Современный зарубежный детектив-15. Книги 1-16 - Рада Джонс

узнала бы его, если бы услышала вновь. Однако, в отличие от Тейна, мама, казалось, была довольна в том месте, куда отправляются умиротворённые души, готовые отойти в мир иной. Однажды голос мамы затеряется в вихре новых воспоминаний. От этой мысли у Вивиан разрывалось сердце.

Каждое утро в одиночестве встречало её новой болью – ни слабее, ни сильнее боли предыдущего утра. Девушку ждал ещё один день без семьи. Осознание этого было столь же мучительным, как её утрата.

Вивиан уронила голову обратно на подушку и уставилась в потолок. В уголках глаз выступили слёзы, скатились по щекам и собрались в лужицу в ушах.

«Хочу домой», – подумала она, потирая шрам, который начал пульсировать; за ним начинала зарождаться головная боль.

Вивиан заставила себя сесть. Её окружали серовато-бежевые стены, покрытые бархатными жаккардовыми обоями в цветочек.

– Моя новая спальня цвета поганки, – заметила она вслух. – Миленько.

Прошлой ночью она была слишком измучена, чтобы обратить внимание на дизайн комнаты. Теперь же она решила спросить Ребекку, можно ли развесить на стенах несколько постеров. В своём нынешнем состоянии помещение больше походило на гостиничный номер, чем на комнату шестнадцатилетней девушки.

Натянув джинсы, которые носила вчера, Вивиан взяла свежую рубашку и бейсболку «Янкиз», принадлежавшую некогда брату. Она глубоко вдохнула через нос – исходивший от кепки мальчишеский запах успокаивал её. Скоро и он исчезнет. Вивиан вытерла слезинку, скатившуюся по щеке.

– Перестань распускать нюни, – отругала она себя, обеими руками поправляя козырёк кепки и мельком глядя на своё отражение в большом зеркале, стоящем возле окна.

Внимание сместилось на интерьер. Бо́льшую часть пространства в задней части комнаты закрывал золотисто-оранжевый балдахин с красными вкраплениями. Сочетание разноцветных листьев поверх ярко-зелёной травы напомнило Вивиан коробку цветных мелков, которую Тейн оставил в машине одним жарким летним днём, когда они были маленькими. Цветные кляксы выглядели настолько впечатляюще, что даже мама отметила их красоту, соскребая восковые пятна с обивки сиденья.

– Как бы мне хотелось, чтобы ты это увидел, Тейн, – сказала она в надежде, что он выйдет из угла комнаты и объявит о своём присутствии.

Но это так не работает. Духи не приходят по вызову. Они приходят, когда им заблагорассудится, без всякого предупреждения.

То же самое и с тёмными. Вивиан никогда не встречала никого, над кем тень нависала постоянно. Они то есть, то их нет. Кажется, будто они чувствуют отчаяние и, скорее всего, подпитываются безнадёгой и печалью. Она не вполне их понимала, но на протяжении многих лет пыталась осмыслить увиденное.

От размышлений её отвлек стук.

– Вивиан? – Скрипнула дверь, и в образовавшуюся щель просунулась голова Ребекки. – Прости за беспокойство, милая… – «Пф-ф, хватит уже любезничать!» – но я подумала, что ты, возможно, проголодалась. Я испекла блинчики с шоколадной крошкой. Твой папа сказал, твои любимые.

«Ага, были, лет так в десять».

Вивиан прикусила губу изнутри, напомнив себе, что Ребекка по крайней мере пытается быть любезной и радушной. А отец где был? Впрочем, какая разница? Пусть лучше вовсе к ней не подходит.

– Хорошо. Спасибо, – ответила Вивиан с меньшим энтузиазмом, чем намеревалась.

– Если ты готова, можем спуститься на кухню вместе, – радостно предложила Ребекка, пытаясь сделать вид, что вялый ответ Вивиан её вовсе не задел.

– Действительно, лучше пойти вместе, – ответила Вивиан, стараясь звучать дружелюбнее. – А то ещё заблужусь.

– Пожалуй, после завтрака мне стоит устроить тебе экскурсию по этому старому особняку, – предложила Ребекка, ведя Вивиан по коридору. – Он почти как лабиринт.

Утром дом казался гораздо менее зловещим. Может статься, Вивиан даже привиделся тот злой дух. Возможно, сочетание горя, истощения и волнения по поводу переезда каким-то образом вызвало галлюцинации.

Коридор заканчивался площадкой, от которой спускалась парадная лестница. Через огромные окна двухэтажного вестибюля лился солнечный свет, окутывая всё пространство теплым сиянием. Какая восхитительно умиротворяющая красота!

Всего в нескольких шагах от Вивиан находилась розовая спальня, где царила тишина. Дверь по-прежнему была закрыта, и никаких неземных криков. Никаких невидимых звериных когтей, царапающих стены.

Когда они приблизились к лестничной площадке и к двери в спальню, Вивиан в лицо ударил тот же неестественный холод, который она почувствовала вчера. Нечто таилось за пределами её восприятия – нечто угрожающее и неземное, от чего всё внутри напрягалось. Она прижала палец к шраму над глазом, пытаясь прогнать пульсирующую боль за ним.

«Что такого могло здесь произойти, из-за чего в комнате поселился столь сильный дух?» – задавалась вопросом Вивиан, спускаясь по лестнице следом за Ребеккой. Когда она повернулась к комнате спиной, волосы на загривке встали дыбом, а по позвоночнику пробежала дрожь.

Вивиан окинула взглядом роскошный вестибюль внизу – мраморный пол, богато украшенная люстра: прямо картинка из журнала по дизайну интерьеров.

«Как в таком красивом месте может скрываться нечто столь омерзительное?»

Они прошли через вестибюль и двинулись по длинному коридору без окон, миновав несколько дверей по обе стороны. В углах, подобно чёрной паутине, вилась тьма. Когда они вошли в кухню, в животе Вивиан заурчало от аромата бекона и жареного масла.

У плиты стоял отец, на сковороде шкворчали яйца, тёплый свет падал на тарелку с оладьями. Длинный деревянный стол был аккуратно сервирован на три персоны, у каждой тарелки стояло два стакана – с молоком и апельсиновым соком – и чашка.

– Ты пьёшь кофе? – спросила Ребекка, поднимая белый графин без ручки.

– Да, спасибо, – солгала Вивиан.

Она не любила кофе, но если добавить в него побольше сливок и сахара, возможно, он станет сносным. Наблюдая за паром, поднимающимся над её свеженаполненной чашкой, Вивиан пожалела, что не догадалась захватить кружку, из которой всегда по утрам пила кофе мама: положив большой палец на побитую ручку, она неспешно потягивала горячий напиток, расспрашивая Вивиан и Тейна об их планах на день.

Яна, мамина лучшая подруга, собрала бо́льшую часть вещей в квартире, чтобы отдать их на благотворительность. Она пообещала подождать несколько месяцев на случай, если Вивиан захочет что-то забрать, однако девушка сказала не переживать об этом: она забрала всё самое важное. Забавно, что такая ерунда, как кофейная кружка, вдруг оказывается столь важной, когда вспоминаешь о людях, которых потерял. Нужно будет позвонить Яне и попросить прислать ей старую, выцветшую кружку.

Вивиан всегда раздражало, что мама не может позволить себе всякие красивые вещи, в то время как отец утопает в роскоши. Даже его новая жена походила на одну из тех идеальных куколок с керамическими головками, о которых грезила Вивиан в детстве и которые мама купить не могла. Фарфоровое личико с нарисованными губами и ресницами. Идеальные черты подчёркнуты румянцем на