Невеста была в черном. Черный занавес - Корнелл Вулрич

–Док Джонсон, наверно. Он нас не знает. Могу попробовать с ним связаться, если нужно.

–Поздно уже… Может быть, он не захочет прийти, – вставила она.

Сэм отчитался:

–Через полчаса будет.

Она – немного уныло – выдохнула:

–Ох.

В ожидании она через какое-то время сказала:

–А мне всегда было интересно, какой вы.

–Так вам известно, кто я?

–А кто вас не знает? Я прочитала от корки до корки все ваши книги. – Она проникновенно вздохнула. – А теперь сижу с вами в одной комнате.

Он отвернулся:

–Довольно.

–По крайней мере вы такой, каким должны быть, – продолжила она, ничуть не смущаясь. – Я к тому, что большинство людей, которые пишут энергичные сюжеты про жизнь на природе, – худенькие, анемичные коротышки, кутающиеся в одеяла. В отличие от них вы производите впечатление человека, которому хочется посвятить себя всю целиком и полностью.

–Вашими словами бы вафли заливать, – с отвращением известил он ее.

Ее глаза елозили по потолочным перекрытиям, пламя отражалось на них морской волной.

–Вы один живете в таком большом доме?

–Я приезжаю сюда работать. – Если в этих словах и содержался легкий намек, то она его не почувствовала.

–Ваш камин – это нечто. Наверно, в нем можно встать в полный рост.

–Раньше в нем коптили туши свиней и индюшек. Внутри дымохода по-прежнему остались крюки. Камин великоват, огонь в нем разгорается слишком медленно, и его тяжело поддерживать. Я попытался его уменьшить, удалив ненужное, установил пустую заглушку и боковины из цинка.

–О да, я заметила трещины по краям. Думала, что это камни такие.

Сэм ворошил тяжелой кованой кочергой в огне, когда в дверь постучался врач. Сэм прислонил кочергу к камням и пошел открывать. Холмс последовал за ним в прихожую, чтобы поприветствовать доктора. Ему показалось, что девушка издала приглушенный многострадальный всхлип у него за спиной, но шумное вторжение доктора поглотило звук.

Когда они вернулись, ее лицо скривилось и словно утратило все краски. Кочерга лежала плашмя на полу, будто свалившись под собственным весом.

–Давайте посмотрим, – проговорил врач. Он нежно провел пальцами, и она вздрогнула, издав невнятный вскрик. Доктор цокнул языком. – У вас, к сожалению, сильный ушиб! Но не растяжение, словно хрящик себе расшибли, когда что-то тяжелое упало сверху. Оберните ногу ватой. Придется пару деньков дать ноге отдохнуть, чтобы у нее была возможность восстановиться.

Несмотря на то, что из уголков каждого глаза у нее проступила порожденная болью избыточная влага, во взгляде, которым девушка взирала на Холмса, чувствовался триумф.

Позже, когда доктор покинул их, Холмс заявил:

–Ума не приложу, что делать. Станция – минутах в сорока отсюда, и я даже не уверен, ожидаются ли еще этой ночью поезда. Я и сам мог бы вас отвезти в город, но мы там окажемся где-то на заре.

–Может, я у вас останусь? – задумчиво проговорила она. – Я не буду вас беспокоить.

–Не в этом дело. Я – человек неженатый, живу в доме один. Даже Сэм спит в гараже.

–Уф, – выпалила она, словно наступила на гриб-дождевик. – Ну нам и собаки в качестве дуэньи хватит.

–Хм, а разве ваши родные не будут тревожиться, что вы не вернулись домой?

Что-то наподобие сдержанного смешка вырвалось из ее горла.

–Да, конечно, через три дня обеспокоятся. Они в Нью-Мексико. Когда до них дойдет, что меня не было на месте, я уже буду дома.

Она перевела глаза на Сэма, а Сэм перевел глаза на него.

–Подготовь комнату на первом этаже с раскладушкой для барышни, Сэм, – наконец заявил он.

–Звать меня Фредди Кэмерон, – сообщила девичья фигурка, уютно свернувшись в кресле. – Это сокращенно от Фредерики.

Они посидели в молчании, ожидая, пока Сэм готовил комнату. Холмс упер взгляд в пол, она же уперла взгляд в него, по-детски неприкрыто прямолинейный.

–А зачем вы держите ружья и дробовики в углу комнаты?

–Потому что я много охочусь, когда не работаю.

–Они заряжены?

–Конечно, заряжены. – Он выдержал паузу и добавил: – У них жуткая отдача при стрельбе.

–Спокойной ночи, мистер Холмс и милая девушка, – крикнул Сэм. Входная дверь закрылась за ним.

Тишина стала почти пушистой, ее привкус ощущался во рту.

–Может, поболтаем немного? – предложила она по прошествии примерно четверти часа.

Его глаза метнулись к ней, а затем снова к полу в поисках ответа. Было что-то настороженное в этой легкой уклончивости.

Она обеспокоенно задрала плечи, оглянулась.

–В этом месте есть что-то пугающее. Будто… что-то должно произойти.

–Будто, – лаконично признал он, поднялся и покинул ее без дальнейших слов. Он пошел по лестнице на второй этаж с почти болезненной осторожностью, склонив голову, словно прислушиваясь.

В камине взорвалась охлаждающаяся зола; его плечи напряглись, затем расслабились. И тут же вновь накатила тяжелая, вкрадчивая неподвижность, поглотившая мимолетный звук. Его дверь закрылась где-то там наверху.

* * *

Сэм вошел и обнаружил их сидящими за столом.

–Это что такое? – воскликнул он с переигранным гневом, в котором сквозила досада.

–Девушка на подхвате ему приготовила завтрак. Но ей не повезло, он отказывается есть.

–Это про сюжет, – предположил Сэм.

Холмс испуганно поглядел на него, словно замечание получилось обескураживающе проницательным. Он налил воды из своей чашки в миску и поставил ее на пол. Овчарка подошла и стала шумно лакать воду.

–И как, додумали интригу для книги? – сразу же поинтересовалась девушка.

–В процессе, – отозвался Холмс. Он смотрел на собаку. – Но скоро у меня все сложится. – Он взял чашку, опустошил ее и протянул девушке за добавкой.

Он встал, бросил:

–Вечером увидимся, – и пошел в гостиную.

–Что значит это «вечером увидимся»? – невыразительно спросила она у Сэма. – Я, что ли, невидимкой должна быть до этого?

–Сейчас он будет творить. – Сэм направился за ним, словно для обеспечения порядка требовалось его присутствие. Сэм сдвинул «кресло вдохновения», склонил голову, присматриваясь к нему, и подправил с точностью до миллиметра.

–Оно должно стоять в том же месте всякий раз? – скептически поинтересовалась она. – При отклонении на пару сантиметров он думать не сможет?

–Шшш! – настоятельно зашипел Сэм. – Его отвлекает, когда кресло не вровень с диагоналями на ковре.

Холмс смотрел за окно, уже утратив связь с миром. Он резко взмахнул тыльной стороной руки с призывом покинуть помещение.

–Уходите! Сейчас начнется.

Сэм унесся на цыпочках с почти смехотворной скоростью, яростно призывая ее последовать примеру. Она постояла мгновение перед закрытой дверью, беззастенчиво подслушивая. Голос надиктовывавшего машинке Холмса просачивался наружу монотонным распевом:

–Чинук брел по заснеженным пустотам, скрывая под капюшоном меховой куртки мстительную гримасу…