерьи не просто местом добывания нужных связей. Но это типично. Это легко дополняет ее портрет. При ее подвижной психике она могла фанатично верить во всю эту магию. Практически на уровне физиологии. И вот – ремиссия. Не удивлюсь, что именно по случаю своего псевдовыздоровления актриса меняет имя. Якобы начинает новую жизнь.

– Похоже, – согласился с ней муж. – Ведь как раз тогда Елизавета начинает вести совсем другой образ жизни: светские рауты, какие-то ее скандальные выходки, смена любовников, все то, чем она запомнилась.

– Но как я понял, однажды она все-таки начала убивать, – напомнил Артем. – Та же ведьма почему-то вызвала для подружки ту сущность?

– Ритуал реально был проведен, – подтвердил Давид. – Той самой ведьмой. Но контракт с тварью Лукерья заключала по собственной воле. Это случилось уже в начале тысяча девятьсот двадцать шестого года. К тому моменту ее болезнь не только вернулась, но еще и усилилась. По сути, актрисе диагностировали рак кожи. Потому молодость и красота стали чем-то более важным, чем пропуск на сцену. Это уже был вопрос выживания.

Вся компания на несколько секунд замолчала. Услышанное казалось диким и безумным, но в этой истории была своя логика. Что искренне поражало и все же заставляло в нее верить.

Глава 13

– Мне это что-то напоминает, – сказал вдруг Аркадий. – Как раз легенду. Что-то такое очень избитое. Снова почти голливудское.

– Фильм «Мумия»? – предложил вариант Артем. – Там собирали канопы с органами, а заодно и жизни тех, кто владел этими артефактами. Но это уже совсем перебор.

– У тебя слишком богатая фантазия, – усмехнулась Нина. – Уж скорее, если о вечной молодости, то это про Дракулу.

– Точно! – обрадовался следователь. – Кровь как источник молодости. Слушайте, по данным экспертов, после нанесения первой раны в более современных убийствах с жертвой проделывались какие-то манипуляции. Создается впечатление, что кровью пострадавшего пропитывали какую-то тряпку или марлю. Зачем-то.

– Дракула кровь пил, – заспорил Аркадий. – А забирать ее для каких-то там ритуалов – это другое. Ну тогда, может, Жиль де Ре?

– Синяя Борода? – Нина чуть пожала плечами. – Он был алхимиком и якобы из крови жертв добывал золото.

– Этот персонаж станет моим подзащитным, – улыбнулся Давид. – Жиль де Ре не какой-то там спятивший маг-ученый. Между прочим, он маршал Франции, личный оруженосец Орлеанской Девы. А что самое главное, один из богатейших людей страны, кто имел глупость стать кредитором короля.

– Понятно, – усмехнулся невесело Артем. – Никакой магии, только деньги. В то время, как я слышал, с этим было легко. Ложное обвинение в колдовстве, пара купленных свидетелей, и казнь обеспечена, с передачей всего имущества в нужные руки. А сочинить легенду можно о ком угодно.

– Ладно, не он, – согласился профессор. – Но точно же была еще какая-то история, где как раз красоту и молодость поддерживали с помощью чужой крови. Когда ее не пить, а в ней купаться! Конечно! Батори!

– Ну нет! – На лице Нины появилось интересное почти злорадное выражение. – Эту даму защищать мне. Я писала о ней работу еще на первом курсе.

– Если бы ты только ею и ограничилась! – усмехнулся на это Артем. – Аркаша, вот ты с ней в свадебное путешествие ездил куда? В Англию! Полюбоваться Стоунхенджем. Сплошная романтика. А мы с ней посещали как раз тот самый замок. Как его… Чахтицкий! Потому что мы не могли оставить без внимания место заключения самой известной в мире серийной убийцы.

– Именно так! – продолжила Нина. – Эржебет Батори была именно убийцей! Выполнив свой женский долг, родив наследников, она овдовела, жила в своем замке, где, кстати, частенько принимала высоких гостей. Яркая личность, истерического склада, кстати тоже имевшая неприятное заболевание. У нее была эпилепсия, а при таком диагнозе психика тоже более чем подвижна. По данным историков, изучавших записи того судебного процесса, она совершила около тридцати подтвержденных убийств. Но там не было даже намеков на ритуал. Совершенно разные методы убийства, далеко не всегда осуществлялся забор крови, иногда это была просто бессмысленная жестокость. Считается, что к этому графиню подтолкнула ее наперсница-служанка. Кстати, несмотря на то что в то время получить обвинение в колдовстве было легко, Батори такого не предъявляли. Никакой мистики.

– Когда она там жила? – немного рассеянно переспросил Аркадий.

– Во второй половине шестнадцатого века. Умерла в начале семнадцатого, – доложила Нина как ученица-отличница.

– Вот, – задумчиво сказал ее муж. – А позже, спустя еще два века, она стала легендой. Понимаете, это точно такой пример, как мы говорили. Когда Кровавая графиня из убийцы превращается в народном фольклоре в нечто большее. В монстра или колдунью, некую мистическую сущность. Что и произошло в девятнадцатом веке. Кстати, именно в тот самый период расцвета тайных обществ и кружков, подобных тому, в котором состояла наша актриса! И даже само имя! Эржебет Батори чаще называют просто – Елизаветой!

– Вообще, логично, – серьезно поддержал его Артем. – Не думаю, что в России того времени было так много историков и исследователей психики серийных убийц. Зато мистиков, как выяснилось,