"Современный зарубежный детектив-25". Компиляция. Книги 1-18 - Арнальдур Индридасон

отключена. Он снова позвал Андре по имени, но безрезультатно. Судя по тому, что он мог видеть, квартира была полностью разгромлена. В стенах были пробиты дыры, а кое-где половицы были вырваны, что заставляло его карабкаться по сломанным доскам и мебели, все время осознавая, несмотря на его шарф, что запах усиливается по мере того, как он продвигается дальше. Он стоял неподвижно, привыкая к полумраку, и несколько раз звал Андрея. Либо он прятался где-то в квартире, либо сбежал через заднюю дверь или окно. Как только глаза Сигурдура ли привыкли к темноте, он увидел, что стоит в помещении, которое, вероятно, было гостиной, с задернутыми на окне плотными шторами. Он разорвал их на части, чтобы впустить внутрь свет.

Дневной свет показал картину опустошения: столы, стулья и шкафы были разбросаны повсюду, как спичечные дрова, как будто кто-то проехал бульдозером прямо по квартире. Сигурдур Óли осторожно пробрался сквозь обломки и, увидев в одном углу одеяло, остатки еды и пустые бутылки из-под бренди, предположил, что именно здесь скрывались Андре éс. Вернувшись в коридор, он осторожно открыл дверь, которая, как оказалось, вела на кухню. Здесь царил не меньший хаос, и он заметил, что Андре, вероятно, сбежал, выползши через большое окно в сад за домом.

Он потерял его.

Сигурдур Óли пробрался обратно в гостиную, едва в силах больше выносить удушающую вонь, и уже собирался отступить, когда наступил на что-то, что ему показалось живым. Он чуть не выпрыгнул из своей кожи.

Посмотрев вниз, он увидел, что наткнулся на ступню мужчины, который лежал на полу, накрытый грязным одеялом, и торчали только его ноги. Наклонившись, Сигурд Óли медленно стянул одеяло с мужчины и, наконец, понял, откуда исходил ужасающий запах.

Он туго натянул шарф на нос. Мужчина лежал на спине, привязанный к стулу, как будто он упал навзничь. Его мертвые глаза, полуоткрытые, смотрели на него снизу вверх. В середине его лба был предмет, похожий на монету. Грязный кусок кожи со свисающими с него ремешками лежал на полу рядом с телом.

Сигурдур вспомнил, как Андре бормотал что-то о монете в кроне, и, поскольку любопытство пересилило все его профессиональные инстинкты, он потянулся к монете, намереваясь поднять ее, но обнаружил, что она была исправлена.

Подойдя ближе, он понял, что это не монета: поверхность была гладкой. Постепенно до него дошло, что металлический диск на лбу мужчины был концом шипа, глубоко вонзившегося ему в голову.

Тело сильно разложилось.

Он подсчитал, что этот человек был мертв по меньшей мере три месяца.

55

В понедельник утром садовник с кладбищ Рейкьявика пришел работать на старое кладбище на Хó лаваллагата и открыл один из сараев для инструментов. Было холодно. Ночью был сильный мороз, и с высокогорья дул северный ветер, но мужчина был хорошо закутан в шерстяную шапку и толстые варежки. Ему нужно было закончить работу, которую он откладывал, и теперь он собрал инструменты, которые, как он думал, ему понадобятся. Он занимался своими делами не торопясь, предвидя, что работа займет у него большую часть утра. Как только у него все было, он отправился через кладбище в направлении Судургаты и могила героя борьбы за независимость Йона Сигурдссона. Кто-то использовал аэрозольный баллончик, чтобы написать Правила Джонни каменный монумент. На самом деле он не возражал, восприняв это как признак возросшей независимости мышления молодого поколения. По крайней мере, какой-то идиот знал, кто такой Йон Сигурдссон. Случайно взглянув налево, садовник резко остановился и окинул взглядом кладбище: казалось, что у одного из надгробий сидит человек. Понаблюдав за ним некоторое время и не обнаружив никакого движения, он начал медленно приближаться к нему и, когда приблизился, увидел, что мужчина мертв.

Он был одет в лохмотья, накрытый поношенным анораком, его колени были плотно прижаты к груди, словно для защиты от холода. Его мертвенно-бледное лицо с полуоткрытыми глазами было обращено к небесам, как будто в момент смерти он смотрел на облака, ожидая, что они на мгновение расступятся, чтобы показать клочок чистого голубого неба.

Рик Риордан

«Кроваво-красная текила»

Хейли Майклу Риордану,

добро пожаловать и с хорошим началом

Глава 01

— Кто? — спросил человек, занимавший мою новую квартиру.

— Трес Наварр, — ответил я.

И снова прижал договор о найме к сетке на двери, чтобы он его рассмотрел. Температура на крыльце крошечной квартирки в пристройке была не меньше тридцати восьми градусов. Работавший внутри кондиционер выталкивал сквозь сетчатую дверь влажный воздух, который оседал и испарялся у меня на лице, но почему-то от этого становилось только жарче.

Мужчина, который засел в моей квартире, взглянул на бумагу, потом, прищурившись, принялся изучать меня, как будто я представлял собой причудливое произведение современного искусства. Сквозь металлическую сетку он казался еще уродливее, чем, наверное, был на самом деле, — приземистый, лет сорока, с короткой стрижкой, при этом создавалось впечатление, что все черты его лица как будто специально столпились в самом центре. Он вышел к двери в одних толстых спортивных штанах из полиэстера, какие обычно носят учителя физкультуры.

«Изъясняйся как можно проще», — подумал я про себя.

— Я снял квартиру с четырнадцатого июля. Вам следовало ее к этому времени освободить. Сегодня двадцать четвертое.

На лице учителя физкультуры не отразилось даже тени раскаяния. Он оглянулся через плечо на телевизор, по которому транслировали матч по бейсболу, и снова посмотрел на меня, на сей раз слегка раздраженно.

— Слушай, придурок, — сказал он. — Я говорил Гэри, что мне нужна пара недель. Бумаги по моему переводу еще не пришли, понял? Так что, наверное, ты сможешь перебраться сюда в августе.

Мы уставились друг на друга. На пекане, который рос рядом с крыльцом, несколько тысяч цикад выбрали как раз этот момент, чтобы завести свои металлические рулады. Я оглянулся на водителя такси, ждавшего меня у тротуара и со счастливым видом читавшего программу телепередач, в то время как счетчик продолжал честно работать, снова посмотрел на учителя физкультуры и улыбнулся — дружелюбно и дипломатично.

— Ладно, — проговорил я, — вот что я тебе скажу. Завтра утром из Калифорнии приедет фургон с моими вещами. Это значит, что ты должен освободить квартиру сегодня. Поскольку ты уже и так прожил здесь за мой счет больше недели, думаю, я могу дать тебе еще примерно час. Сейчас я достану чемоданы из такси, а, когда вернусь, ты откроешь мне дверь и пойдешь собирать свое барахло.

Он совершил невозможное — сумел прищуриться