Два типа незнакомцев - Стив Кавана

Лейк перебросил Блок некий предмет, который поначалу показался мне чем-то вроде толстой пластиковой пластины около двух футов длиной. Она нажала на нее снизу, и противоположная сторона пластины засветилась ярким сиреневым светом. Отойдя в угол комнаты, Блок принялась водить этим лучом про полу. У Лейка был точно такой же ультрафиолетовый светильник, и он начал с кухни, подсвечивая его едва видимым лучом рабочие поверхности и пол.

Им не потребовалось много времени, чтобы осмотреть обе комнаты. Еще меньше времени ушло на проверку ванной.

Гарри молча наблюдал за происходящим. Хотя в квартире было темно, я все равно мог достаточно хорошо видеть. В этом месте не было абсолютно ничего примечательного. По меркам Манхэттена, это была действительно очень приличная квартира, и ежемесячная аренда наверняка стоила уйму денег. Но, похоже, здесь не имелось никаких признаков того, что в этом месте менее недели назад были убиты два человека.

– Только кое-какие засветки в сливном отверстии раковины. Совсем незначительные. Джеймс, видать, порезался, когда брился. Давайте осмотрим спальню, – предложил Лейк.

Когда они перешли в спальню, я закрыл за ними дверь. Затем мы с Гарри открыли жалюзи и занавески на кухне, в гостиной и ванной. Выглянув на улицу, я увидел, что Сакс все еще лается с водителем эвакуатора и копом в форме. Он был выше званием, чем патрульный, который мог приказать шоферюге отцепить автомобиль. Но, судя по всему, тот не собирался этого делать. «Таурус» был все еще на полпути к платформе эвакуатора. Дальше по откинутому пандусу не поднимался, но и не спускался обратно. Эвакуаторщикам, как правило, на все эти крики глубоко начхать.

– Нам лучше пошевеливаться, – поторопил я.

Потом отошел от окна и следом за Гарри двинулся в спальню.

Лейк направил луч своего фонаря на матрас. Там виднелись какие-то пятнышки, но совсем немного. Ультрафиолетовые лучи в нужном диапазоне выявляют все виды пятен, которые не видны невооруженным глазом. Кровь, бактерии и другие жидкости организма становятся видимыми, потому что не отражают свет. Лейк обработал несколько пятен каким-то спреем, приложил к ним ватную палочку и затем поместил ее в пластиковую пробирку.

Блок стояла на коленях на полу возле двуспальной кровати, нацелив луч фонаря на большое пятно размером с суповую тарелку, видимое на деревянном полу только в ультрафиолетовом свете. Было странно наблюдать, как что-то вдруг материализуется в этом сиреневом луче, а затем исчезает, стоит тому сдвинуться вбок. Это пятно выглядело не таким темным, как участок на матрасе, который осматривал Лейк.

Блок взяла образец тем же методом, что и Лейк: собрала материал на ватную палочку, а затем поместила ее в запечатанную пластиковую пробирку. Все это предстояло отправить Реймонду, судебному эксперту по ДНК из местной лаборатории, который частенько брал у нее работу, выполняя ее быстро и качественно.

– Мы закончили, – наконец объявила Блок.

Гарри раздвинул шторы. Я побежал обратно в гостиную и выглянул в окно, из которого открывался наилучший вид на улицу внизу.

«Таурус» опять стоял на прежнем месте. Патрульная машина полиции Нью-Йорка и эвакуатор уже уехали.

– Сакс возвращается. Надо по-быстрому сваливать отсюда, – предупредил я.

Лейк забрал у Блок пробирки для улик и фонарь и убрал их в свою сумку, после чего мы с ним выскочили из квартиры, пробежали по коридору, мимо лифта и через дверь, ведущую на лестничную клетку. Спустившись на этаж, замедлили шаг и не спеша двинулись вниз.

– Похоже, здесь хорошо прибрались. Что думаешь? – спросил я.

– Никогда еще не видел на месте убийства чего-то подобного.

– Могли копы намеренно порушить место преступления? Унесли даже все постельные принадлежности…

– Это вещественное доказательство, которое может быть предъявлено в суде. Мы не знаем, как были убиты жертвы, но, по крайней мере, знаем, как они не были убиты. Их не застрелили и не зарезали, и они не умерли от травм, нанесенных каким-то тупым предметом. Слишком уж мало крови.

– А что насчет того места, которое Блок обнаружила на полу?

– Это была не кровь – по крайней мере, насколько я могу судить. В ультрафиолетовом свете кровь выглядит как черная дыра. Это пятно было гораздо бледнее. Скорее всего, это место скопления каких-то биологических жидкостей и бактерий.

Кивнув, я сказал:

– Тогда мы знаем, как они умерли.

Лейк остановился на лестничной площадке и повернулся ко мне.

– И как же?

– Пятно на полу, скорей всего, – это следы рвоты. Я предполагаю, что Джеймс и Харриет были отравлены, как и Элли.

Тут у меня в кармане загудел телефон. На дисплее высветилось «КРИСТИНА». Я ткнул на «Ответить».

– Привет, ты как? – спросил я.

– Просто изумительно… Насколько я понимаю, ты полностью проигнорировал все, что я тебе тогда сказала, и поперся к Кроссу домой, чтобы отыметь его по полной программе?

– Я и пальцем его не трогал! Его навестили Блок с Лейком, и ситуация малость вышла из-под контроля. Сожалею, но, может, это послужит парню уроком.

– Это и вправду послужило ему хорошим уроком! Меня только что выпустили из отдела полиции. Он утверждает, будто я заплатила кому-то, чтобы его избили. Меня задержали и долго мурыжили в допросной. Он сейчас получает судебный запрет против нас. Не делай нам больше никаких одолжений!

Глава 19

Логан

Логан проследил, как Эдди Флинн вытаскивает из кармана несколько скрученных в трубочку купюр, отделяет двадцатку и протягивает ее кассирше «Старбакса».

Она сказала, что они принимают только карты.

Флинн смутился. Похлопал себя по карманам и повернулся к своему спутнику, который сказал, что у него тоже нет при себе платежных карт.

– Пожалуйста, позвольте мне, – вмешался Логан.

После чего, поглубже натянув на голову свою панаму, шагнул вперед и поднес телефон к платежному терминалу.

Одиннадцать долларов и семьдесят пять центов – вот во сколько обошлись Эдди Флинну и его спутнику кофе и зеленый чай. Но Логан знал, что за свои деньги покупает сейчас нечто гораздо большее.

– Это очень любезно с вашей стороны, – сказал Флинн, протягивая Логану двадцатидолларовую купюру.

Флинн был одного роста с Логаном. Может, малость постройней, с не столь раскачанными мышцами, но он был в хорошей форме, и Логан знал, что этот человек может быть очень быстрым. Это было хорошо заметно, хотя бы по манере двигаться: каждый шаг тверд и рассчитан, идеальное равновесие, плечи расправлены… Адвокат излучал уверенность, словно ауру, сиянием исходящую от его кожи. И это не было самоуверенностью. Или напускной развязностью. Это было по-настоящему.

При виде двадцатки Логан лишь отмахнулся. Вежливый отказ на данной стадии – самое обычное дело. Целью его было показать, что