Весна возмездия - Андреас Грубер

лестничный выход в Жирардипарк. Ведут прямиком к тем местам, где снимался фильм. Очень популярная штука, билеты приходится бронировать за несколько недель.

Он скептически рассматривал билет.

— Официально астматиков туда из-за узких ходов и спёртого воздуха не пускают, — пояснила Эвелин, — но если вы в форме, то докладывать об этом, в общем-то, никому не обязательно. Я знаю эту экскурсию — она действительно того стоит.

Он улыбнулся и сунул билет во внутренний карман.

— Договорились. У вас свои дела, а я задерживаю дыхание и спускаюсь под землю.

— Спасибо. — Она поднялась. — Поедем вниз порознь — на случай, если Имраан всё ещё караулит меня где-нибудь внизу.

— Разумеется.

Он проводил её до лифта, и там они простились. Выйдя из Дунайской башни, Эвелин подавила желание слишком уж явно оглядеться по сторонам. Имраана нигде не было видно. Она махнула рукой и села в такси. По дороге в Шёнбрунн она позвонила Касему — сообщить, что хочет с ним встретиться.

 

СПРАВКА ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ

 

Дунайская башня (нем. Donauturm) — телевизионная башня в Вене высотой 252 м с вращающимся рестораном и смотровой площадкой; один из символов города.

Пратер — старинный венский парк развлечений с легендарным колесом обозрения.

Дунайский канал — рукав Дуная, протекающий через центр Вены; популярное место прогулок.

«Карлсплац» — крупная пересадочная станция венского метро в центре города.

Жирардипарк — небольшой сквер у Карлсплац, названный в честь актёра Александра Жирарди.

Шёнбрунн — район Вены вокруг одноимённого императорского дворца Габсбургов.

Экскурсия «Третий человек» — пешеходный тур по венской канализации, посвящённый знаменитому нуарному фильму Кэрола Рида The Third Man (1949) с Орсоном Уэллсом, ключевые сцены которого снимались именно в этих подземельях.

Гноччи — итальянские картофельные клёцки.

 

 

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

 

 

ГЛАВА 28

 

Когда двадцать пять минут спустя Эвелин ступила на обширную территорию Шёнбрунна, заметно похолодало. Ночное небо было безоблачным, усыпанным звёздами, а прожекторы окутывали дворец и парк приглушённым жёлтым светом.

Имраан, как и было условлено, ждал её у западного крыла, возле кованой калитки бокового входа, о существовании которого Эвелин до сих пор даже не подозревала.

— Хорошо поужинала? — спросил он.

Где-то на крыше ворковал голубь, чуть поодаль журчал фонтан.

— Да, превосходно, спасибо.

Она внимательно следила за выражением его лица, но Имраан принял ответ невозмутимо и ничем себя не выдал.

Наверняка шёл за мной по пятам всё это время — и всё-таки каким-то образом ухитрился оказаться здесь раньше.

Теперь он провёл её по боковой лестнице на второй этаж. Перед ними тянулся узкий длинный коридор со скрипучим паркетом и тяжёлыми деревянными дверями высотой не меньше двух с половиной метров. В настенных подсвечниках горели голые узкие лампочки.

— Так вы живёте в этом крыле? — спросила Эвелин, разглядывая потемневшие от времени картины маслом. — Выглядит немного жутковато.

— Я не верю в привидения.

Имраан остановился перед дверью, обитой чёрной кожей. Постучать было не во что, поэтому он отправил короткое сообщение с мобильного — и они стали ждать.

В тёмном конце коридора, метрах в десяти, у распахнутого окна стоял Саджид. Парк за стеклом был залит светом, и Эвелин различала лишь его силуэт да тлеющий огонёк сигареты. Теперь до неё долетел и запах дыма, поплывшего по коридору; в руке у Саджида голубовато мерцал дисплей телефона.

Из одной из соседних комнат доносились весёлые голоса и смех — работал телевизор. Похоже, кто-то смотрел арабский ситком.

Вскоре Имраан получил ответ и открыл дверь.

— Касем готов тебя принять.

Она вошла, и он тут же затворил дверь у неё за спиной. В комнате пахло мятой и мёдом. С потолка свисала люстра, в которой горело добрых полтора десятка лампочек.

Шторы были раздвинуты до конца, и сквозь высокие окна с переплётами Эвелин видела освещённый дворцовый сад и залитую прожекторами Глориетту — тот огромный открытый павильон, что величественно возвышается на холме.

На красных стенах салона теснились искусно обрамлённые зеркала и полотна. С одного из них глядела императрица Сиси в белом платье, со своей знаменитой пышной причёской — словом, мечта всякого ностальгирующего поклонника монархии.

Эвелин пересекла комнату по красной ковровой дорожке. И здесь паркет невыносимо скрипел.

Камаль Касем удобно расположился в мягком кресле, откинувшись на спинку и закинув ногу на ногу. Перед ним на столе с изящно изогнутыми ножками стояли раскрытый ноутбук и включённый планшет, рядом лежало несколько папок, миска с орехами и бутылка красного вина. На Касеме был тяжёлый тёмно-красный халат с отворотами на рукавах, прекрасно гармонировавший с интерьером.

— Похоже, вы тут неплохо обжились, — заметила Эвелин.

— Я постоянно в разъездах. Иной раз просыпаюсь ночью и сначала должен сообразить, в каком я городе и в какой гостинице. Самое сложное — вспомнить, в какой стороне комнаты находится туалет. — Улыбнувшись, он указал на свободный стул возле стола. — Прошу вас, садитесь.

Эвелин опустилась на стул.

— Имраан и Саджид и в ближайшие дни будут сопровождать меня и моего коллегу буквально на каждом шагу?

Касем кивнул.

— Это исключительно ради вашей безопасности.

— Или ради вашей? — парировала она.

Он усмехнулся.

— Мне нечего скрывать.

Ну да, конечно. Эвелин посмотрела на него в упор.

— Не хочу показаться бестактной, но я вынуждена задать вам этот вопрос… — Она выдержала паузу. — Это вы или кто-то из ваших людей распорядились, чтобы Мартина Килиана избили в следственном изоляторе?

Касем долго смотрел на неё.

— С ним что-то случилось?

— Иначе я вряд ли стала бы вас об этом спрашивать.

— Он утверждает, что за этим стою я?

— Нет. Это утверждаю я. Так что не уходите от вопроса. Это вы распорядились?

Он покачал головой.

— А какой в этом был бы смысл?

— Сломить его, чтобы он сознался. Наказать. Отомстить. Причин я могла бы назвать сколько угодно.

— Нет, вы ошибаетесь на мой счёт. Я не такой.

Она долго не сводила с него глаз. Его невозмутимость удивляла, но ещё удивительнее было то, что звучал он искренне.

— Хорошо, оставим это. Если у вас есть какие-то связи в Йозефштадте, позаботьтесь о том, чтобы подобное больше не повторилось.

Касем сжал губы, потом кивнул.

— Я этим займусь. — Он коротко взглянул на ноутбук. — Это всё? Только ради этого вы и пришли?

Эвелин сохраняла прежнее