Весна возмездия - Андреас Грубер

— Господи, Эвелин, — перебила ее Зильке, — надо же, ты все-таки решила мне позвонить. Очки понадобились?

Она рассмеялась.

— Слушай, я читала статью о тебе в Profil. Потрясающе! Я и не знала, что ты…

— Мне нужна твоя помощь, — перебила ее Эвелин и понизила голос. — Речь идет об операционных отчетах по дочери одного из моих клиентов.

— Если ее оперировали в Австрии, это не проблема…

На том конце что-то зашуршало бумагами.

— …Леон сегодня в ночную смену, но завтра утром мы оба будем дома. Мы поздно встаем. Можешь приехать после десяти.

Эвелин улыбнулась.

— Отлично. Я привезу завтрак. Спасибо.

Она завершила вызов, убрала телефон и торжествующе посмотрела на Имраана.

— Вам не придется ломать примару Борману коленные чашечки. Мы и так доберемся до нужной информации.

Имраан взглянул на нее без всякого выражения.

— Жаль.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 25

Пуласки осторожно поднял перламутровую пуговицу и повертел ее между пальцами. В латексных перчатках движения выходили неловкими. Он поднес находку к свету.

На гладкой поверхности не проступило ни малейшего жирового следа. Если это пуговица Килиана, его отпечатки должны быть на ней — и тогда для старшего прокурора Островского она станет настоящим подарком. Для защиты Эвелин — кинжальным ударом.

При всей твоей дружбе с Эвелин… ты должен отнести эту пуговицу комиссару Драйер.

Но тогда пришлось бы признаться, что он вломился в дом Алейны. Вообще-то его это не должно было останавливать, если так можно вывести убийцу на чистую воду. И все же сначала Пуласки хотел точно знать, чьи отпечатки были на пуговице на самом деле.

Он огляделся и заметил в нише между гостиной и столовой узкий письменный стол с клавиатурой, мышью, лазерным принтером и эргономичным креслом. На столешнице лежали только провода.

Похоже, обычно там стоял ноутбук, который криминалисты уже увезли в лабораторию. Но Пуласки интересовал только принтер — точнее, тонер.

Он открыл заднюю крышку, откинул отсек и вынул картридж. Затем встряхнул его так сильно, что мелкая черная пыль осела на обеих сторонах пуговицы. После этого снова поднес ее к свету.

Ничего.

— Не может быть!

Пуласки подошел ближе к окну и повертел пуговицу так и этак. Ни следа, ни жирового налета, ни отпечатков — ничего. Поверхность была безупречно гладкой, словно пуговица только что сошла с конвейера.

Или ее кто-то тщательно протер куском ткани. Но зачем? И главное — кто?

Пуласки сдул с пуговицы чёрную пыль и опустил ее в прозрачный пакет — туда же, где лежало письмо Килиана. Потом он вспомнил отчет криминалистов, валявшийся у него на кровати в гостиничном номере.

В доме повсюду искали отпечатки пальцев — и повсюду их находили: отпечатки Алейны Аль-Рашид, ее уборщицы и Мартина Килиана.

Самое странное заключалось в том, что эта пуговица, похоже, оказалась единственным предметом на месте преступления, на котором не было ни одного отпечатка. А значит, кто-то, возможно, нарочно подбросил ее сюда и стер свои собственные следы, чтобы направить подозрение в убийстве на Килиана.

В голову Пуласки приходил только один человек: профессор Нимайер.

Но как и когда он раздобыл эту пуговицу?

Возможно, сорвал ее с пиджака Килиана, когда встречался с ним в ресторане.

Вот же дерьмо.

Карточный домик его подозрений и догадок насчет Килиана рухнул в один миг, и Пуласки снова оказался в самом начале своих размышлений.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 26

Выбравшись из дома Килиана тем же путем, каким проникли внутрь, Саджид и Фло снова вызвали такси и взялись за оставшихся в их списке людей. Последним оказался спасатель из бассейна «Штадионбад».

Они застали его за болтовней с дамой из билетной будки. Но и он лишь смутно помнил Килиана, а Нимайера не помнил вовсе — не говоря уже о том, чтобы уверенно его опознать.

Фло вышел из будки, миновал входную зону «Штадионбада», шагнул из тени навеса в низкое вечернее солнце и прислонил рюкзак к урне. Перед ним тянулась парковка, почти забитая машинами из-за жары, хотя до середины мая было еще далеко.

Сотни велосипедов стояли в стойках. Машины теснились в несколько рядов. Некоторые и вовсе были наглухо зажаты другими.

Похоже, в эту субботу пол-Вены выбралось в открытые бассейны.

Саджид вышел следом на раскаленный асфальт и, щурясь, посмотрел в вечернее солнце.

— И что теперь?

Он закурил.

Фло не ответил. Он смотрел на асфальт, дрожавший в жарком мареве. За его спиной визжали дети, с плеском падавшие с вышки в воду.

Спутник Килиана в тот вечер обернулся фантомом, которого никто толком не запомнил. Каждый описывал человека, сидевшего спиной к залу, по-своему.

— Если свести все показания к общему знаменателю, то спутник Килиана был мужчиной, чуть постарше, совершенно неприметным и, скорее всего, одетым во все серое.

Фло скрипнул зубами.

— Это сужает круг до нескольких десятков тысяч венцев. По крайней мере, большинство узнало Килиана, так что его рассказ хотя бы в этой части подтвердился.

— Ну да, а может, он просто сидел в стейкхаусе с каким-нибудь приятелем — а вам скормил байку, будто это был Нимайер, — подытожил Саджид.

Фло по-прежнему смотрел в раскаленное марево.

Черт. И это тоже возможно. Но верить в такое не хотелось.

Он покосился на Саджида.

— Ну и недоверчив же ты.

— Отец с детства приучил меня никому не доверять и все подвергать сомнению, — ответил Саджид.

— Печально звучит. Есть хоть что-то, во что ты веришь? Кроме Аллаха?

Глаза Саджида сузились. Он коротко посмотрел на тлеющий кончик сигареты.

— Ты сейчас издеваешься?

— Нет. Мне правда интересно, во что ты веришь и кому доверяешь.

— Никому. Правда относительна, потому что каждый создает себе собственную правду.

— Говоришь совсем как Эвелин в зале суда, — заметил Фло.

— И она права.

Саджид еще раз затянулся и щелчком отбросил окурок.

— За считаные секунды мы, опираясь на горстку фактов, чутье, обрывки воспоминаний, собственный опыт и ассоциации, составляем мнение. А потом всюду ищем ему подтверждение: верим тому, что укладывается в нашу картину мира, и отмахиваемся от фактов, которые ей противоречат…

— Ладно, хватит, — оборвал его Фло. — Об этом вы с Эвелин, конечно, могли бы говорить часами, но нам-то сейчас это что