Маневр пустого города - Юнь Хуянь

Видя, что Чэнь Шаолин по-прежнему сидит неподвижно, словно оцепенев в смятении, Чжоу Юнь начала ее расспрашивать, словно пациента на приеме, помогая вспомнить все по порядку:

– Сначала подумай: ты не заметила, чтобы сегодня Чжан Дашань вел себя необычно?

– Вроде нет… В последнее время мы оба так горевали из-за Сяолин, очень мало разговаривали.

– Вы нашли еще какой-нибудь способ собрать деньги на лечение Сяолин?

– По правде говоря, благодаря вашей помощи мы в последнее время не очень торопились собрать денег, и только сегодня, когда Чэнь Гуанле велел нам уходить, мы поняли, что у нас совсем нет никаких накоплений.

Чжоу Юнь покивала.

– Дашань поддерживал отношения с какими-нибудь… друзьями?

– Вы ведь знаете, он всегда был человеком замкнутым, не очень любил ходить по гостям. С тех пор как мы приехали в Пинчжоу, он хотел жить, довольствуясь тем, что есть, стал еще меньше общаться с посторонними.

– Он любил бывать еще где-нибудь, кроме дома?

Чэнь Шаолин отрицательно покачала головой.

– Шаолин, – Чжоу Юнь постепенно вела к главному вопросу, – после того как Дашань ушел из больницы, он звонил тебе? Или, может быть, писал в «Вэйсинь» или как-то еще выходил на связь?

Чэнь Шаолин достала телефон, открыла список вызовов, показала Чжоу Юнь «Вэйсинь» и СМС:

– Я весь вечер была занята. Только сразу после разговора с этим Лэем я звонила Дашаню, но телефон был выключен. Я отправляла ему СМС и сообщение в «Вэйсинь», но не получила ответа…

Раз так, то, похоже, Чэнь Шаолин не могла дать никаких зацепок для поисков Чжан Дашаня. Тихонько постучав в дверь, вошел Лэй Лэй:

– Как дела?

Чжоу Юнь объяснила ему ситуацию, он помолчал пару секунд и сказал:

– Раз так, то мне остается только на время оставить Чэнь Шаолин в этой комнате, чтобы она продолжала думать, куда мог отправиться Чжан Дашань. Она будет сидеть здесь, пока до чего-нибудь не додумается.

– Но, руководитель Лэй, – возмутилась Чжоу Юнь, – у нас с вами было соглашение: вне зависимости от результата моей беседы с Шаолин вы не можете ограничивать ее свободу!

– Соглашение? Разве не для того существуют соглашения, чтобы их нарушать? – улыбнулся Лэй Лэй. – Каким бы бессердечным психопатом ни был Чжан Дашань, если он рассчитывает скрыться, совершив преступление, он все равно вернется попрощаться с женой и ребенком. Поэтому сейчас мне ничего не остается, кроме как задержать Чэнь Шаолин. Только тогда появится вероятность, что рыбина сама клюнет на приманку.

Ну какой же подлый обманщик! От злости у Чжоу Юнь разболелась голова. Она уже хотела в грубой форме высказать Лэй Лэю все, что думала, но вдруг до нее донесся шум такой мощности, что барабанные перепонки вздрогнули, как городские ворота от удара тарана. Что там произошло? Как только Чжоу Юнь сделала шаг к двери, то услышала громкие крики Ху Лайшуня:

– Не задерживай меня, мне нужно найти начальницу, иначе тут правда начнутся крупные беспорядки!

Заведующая открыла дверь, выглянула и увидела, что Ху Лайшунь ругается с Гиеной, охраняющим вход в кабинет.

– Сяо Ху, что случилось?

– Заведующая, вы только гляньте туда, это же горящий притон! – Ху Лайшунь махнул рукой в направлении зала.

Чжоу Юнь взглянула в ту сторону и увидела, что в приемном зале опять творится неразбериха, как тогда, когда как ей самой пришлось взяться за медицинскую сортировку. Даже, пожалуй, еще хуже, чем в тот раз. Плотная толпа людей уже не стремилась в одном направлении, а разделилась на два потока, идущих друг против друга: один направлялся внутрь смотровой, а другой проталкивался из смотровой к выходу, и сталкивались они как раз в дверях. Бесчисленное множество человеческих голов словно качались на волнах, изрыгая яростный рев, сравнимый только с тем, какой издает в шторм разбушевавшееся море. Осыпая друг друга грязной бранью, люди из двух потоков тянули друг и толкали друг друга, оттаскивали от дверей и запихивали внутрь, лупили кулаками и ногами, сцеплялись друг с другом и застывали, образуя подобие громадных клубков из копошащихся мух, от взгляда на которые у восприимчивых людей мог случиться приступ трипофобии.

– Но как же так могло получиться? – Чжоу Юнь стояла, вытаращив глаза и открыв рот.

– Мы с Ли Дэяном вели прием, как вдруг табло электронной очереди сделало так: «Тр-р-р-р-р…», – и разом добавилось двадцать или тридцать номеров. И если бы все эти люди дожидались своей очереди, то мы бы не возражали, но они тут же вломились в смотровую и начали выгонять других пациентов. Конечно, началась ссора, а через миг в ход пошли кулаки. Мне было непросто пробиться, чтобы найти вас, – несколько раз мне хорошо двинули!

Чжоу Юнь только сейчас обратила внимание, что в углу его глаза наливался синяк, пуговицы халата были оторваны, а на обуви чернели отпечатки подошв чьих-то ботинок. Она хотела было отправиться поговорить с пациентами, но внезапно почувствовала, что здесь что-то не так. Те, кто рвался из смотровой наружу, сплошь были подростками лет шестнадцати или семнадцати, одетыми в какие-то странные кофты и черные кожаные штаны. Их волосы были выкрашены во все цвета радуги, ногти и зубы из-за слишком частого курения приобрели желтоватый оттенок, а на бледных лицах выделялись темные тени, залегшие вокруг глаз. Они дрались со своими противниками и ухмылялись нагло и свирепо – так поглядеть, похоже, все они из одной шайки.

В этот момент Ху Лайшунь высказал такое же предположение:

– Заведующая, вся та компания, которая внутри, – это они получили те самые тридцать номерков – Вы присмотритесь, кто из них похож на больного? Это просто какие-то малолетние хулиганы!

По правилам, установленным Министерством здравоохранения Китая, все несовершеннолетние в случае болезни могут обращаться в детские больницы. Только многие люди из тех, кто перешел в среднюю школу, стесняются ходить в учреждения, в названии которых есть слово «детский». Поэтому среди пациентов детских больниц обычно не так много подростков. А сегодня вдруг разом такая толпа, налетели как пчелиный рой… Очень странная ситуация. Если бы они явились просто побезобразничать, их бы развернули и выставили вон еще на этапе сортировки, потому что выдача номеров в некотором роде означает то же, что подписание договора в других местах. Если медработник, отвечающий за сортировку больных, выдает пациенту талон – особенно в отделении неотложной помощи, – то ему обязаны выдать номер в регистратуре и он получает право на медицинское обслуживание, а больница берет на себя ответственность за его лечение. Поэтому причина этого беспорядка была точно такой же, как и в прошлый раз, когда Чжоу Юнь только пришла вечером