Зарубежный детектив-3 - Виктория Дауд

Мой отец уважал и ценил мою работу. Джетт все это время находился рядом. Мне нужно было… И словно в ответ у нее в голове прозвучал мудрый и как будто полусонный голос Феликса. На «нужно было» жизнь не построишь. Вы либо делаете то, что должны, либо идете дальше.

Именно так она и поступала.

На следующее утро Нелла прибыла на улицу, название которой было написано на зеленом стикере, предоставленном ее частными детективами, и аккуратно припарковалась у бордюра. Следовать написанным от руки инструкциям было куда приятнее, чем слушать назойливый голос живущей в телефоне женщины. Чем больше Нелла ездила, тем больше понимала, сколь многого лишила себя сама. Ей нравилось, что часть ее мозга сосредоточена на дороге, а остальная предоставлена сама себе.

Лишь теперь, когда Нелла вышла из машины, до нее дошло, насколько все глупо. Вполне вероятно, что его здесь давно уже нет.

Мимо проехала на велосипеде девочка с черными косичками и щербинкой между передними зубами. Блестящие бусины между спицами колеса гремели точно так же, как и те, что были на велосипеде Неллы примерно в этом же возрасте (тогда ей хотелось такой велосипед, как у Тома, – «Ред Блэк Спайдер»).

– Извини. Можно тебя? – Нелла прокашлялась. Девочка настороженно посмотрела на нее. – Ты не знаешь, живет ли где-то поблизости мужчина по имени Найджел?

Обрадовавшись, что к ней обратились за такой важной информацией, девочка бросила свое транспортное средство на мятно-зеленую траву.

– Он живет в доме с красной крышей. – Пальцем, ноготь на котором был выкрашен блестящим синим лаком, она указала на скромный дом из красного кирпича на правой стороне улицы. Газон казался не таким зеленым, как у дома № 56, но был подстрижен и обсажен розовыми кустами, которые только-только начали покрываться бутонами с крошечными белыми цветами. – Найджел – дедушка Мейзи, моей лучшей подруги.

– Спасибо, – сказала Нелла. Еще мгновение – и «Соседский дозор» поднимет тревогу из-за незнакомки, пытающейся увести маленькую девочку с велосипедом. Стараясь максимально дистанцироваться от обвинений в похищении, Нелла направилась по садовой дорожке к сетчатой калитке.

Гараж с кремового цвета дверью, примерно такой же ширины, как и дом, находился слева от него, а на подъездной дорожке стояли три винтажных автомобиля, каждый в разной степени сохранности. Сердце замерло, пустив по кровотоку леденящие, отчаянные предупреждения о том, что все это зря, что спустя такое время все воспоминания уже рассеялись.

И все же, вопреки этим предупреждениям, она нажала кнопку звонка. Инстинкт взял верх.

Солнце уже изрядно напекло затылок, когда Джетт сделал первый глоток воды за последний, казалось, год. Ледяная струя окатила потрескавшиеся стенки горла, возвращая его к жизни.

Или, по крайней мере, к тому подобию жизни, в котором он пребывал последние шесть месяцев. Работа у Кевина была отличная – прекрасные автомобили, чуть менее прекрасные подростки со своими историями и проблемами, решать которые не входило в обязанности Джетта. Он учил их менять тормозные колодки, отсоединять провода свечей зажигания, а еще тому, что монтировка нужна для того, чтобы помогать менять колесо, а не использовать ее как оружие для нападения.

В таком месте он мог зависнуть на год-другой, прежде чем жгучее желание перемен погнало бы его дальше. В некотором смысле это было похоже на то, как если бы он сломал ногу и постоянно забывал об этом. Он проживал день, не нагружая ее, не думая о ней, но потом одно неловкое движение бросало его в водоворот мучительной боли. Никогда раньше его не тянуло так сильно назад. В какое-то уже знакомое место. К кому-то.

Но Джетт знал – это пройдет. Кость срастется. И эта боль – ничто в сравнении с той, которую он бы испытал, оставшись и увидев, как Нелла выходит замуж за кого-то другого – за подходящего человека, которого Том и вся семья примут как брата. За того, кем они все будут гордиться. Это также ничто по сравнению с болью, которую он причинил бы ей, оторвав от семьи из-за своих проблем. Нет, уж лучше снова и снова разбивать собственное сердце, чем быть для нее обузой.

Джетт смял в кулаке пластиковую бутылку и бросил ее в желтый контейнер для переработки. (Кевин был ярым поборником ресайклинга, и Джетт однажды видел, как он с гаечным ключом в руке гнался за двадцатилетним выпускником, ставшим помощником менеджера в «Мастерской Кева», за то, что тот не помыл стакан из-под айс-кофе, прежде чем бросить его в контейнер для переработки. Позже Кевин утверждал, что про ключ он просто забыл.) Сегодня Джетт заканчивал пораньше, чтобы отвезти группу пожилых дам, включая тетю Кевина, Ингрид, на игру в бинго в соседний городок. Не находя покоя по вечерам и поймав себя на том, что все равно гоняет по дорогам без всякой цели, Джетт стал неофициальным таксистом для жителей города.

Дополнительные деньги были кстати. Он отвлекался и меньше думал о Бинди-Бинди, когда Ингрид кричала с заднего сиденья на Лауру Ноттингем по поводу абсолютно несъедобного десерта «Павлова» Гертруды Смит. («Киви и ни одной клубники, Лаура, ты можешь такое представить?»)

– Я ухожу, – сказал он Алексу, тому самому выпускнику, который совершил роковую ошибку со стаканчиком айс-кофе.

Алекс согласно кивнул, довольный, наверно, тем, что Джетт не угрожает ему инструментами. В следующую секунду оба обернулись, услышав вдалеке характерный рокот мотора.

– Ждешь кого-то? – Джетт приставил ладонь «козырьком» к глазам.

– Никого. Ого… – присвистнул Алекс, когда автомобиль подъехал ближе.

Сердце Джетта замерло при этом звуке. Восьмицилиндровый двигатель. Блок из алюминиево-кремниевого сплава, алюминиевые головки, влажный цилиндр-лайнер из чугуна, эксклюзивные половинные чехлы с отделкой из нержавеющей стали. Элегантные, классические формы. Король автомобилей. «Роллс-Ройс».

Модель «Корниш I». Классическая красота, сложное и замысловатое устройство. Только тот, кто по-настоящему понимает «Корниш», заслуживает права владеть им, водить его, любить…

Черт возьми, это точная копия того, над которым он работал с…

Нет.

Этого не может быть…

Но номерной знак…

Невозможно. Это было бог знает когда. Найджел наверняка забыл его. Дверца автомобиля открылась, и оказалось, что он прав. Из машины вышел не Найджел.

– Колеса что надо, мэм, – протянул Алекс, убедительно изображая грубоватый деревенский говорок, который вывел Джетта из ступора.

– Спасибо, малыш, – сказала Нелла. Определить направление ее взгляда за огромными черепаховыми очками было невозможно.

Алекс, после того как его назвали «малышом», сник и шмыгнул обратно в мастерскую.

Джетт сглотнул. Они остались вдвоем. Два астронавта, притянутые гравитацией одинокой пыльной планеты.

– Прежде чем ты что-то скажешь, – начал Джетт. Боже. Хорошо, что он выпил воды, иначе не смог бы говорить. Послеполуденный ветерок откинул волосы с ее лица, и ткань рубашки облепила каждый изгиб, мучительно напоминая о том,