Хэвен - Том Диди

Пол подтянул девочку к себе и обнаружил, что легко может перекинуть ее на дно лодки. Оттуда он забрался в каноэ и смог втащить ее на борт, пока каноэ все еще болталось у лодки. Он положил девочку на спину, подложив ей под голову другой спасательный жилет.

Когда он уже собирался отцепить каноэ от лодки, его осенила мысль. Пол прыгнул в воду и поднырнул под лодку, оттолкнувшись ногами. Воздушного кармана под судном было недостаточно, чтобы Пол смог всплыть, но он начал ощупывать дно. Когда легкие стали рваться от нехватки воздуха, его рука нащупала что-то и он схватил это, прежде чем выплыть обратно на поверхность.

Пол вынырнул из озера, жадно хватая ртом воздух и чувствуя головокружение. В руке у него был еще один оранжевый спасательный жилет. Пока он заползал обратно на лодку и в каноэ, в его сознании снова вспыхнула озаренная молнией картина: дочь и мать, прижавшиеся друг к другу в лодке. На этот раз он увидел спасательный жилет на девочке, а вот на женщине, за которую она цеплялась, его не было.

Он взглянул на девочку, неподвижно лежавшую на дне каноэ. На ней были шорты и футболка в тон, и она была босиком. Мысленно Пол представил, как девочка снимает кроссовки, чтобы окунуть ноги в прохладную воду за бортом. Просто беззаботный день на озере, попытка прогнать удушающую жару. Пол наклонился, чтобы осмотреть ее голову на предмет повреждений, которые могли бы объяснить потерю сознания, и не нашел ничего. Ее рыжевато-русые волосы прилипли к голове, но не было заметно никаких шишек или синяков. Кожа на плечах и лице слегка обгорела на солнце, но ноги…

Пол прищурился, смаргивая капли дождя. Ноги девочки лежали под задним сиденьем каноэ, и теперь он увидел на коже что-то, что не было солнечным ожогом. Опасно наклонившись, Пол увидел ряд странных отметин на обеих ногах девочки. Воспаленные красные пятна с белым центром, словно укусы гигантских пчел, тянулись идеально прямыми рядами. Пол осторожно положил руку на одно из них и почувствовал тепло, исходящее от холодной кожи.

К берегу! Эта инстинктивная мысль потрясла его своей силой. Буря усиливалась. Небо было совершенно черным; слепящая пелена серебристо-серого дождя отделяла его от безопасного места. Он позволил инстинктам и адреналину взять верх с тех пор, как увидел, что лодка перевернулась, но впервые испугался. Что-то было не так. Что-то гораздо худшее, чем этот шторм и маленькая девочка, чья мать, вероятно, погибла.

Перед его глазами встал яркий образ матери, и Пол понял, что, несмотря на все инстинкты, страхи и рациональные мысли, ему нужно еще раз попытаться найти мать девочки. Прежде чем он успел передумать, Пол набрал полную грудь воздуха и нырнул в волны. Он проплыл под лодкой и вокруг нее, быстро устав, но одержимый желанием не оставить ребенка без матери.

Внезапное жжение в икре мгновенно отрезвило его. Голень начала неметь, и Пол почувствовал, как его что-то тянет, словно он запутался в водорослях. Он начал подтягиваться на борт, когда рывки стали настойчивее. Его охватила паника, и Пол задрыгал ногами, вспомнив о подарке, который отец сделал ему на тринадцать лет. «Ты уже подросток, почти мужчина. Достаточно взрослый для этого».

Отчаянно цепляясь одной рукой за лодку, Пол ловко дотянулся до пояса и выхватил свой подарок: нож. Открыв лезвие, он слепо рубанул по странным лианам, которые сжимали лодыжку.

Пол сидел неподвижно в духоте своей камеры. Его тело было мокрым от пота, но он вдруг почувствовал холод и слабость, словно спал с температурой. Он никогда раньше не вспоминал ничего подобного, но теперь знал, что это еще не все.

Он закрыл глаза и вернулся в лодку. Представил себе раненую девушку, бушующий шторм, почувствовал проливной дождь, заставил себя вспомнить… но бесполезно. Воспоминание было уничтожено. Все, что произошло с того момента, как он вернулся на берег, было заперто где-то в его памяти. Он снова попытался проиграть оставшуюся часть воспоминаний, но безуспешно.

Он уловил голоса, доносившиеся из участка. Звонил телефон, и Пол видел, как отблески проблесковых маячков вспыхивают и гаснут, словно безмолвный голубой прилив. На мгновение его окутала темная пелена страха – пропавший мальчик найден мертвым… что еще могло вызвать такой переполох в такой час, сколько бы времени ни было… но он быстро отогнал ее. Воспоминание было слишком важным, чтобы потеряться в водовороте паники, который пытался его затянуть.

Несмотря на разочарование от того, что он не смог вспомнить остаток дня, Пол почувствовал облегчение. Память наконец-то оживала, и, возможно, именно возвращение в Хэвен послужило толчком.

Пол снова лег на койку, когда до него дошел смысл этих воспоминаний. Он был настолько поглощен тем, что действительно что-то вспомнил, что совершенно проигнорировал чудовищность событий. Что это были за отметины на ногах девушки? Что за странное существо сидело на носу лодки? Пол внезапно почувствовал себя очень одиноким и уязвимым. Ответы на эти вопросы дразнили его из темных уголков сознания, но не показывались на свет. Пол не был уверен, что хочет вспоминать что-либо еще.

Стресс и беспокойная ночь давали о себе знать. Шум голосов и мерцающий синий свет – вот все, что было нужно измученному Полу, и он снова погрузился в сон без сновидений.

32

Ортис швырнул трубку, ирония ситуации обрушилась на него, словно удар молота.

Майк Нунан был дома – цел и невредим. Он прогулял школу, доехал на автобусе до станции Молден, пересел на «оранжевую» линию в Бостоне и затем пешком отправился через весь город к Фенуэй. Там, сидя на трибуне, он наблюдал, как «Космонавт» Билл Ли безнадежно сражается с «Блю Джейс», пропустив шесть ранов меньше чем за два аута. На замену вышел Боб «Паровой» Стэнли и остаток матча отыграл безупречно. Фред Линн, кумир Нунана, выбил два хита в четырех выходах. В любом случае это было куда лучше, чем день в школе. Обгоревший до неузнаваемости, растранжирив обратные деньги на хот-доги и газировку, он возвращался в Хэвен