Вниз головой - Клэр Кершоу

Ванесса заметила морскую черепаху, плывущую в сторону яхты, и мы следуем за ней, соблюдая дистанцию. Морская путешественница медленно машет ластами, временами поднимается на поверхность, потом вновь ныряет. Ей явно не до нас. Мы увлеченно наблюдаем, как она плывет на фоне бездонной синевы. Дерек не отрывает глаз от камеры – наверное, сделал уже не меньше сотни снимков. В конце концов черепаха сворачивает вправо, а Ванесса ведет нас прямо к яхте. Мы проплываем мимо второго рифа и возвращаемся к тросу. На этот раз Хью позади меня, и я наблюдаю, как он помогает Эндрю всплывать не слишком резко.

Когда мы выныриваем на поверхность, я вижу, что губы Хью сжаты, хотя обычно после погружений он выглядит счастливым. У меня сердце рвется на части. Надеюсь, Эндрю не слишком утомил Хью. Одно дело наблюдать за его мучениями с плавучестью со стороны, и совсем другое – участвовать в этом самому. И опять мне приходит в голову здравая мысль: какое мне дело? Пусть сам разбирается.

Мы бултыхаемся на волнах, дожидаясь, когда Ванесса или Мигель опустят ведро для ласт. Все оживленно обсуждают черепаху, молчим только мы с Хью. Мы первыми взбираемся по лесенке и молча снимаем снаряжение. Какая ирония судьбы – я злюсь, что он скрывал от меня правду, а сама продолжаю врать.

Хью прочищает горло.

– Ну, как окунулась?

– Отлично, – натянуто отвечаю я. – А ты?

– Тоже неплохо. Значит, тебе понравилось нырять с Пиппой?

– Ага.

Хью уходит, понурившись. Мне бы радоваться – только что наблюдала, как плывет над Большим Барьерным рифом гигантская черепаха, торжествовать – оставила Хью с неопытным напарником. А я чувствую только растерянность. Месть не так сладка, как я ожидала.

Глава двадцатая

Осталось три погружения

Хью стучит в дверь.

– Секундочку! – кричу я и торопливо натягиваю футболку. – Заходи.

Хью протискивается в каюту.

– Сегодня ты одета куда скромнее, – язвит он. – Совсем другое дело.

– Послушай, – я резко разворачиваюсь, уперев руки в бока. – Во-первых, хватит дурацких намеков, будто я пыталась тебя соблазнить. Я не караулила специально у душа. Во-вторых, как ты мог ожидать, что я не расстроюсь из-за твоей статьи?

– Я просто думал, что ты знаешь мое мнение по этому вопросу. – Он проводит рукой по волосам и тихо добавляет: – Я не хотел тебя обидеть. Мне казалось, нам хорошо вместе.

– Ага, было.

Я подчеркиваю прошедшее время. Лучше не оставаться с ним наедине в крошечной каюте. Здесь пахнет парфюмом Хью, и я сама не понимаю, чего мне больше хочется: обнять его или растерзать. Я сейчас взорвусь.

– А теперь все кончено? Навсегда?

Я молча пожимаю плечами.

– Ну… мне нужно заниматься делом – искать губана-бабочку.

– Я мог бы тебе помочь, – в голосе Хью слышны умоляющие нотки.

– Не понимаю, с какой радости. Все это с самого начала было ошибкой.

Хью часто моргает.

– Понял, – вздыхает он.

– Извини.

Я обхожу его и выскакиваю из каюты. Скорее на свежий воздух!

Я долго ворочаюсь и в конце концов засыпаю на платформе под гамаком, в котором качается Пиппа. Через пару часов у нас следующее погружение, затем обед и подготовка к последнему, вечернему дайву. Надо бы заняться делом – просмотреть заметки Милли или фотографии, а я не могу заставить себя открыть галерею. Того, что я ищу, там нет.

Я уже почти отключаюсь, убаюканная мерным покачиванием яхты, как вдруг слышу слово «губан-бабочка». На секунду думаю, что мне это приснилось. Приоткрываю глаза, пытаясь понять, откуда идет звук. Узнаю голос Ванессы, но ее не вижу. Потом понимаю: Ванесса разговаривает с кем-то в кубрике, иллюминаторы которого выходят на платформу. Люди внутри, вероятно, меня видят, однако вряд ли догадываются, что я их слышу. Я опускаю веки и замираю.

– Не видела, – говорит Ванесса.

– Уверена? – спрашивает Хью.

«Вот гад, – думаю я. – Собирает материал для своей статьи. Ищет доказательства, что губана-бабочки больше нет». У меня сжимается сердце… Милли вовсе не нужны свидетельства от очевидцев, что этот вид уже вымер. Я борюсь с желанием вскочить, ворваться в кубрик и припомнить Хью, что он обещал помочь мне искать губана-бабочку, как вдруг он задает еще один вопрос. Я улавливаю слова: «Где бы ты стала искать?» – и придвигаюсь ближе к иллюминатору.

– Если их в последний раз видели на рифе Нормана, то, разумеется, там, – говорит Ванесса.

– А мы можем перенести туда послеобеденное погружение? – спрашивает Хью.

Сегодня у нас еще два дайва: в полдень и после обеда.

– Могу спросить у Аарона… – Тишина. Я замираю. – Разве не Милли искала губана-бабочку?

– Я просто хотел бы ей помочь.

Кулак, сжимавший сердце, немного расслабляется. Через несколько секунд я слышу, как Ванесса окликает Аарона.

– Риф Нормана? На послеобеденное погружение? – переспрашивает он.

Я так и вижу, как он водит пальцем по карте. Раздаются шаги. Я зажмуриваюсь, делая вид, что сплю. На секунду думаю, что это Эндрю, потому что у меня над головой качается в гамаке Пиппа. Я приоткрываю один глаз. Рядом со мной сидит Хью. Увидев, что я не сплю, он прочищает горло. Пиппа вылезает из гамака:

– Оставлю вас вдвоем, – говорит она и смывается под навес.

Я опускаю взгляд на свои ноги. Спасибо Милли, что заставила меня сделать педикюр перед поездкой.

– Ты не умеешь притворяться, – говорит Хью.

– Я и не собиралась. Ты меня разбудил, – бормочу я, но меня выдает голос. – Напрасно ты это затеял.

– Что именно?

– Спрашивать у Ванессы и Аарона про губана-бабочку.

– А вот и нет.

Я сажусь и выпрямляю спину.

– Не надо мне доказывать, что хочешь помочь. Поздно.

«Почему на него так трудно злиться?» – думаю между тем я, глядя на загорелый профиль.

– Никогда не поздно, – просто говорит Хью. – И я делаю это не только ради тебя.

– Правда? – я поднимаю брови. – А мне кажется, что ты сначала врал, потом попытался сгладить ситуацию, а еще позже понял, – я понижаю голос до шепота, – что Эндрю не такой хороший напарник, как я, и хочешь все исправить, помогая мне искать эту рыбу.

– А тебе не приходило в голову, что я просто привык все делать по-честному? Мне важно, чтобы ты получила реальный шанс найти губана-бабочку, даже если это докажет мою неправоту.

Я тереблю край футболки.

– Нет.

– Вот видишь, – вздыхает Хью. – И да, ты гораздо лучший напарник, чем Эндрю. Я надеялся, что ты согласишься поменяться обратно.

– Ты меня жутко разозлил, – шепчу я, пряча улыбку.

Хью вскакивает.

– Эндрю, дружище, нам надо поговорить.

– Все в порядке, – говорю я, проверив регулятор и давление, и подтягиваю ремень компенсатора. – Готов.

– Теперь моя очередь, – хрипит Хью, проводя пальцами по молнии моего жилета.

По спине