Там, где тишина - Эллиот Харпер

Из глубины ее мыслей начал подниматься гнев.

«Я не знала, кто он! И не знала, что происходит!»

Билли крепко сжала пальцы в кулаки и стиснула зубы. Этот монстр не должен был оказаться на воле еще в самом начале. Все, что произошло после, случилось по вине другого человека – того, кто помог Роберту выйти на свободу под залог.

Она обошла кровать и посмотрела на грязные подушки и простыни.

Кристофер Шерман. Адвокат Роберта Андерсона.

Он не впервые прикрывал задницы самых гнусных выродков города. Но теперь по улицам гуляет серийный убийца, под удар которого может попасть кто угодно.

«Ты выпустил монстра на свободу, – мысленно процедила Билли, не замечая, как ногти больно впились в кожу. – Это твоя вина, не моя. И ты не меньший монстр».

Она повернулась, поправила маску и решительно направилась к выходу из квартиры.

Однажды Билли уже парковала «мустанг» между домами, когда приехала задержать Андерсона, и ей не хотелось это повторять, чтобы не бередить неприятные воспоминания. На этот раз она оставила машину на противоположной стороне улицы, но, когда вышла из подъезда, у «мустанга» крутился ребенок.

«Приплыли».

Покачав головой, Билли подошла ближе и тихо, чтобы не испугать мальчика, произнесла:

– Эй, малыш, – или не совсем малыш, на вид ему было лет восемь, – ты…

Договорить она не успела. Обернувшись, ребенок выпучил глаза и в страхе прижался спиной к «мустангу», мыча и мотая головой.

– Эй, эй, спокойно, – Билли выставила руки перед собой, – я тебя не трону. Слышишь? Не трону. Это моя машина, – она указала пальцем на «мустанг». – Нравится?

Помедлив, мальчик кивнул, но все так же не издал ни звука, глядя на Билли испуганным котенком.

Она вздохнула, когда рассмотрела его чуть лучше: похоже, у ребенка имелись проблемы не только в развитии, но и с вниманием родителей. Поношенные и не самые чистые джинсы с выцветшей серой футболкой на несколько размеров больше дополняли привычный образ маленького оборванца. Жители неблагополучного района не особо следили за своими детьми. Зачастую им было наплевать и на то, где их чада проводят время и ходят ли они в принципе в школу.

– Ты здесь живешь?

Мальчик кивнул, вновь промычав что-то невнятное.

– А… – Билли хотела спросить про его родителей, но внезапно ей в голову пришел другой вопрос: – Может быть, ты видел здесь несколько недель назад одного человека? – Билли медленно достала телефон и, открыв фотографию Андерсона, развернула экран к мальчику. – Вот его. Видел?

Присмотревшись к Роберту, ребенок еще сильнее выпучил глаза и затрясся мелкой дрожью.

– Эй, ну ты чего, – заволновалась Билли и убрала телефон. Подумав пару секунд, она присела на корточки, чтобы установить с мальчиком зрительный контакт. – Он тебя не тронет. Значит, ты его видел, да?

Мальчик кивнул и осторожно поднял руку, показав Билли два испачканных в грязи пальца с обгрызенными ногтями.

«Так, самое время поиграть в “крокодила”», – подумала она.

– Да, да, он был с двумя девушками. Их ты тоже запомнил?

Мальчик не отреагировал и не опустил руку.

«Хорошо, попробуем по-другому».

– Может, он…

– А ну отошла от него! – раздался громкий крик.

Вздрогнув, Билли резко выпрямилась и повернулась к тучной бледной женщине в растянутой футболке и выцветших лосинах, которая надвигалась на нее с угрожающим выражением лица и сжатыми кулаками.

– Спокойно, леди, я его не трогала!

– Еще б ты его тронула! – рявкнула незнакомка, поправив съехавшие бигуди, и, встав рядом с мальчиком, заслонила его от Билли. – Чего тебе надо от моего сына?

– Успокойтесь, я просто увидела его у своей машины и решила поболтать, чтобы не напугать его криками, как вы сейчас.

– Ты мне еще похами, выдра драная! – женщина яростно приподняла верхнюю губу и шагнула вперед.

Билли тяжело выдохнула. Только драки среди белого дня не хватало – особенно на глазах у ребенка.

– Извините, если я как-то вас оскорбила. – «Хотя вы переплюнули меня в этом в несколько раз». – Я просто хочу уехать домой.

– Вот и вали отсюда! Нечего к детям приставать, извращенка! – вопила женщина, сверкая близко посаженными глазами, в которых не было ни тени здравомыслия.

– Да господи, я не извращенка! Я просто пыталась узнать, видел ли он моего знакомого пару недель назад. Он жил в этом доме, – Билли указала за свою спину.

Женщина побледнела и в один миг растеряла весь агрессивно-боевой настрой.

– Уезжай отсюда, – прошипела она, еще старательнее закрывая сына. – Собралась и сваливай! Нам проблемы не нужны!

– У вас их и не будет, – попыталась встрять Билли, но идти против разъяренной и одновременно испуганной матери – все равно что плыть против волны цунами. Тебя в любом случае сметет ударом, еще и кости переломаешь.

– Я знаю, о ком речь! Телевизор смотрю! Мы никого не видели и ничего не знаем, ясно? – Она схватила сына за локоть и потянула от «мустанга», но мальчик все так же испуганно смотрел на Билли, держа два подрагивающих пальца прижатыми к своему плечу.

Билли проводила парочку взглядом и вздохнула: «Истеричка».

Поправив волосы, она открыла машину.

Пора ехать.

Шерман расскажет все, что знает об Андерсоне и о том, как именно он помог ему выйти сухим из воды. И пусть подавится своей адвокатской тайной – на этот раз она не поможет ни ему, ни Роберту.

Кристофер Шерман виноват не меньше Андерсона. И сегодня он пожалеет обо всем, что сделал на благо этой бездушной сволочи.

Глава 21

Кристофер Шерман привык к хорошей жизни.

Он давно позабыл запах плесени на плитке в ванной комнате, которую его мать безнадежно пыталась смыть дырявой губкой для мытья посуды. Из его памяти испарился вкус переваренных макарон и дешевого тертого сыра. Он не помнил ни драной одежды не по размеру, которую донашивал за старшими братьями, ни серых обоев с оборванными полосками от скотча, которым он крепил плакаты с любимыми супергероями. Однажды пьяный отчим сорвал эти плакаты в алкогольном угаре и на кулаках объяснил пасынку, во что на самом деле «стоит верить».

Тогда, лежа на полу после очередных побоев, юный Шерман понял, что никто никогда не спасет его. Нет ни героев, ни сверхспособностей, ни магии, ни чудес – лишь люди, ублюдки по своей сути, причиняющие боль и страдания. И единственный способ остаться невредимым – это стать одним из них. Только так можно спастись, а заодно обеспечить себе безбедное и безопасное существование.

Они бьют, потому что считают других