Тайна трех зеркал - Анна Александровна Завгородняя

– Понятия не имею. Она ничего не помнит о себе, кроме того, что должна была мне передать.

Джарганец кивнул:

– Отвлеките ее. Я хочу осмотреть зеркало.

– Хорошо, – согласилась я и взмахом руки поманила девушку к себе.

Призрак с неохотой подлетела, при этом держа моего спутника в поле зрения. И пока Милош рассматривал зеркало, не прикасаясь к нему руками, я спрашивала у девушки, не наблюдалось ли в кабинете кого-то постороннего, хотя уже и сама поняла, что никто сюда не приходил. И девушка подтвердила мои догадки.

– Это друг, – добавила я, указав на Горича.

– Он мне не нравится. Он смотрит на зеркало, – прошипела призрак, и волосы ее качнулись, похожие на паутину.

Я только теперь заметила, что девушка сменила прическу. Теперь ее волосы, белые, цвета прозрачной седины, были распущены, и их движение напоминало колыхание водорослей под толщей воды.

– Он друг, – повторила я, внимательно глядя на девушку, и уточнила на всякий случай: – А ты не вспомнила свое имя?

Она опустила голову и снова принялась размышлять. Затем подняла взгляд и проговорила:

– Не знаю. Я здесь, чтобы приглядывать за зеркалом и рассказать вам, как открыть дверь.

Вздохнув, я отвернулась. Ничего нового от девушки узнать не удалось.

– Вяземская, подойдите-ка сюда, – не оглядываясь, позвал меня вдруг джарганец.

– Вы что-то нашли? – поинтересовалась я и подошла.

– Вы позволите мне использовать магию?

Я недоуменно посмотрела на куратора.

– Зеркало не простое, и это факт. Не стала бы графиня предлагать такие деньги за обычную старинную безделушку.

– Я того же мнения, господин Горич, – согласилась я, радуясь тому, что поделилась своей тайной с ним.

Мне казалось, он может мне помочь. Вряд ли я справлюсь сама.

– Только сперва я установлю защиту, – предупредил меня маг. – Встаньте ближе, Вяземская.

Я подошла, сократив расстояние между нами до ничтожного, но тут Милош взял меня за руку и так притянул к себе, что мы оказались просто в неприличной близости друг к другу. Получалось, что я почти обняла джарганца. Но, несмотря на то что при этом испытывала некоторое возмущение и негодование, в глубине души я вдруг поняла, что мне приятно ощущать тепло его тела и силу руки, удерживающей мою.

Горич поднял правую руку и простер ее над нами. С его губ сорвалось какое-то заклинание, произнесенное на джарганском, и пространство вокруг нас покачнулось прозрачной рябью. Сама не знаю почему, но я вдруг вцепилась в мужчину, обхватив его за талию, отчего мы стали еще ближе. Это освободило магу руки. Он вытянул их вперед, и с его пальцев сорвалась магия – темная, клубящаяся, будто дым. Она потянулась к зеркалу и миг спустя ударилась о его поверхность. Секунда, другая… Сердце пропустило удар. Где-то за спиной зашипела призрак, возмущаясь столь варварским отношением к дорогому артефакту, а затем рама зеркала потемнела до черноты, а сама отражающая поверхность вдруг вспыхнула ярким светом, заставив нас с Милошем зажмуриться.

Сколько длилось это свечение, не знаю. Но, услышав голос куратора, я открыла глаза и увидела то, что он пытался мне показать.

– Смотрите, Елизавета, – проговорил он, назвав меня по имени.

Я сделала вид, что не заметила столь фамильярного обращения к своей особе, и во все глаза уставилась на раму, на поверхности которой горели странные знаки, больше похожие на древние северные руны.

– Что это, господин Горич? – только и ахнула я.

Щелчком пальцев сняв непригодившуюся защиту, Милош подошел ближе к зеркалу. Он смотрел не на руны, а на то, что отражалось в самом зеркале.

– Смотрите, Лиза, – то ли попросил, то ли приказал он, и я увидела.

Это был уже знакомый нам черный силуэт, не имеющий пола. Нечто жуткое, отчего все волоски на коже встали дыбом, находилось будто бы по другую сторону зеркала. Я не сразу поняла, что зеркало показывает нам убийцу. Но почему? Как такое возможно?

– Что это? – спросила я шепотом.

Тень в отражении вдруг застыла и миг спустя резко обернулась. Пространство вокруг вспыхнуло ярким светом. Мне показалось, что все повторилось в точности как тогда, в первый раз, в переулке на месте убийства бедной гувернантки.

– А-а-а! – закричала я.

Горич выругался. В воздухе прозвучали его слова, резкие, немного гортанные – какое-то заклинание на джарганском. А затем раздался вопль такой силы, что ему позавидовала бы банши. Я покачнулась и, наверное, упала бы, не подхвати меня куратор на руки.

Крик в тот же миг оборвался. Свет, заливавший кабинет, исчез. Я открыла глаза и поняла, что лежу на руках у Милоша, а над нами, заломив руки, летает призрак, похожая на безумицу из дома умалишенных.

– Вы в порядке? – спокойно спросил куратор, но его взгляд выдавал волнение.

Темные глаза были полны тревоги, которую я, признаться, разделяла.

– Кажется, да.

– Сможете встать?

Я сделала попытку, и получилось. Джарганец поддержал меня и отпустил, лишь когда я благодарно кивнула, заверив его, что со мной уже все в полном порядке.

Я оглядела кабинет, удивившись, как сосуды и стекла не лопнули от дикого вопля. Впрочем, сейчас это было неважно. Все было цело, и слава богам.

Призрак опустилась ниже и села на раму зеркала, которое снова стало самым обыкновенным. Но смотрела она на Горича так, будто он вломился в кабинет без моего ведома.

– Вы что-нибудь поняли? – спросила я у куратора. – Что это за зеркало?

– Кое-что понял, – ответил он. – Но давайте покинем кабинет. Вам нужен свежий воздух. Хотя, прежде чем мы уйдем, я хотел бы предложить вам сменить защиту на двери.

– Как? – спросила я, но тут же добавила: – Если это возможно, буду вам премного благодарна.

– Мы сделаем так, что дверь можно будет открывать каплей крови и отпечатком вашей ауры. Это, поверьте, невозможно украсть или подделать. Если графиня Явлонская заявится в тайник с целью похитить то, что ей не принадлежит, ее будет ждать горькое разочарование.

– А вы это умеете?

– Умею, – заверил меня Горич и предложил руку, за которую я с благодарностью ухватилась, как утопающий – за соломинку.

Мы покинули кабинет в молчании. Призрак, сидя на зеркале, проводила нас потускневшим и равнодушным взглядом. Закрыв дверь, Милош попросил меня прижать ладонь к поверхности.

– Больно не будет, – заверил меня маг. – Просто небольшой дискомфорт.

– Хорошо, – согласилась я, доверившись этому мужчине.

Он положил поверх моей руки свою и принялся что-то говорить. Язык был джарганский, но какой-то отличный от современного. Я предположила, что говорил мой куратор на древнем языке своего народа.

Горич не обманул. Некоторое время ладонь жгло, сквозь нее проступал приглушенный свет, а