Отдай свою страну - Ирина Владимировна Дегтярева

сильно отличались внешне от хуту и тва, и Марио не решался их вывезти. Он выжидал. И когда отряды повстанцев-тутси, пришедшие из Уганды, стали действовать слаженно и результативно, Санчес, как Моисей, вывел тутси из укрытия. Вместе с Жозефом они уехали в Пуэнт-Нуар. Какое-то время держались рядом, а потом их пути разошлись.

Жозеф знал, что колумбиец спас больше двухсот тутси, однако и убивать их ему приходилось, иначе он не завоевал бы доверия у хуту и не смог бы действовать среди них свободно. И как только в Пуэнт-Нуаре Марио напомнил о предложении россиян работать на них, Нсабимана снова отказался.

– Ты спас многих, но пожертвовал другими. Я так не смогу. Я – врач и умею только спасать, а не убивать…

Проснулся Санчес, услышав голос своего отца, его пение. Не сразу понял, что звучит запись оперных арий колумбийского тенора.

Марио оторвал голову от диванной подушки, глянул вокруг диким взглядом, но, увидев тутси, сидящего за столом и завтракающего церемонно, на белоснежном фарфоре с серебряными приборами под классическую музыку, Санчес криво усмехнулся.

Он подумал, что Гивар перегнул палку с Нгие и тем самым подписал себе смертный приговор. Его не спасет толпа охранников, которой он себя окружил. Воспоминание об Адриане добавило мрачности в его взгляд.

– «Женщины и собаки… Это одно и тоже…» – пробормотал он вставая. Теперь главное – мэр. Он человек влиятельный в городе, полиция пляшет под его дудку – это все знают.

Через два часа Марио оказался около дома любовницы мэра. Солнце жгло спину и затылок, Санчес задумчиво выщипывал листочки из живой изгороди, поглядывая в просвет между ветками, где виднелась парадная дверь с круглой блестящей ручкой. Наконец дверь приоткрылась, на некоторое время замерла, видимо, любовники страстно прощались.

Санчес встретил невысокого полноватого мэра у калитки. Тот испуганно дернулся, словно собрался бежать, но, увидев, что колумбиец выглядит вполне миролюбиво, остановился и покровительственно сказал:

– Что же вы, месье, скрылись? Вас никто не собирался арестовывать. Речь шла о допросе в качестве свидетеля.

– Это качество имеет неприятную особенность переходить в количество месяцев и лет тюрьмы. Зачастую по сфабрикованным обвинения. Зная начальника полиции, я решил переговорить с вами лично, месье мэр. Так вышло, что я знаю о допросе тех парней и их обвинениях в мой адрес. Также я знаю о ваших приятельских и партнерских отношениях с Джотодией, а также о том, что во время вашей последней встречи вы расстались не слишком хорошо и вам это стоило приличной суммы.

– Вы однако неплохо осведомлены, – поежился мэр, достал из кармана белоснежный платок и отер высокий лоб.

– Раз вы сейчас сами заговорили о допросе, а не о моем аресте, вы очевидно имели в виду, что вас не слишком расстроило покушение на Джотодию. Так вот, думаю, вас порадует предложение избавиться от телохранителей Джотодии. А то, чего доброго, широкой публике станет известно о заявлении охранников о моей причастности к покушению. Затем до Джотодии дойдет информация, что покушавшийся на него человек из Пуэнт-Нуара и его, то есть меня, видели с вами вместе на некоторых мероприятиях. А ведь Джотодия может подумать, что это вы его заказали из-за досады на финансовые потери в вашем нелегальном бизнесе на приисках в ЦАР и Конго.

– Что вы хотите, Санчес? – сдавленно спросил мэр.

– Вернуться в свой дом и чтобы с меня сняли все подозрения.

– Хорошо, – кивнул он. – Полагаю, это возможно. Но, по-видимому, это не все?

– И вы, и я заинтересованы в том, чтобы эти парни – телохранители Джотодии – замолчали навсегда. Надо чтобы они покончили с собой в тюрьме. Так будет лучше для всех.

– Я не буду в таком участвовать! – нервно вскрикнул мэр.

– Тише, – поморщился Санчес, глянув по сторонам. – Вам и не придется. Тогда только распорядитесь перевезти задержанных на допрос в мэрию. По дороге на машину нападут партизаны. Полицейских не тронут. Зачем лишние жертвы? Правда ведь?

* * *

Сидя у себя в гостиной, закинув ноги на столик, Санчес смотрел новости по телевизору, где сообщалось об очередной вылазке партизан. Ведущий рассуждал о том, что они пытались освободить своих дружков, которые погибли при нападении. О связи арестованных с Джотодией и ЦАР не было сказано ни слова.

И только вечером того же дня Марио узнал от Мбазы, организовавшего нападение, что не все телохранители уничтожены. Еще до того, как их повезли на допрос в мэрию, один сбежал, тот самый, вызывавший у Марио больше всего опасений.

Подспудно он ожидал подобного развития событий и даже не стал ругать Мбазу. Тот парень – профессионал, он бы не дал убить себя так легко. Санчес пожалел, что не сделал все сам. Но так светиться колумбиец не мог.

Его одолевал звонками Шен и требовал срочно ехать в ЦАР. Того же хотел и Центр, передавая свои пожелания через Румена.

– Отдохнул после отравления? – во время очередной встречи на набережной поинтересовался болгарин. – Берись за дело. И думать забудь о том, чтобы устраивать разборки с Гиваром. Уже то, что мы выявили его сущность – огромный плюс. Он не знает о твоих догадках, и не знает, кто ты есть на самом деле. Это преимущество. Можно будет с ним поиграть в плане дезинформации по тем или иным вопросам.

– Я бы не был так уверен, что он меня не подозревает.

– Не скажи, по-моему, он просто хотел натравить тебя на китайца и избавиться от него твоими руками. Ему нужен убийца.

– Он мог сказать напрямую, – Санчес пожал плечами.

– Пришлось бы платить. А так он хотел использовать твой праведный гнев.

– Гивар не дурак. Боюсь, он меня раскусил и держал при себе, чтобы прислеживать. Я проморгал. Думаю, от него необходимо избавиться.

– Не дури, Санчес, нам сейчас не до этого. Да и кстати, зачем тебе Понс? По нему, правда, все чисто, проверили.

– Водитель хороший. Парень надежный.

– Скажи честно, хочешь через него побольше выведать о Гиваре, чтобы изощренно его прикончить?

Марио хмыкнул.

– Зачем же изощренно? Могу и просто так, без изысков.

Румен начал терять терпение и раздраженно засопел.

– Пока ты носишься с идеей мести Гивару, ты проморгал телохранителя Джотодии. Он настырный, вроде тебя, и будет охотиться за тобой. И кроме того, в ЦАР неспокойно. Улучшений не намечается. «Селека» беснуется.

– Я слышал, что там наоборот затишье. В Либревиле[32] подписали соглашение о прекращении огня. При условии, что Бозизе назначит премьер-министра до восемнадцатого января из числа оппозиции. Тогда его не сместят с поста президента. Может быть. Думаю, сместят по-любому. Только если премьер-министр будет выбран оппозицией, свергнуть Бозизе станет гораздо легче.

– Да, Центр выражает опасения насчет Бозизе. Хорошо, если его не убьют. Но