Катамаран - Александр Игоревич Ольшанский

за, – поддержал Бьорн. Его глаза горели холодным огнём учёного, стоящего на пороге великого открытия. – Данные, которые мы можем собрать, бесценны. Риск оправдан.

– Риск? – Паоло покачал головой. – Друзья мои, мы только что пережили шторм, потеряли палатку, чуть не потеряли Лилу, а вы говорите о риске? Это уже не риск, это самоубийство с научным уклоном! – Он помолчал, глядя на их решительные лица, и вздохнул. – Но если вы все туда… то и я, конечно, с вами. Кто же вас тогда кормить будет? Умирать на голодный желудок – последнее дело.

Самира молча взяла за руку Паоло, и её жест был красноречивее любых слов. Иштван и Таня кивнули.

– Решено, – подвёл черту Александр. – Ложимся на курс к аномалии.

Они провели остаток вечера в тщательной подготовке. Проверили и перепроверили всё оборудование: камеры, датчики, локаторы. Бьорн предложил рискованный план: закрепить несколько датчиков на буях и сбросить их на пути волны, чтобы получить уникальные данные из самого её сердца.

– Гениально! – восхитился Паоло. – Отправить в пасть чудовищу несколько электронных агентов. Надеюсь, у них хорошая страховка.

Таня тем временем перебирала медицинскую аптечку, мысленно готовясь к худшему. Она раскладывала бинты, пластиковые лонгеты, антисептики, обезболивающие, представляя себе возможные травмы.

Ночью никто не мог уснуть. Каждый готовился к встрече с монстром по-своему: Александр перечитывал записи о поведении аномальных волн, Бьорн медитировал, глядя на воду, Таня и Самира пили чай вместе, вспоминая смешные моменты на Кипре, а Паоло чинил сеть, напевая неаполитанскую песенку.

Перед самым рассветом пришло очередное сообщение от Юнгзе: «Аномалия усиливается. Вероятность встречи с Rogue Wave – 89% в ближайшие 12 часов. Боги океана с вами, друзья. А я всегда на связи».

Цифра «89%» прозвучала как приговор. Они больше не были охотниками. Они стали приманкой, целенаправленно плывущей в пасть к Левиафану, вооружённые лишь юношеской отвагой, кучей железа и слепой верой в то, что их общая воля сильнее любой волны.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА 33. НА ГРЕБНЕ АПОКАЛИПСИСА

Утро встретило их неестественной, зловещей тишиной. Океан, обычно живой и дышащий, замер в неподвижном ожидании. Вода стала густой и маслянистой, отливая свинцовой синевой, а небо, лишённое облаков, было блеклым и выцветшим, словно выгоревшим от страха. Солнце, поднявшееся над горизонтом, не несло тепла, а лишь освещало эту мёртвую гладь холодным, безжалостным светом. Все члены команды были на своих постах, движения их были замедленными и точными, как у хирургов перед сложнейшей операцией.

– Смотрите, – Бьорн первым нарушил гнетущее молчание, его голос прозвучал приглушённо, будто он боялся спугнуть надвигающееся. – Горизонт.

Все устремили взгляды вперёд. Там, где небо должно было встречаться с водой, лежала тёмно-синяя, почти чёрная полоса. Сначала она казалась просто игрой света, но постепенно, неумолимо, эта полоса начинала расти. Это была не волна в привычном понимании – с белым гребнем и пенистой гривой. Это была стена. Гладкая, мрачная, невероятно высокая и бесконечно длинная, она медленно поднималась из пучины, закрывая собой полнеба.

– Матерь божья… – прошептал Паоло, на мгновение, забыв о своей роли балагура. – Это же она.

Сначала – непонимание. Мозг отказывался воспринимать увиденное, ведь таких волн не бывает. Они противоречили всем законам физики, всем учебникам мореплавания. Потом – леденящий душу, животный ужас. Это была Она. Волна-убийца. Её высоту невозможно было себе представить, не оценить, когда такое идёт на тебя! Возможно, метров в двадцать пять – тридцать. Или сорок. Она была не просто гигантской. Она была чудовищной.

– ВСЕ В БАТИСКАФ! – рёв Александра разорвал оцепенение. Он вцепился в рупор, его лицо исказилось гримасой предельного напряжения. – СЕЙЧАС ЖЕ! Это единственный шанс выжить!

Команда, отработанным до автоматизма движением, бросилась к сферической кабине. Двери захлопнулись с глухим, окончательным звуком. Внутри оказались Таня, Самира, Анна Мари, Иштван и Паоло. Снаружи, вцепившись в штурвал, остались двое: Александр и Бьорн.

– Саша, иди сюда! – закричала Таня в микрофон связи, её голос срывался от паники.

– Кто-то должен рулить, – сквозь стиснутые зубы ответил Александр. Его голос был спокоен, но в нём слышалась сталь. – Бьорн со мной. Доверьтесь нам.

Через иллюминатор батискафа они видели, как двое у штурвала обвязываются страховочными тросами. Их лица в свете аварийных огней были сосредоточенны и бесстрастны. Они понимали, что этот манёвр – против всех учебников. Они не будут подставлять катамаран под удар. Они попытаются сделать невозможное – «оседлать» волну.

– Ну что, викинг, – Александр перевёл взгляд на Бьорна, – готов повторить… готов превзойти опыт деда?

– Готов, – коротко бросил норвежец, и в его глазах не было страха, только чистая, холодная ярость и азарт учёного, стоящего лицом к лицу с Величиной. – Давай покажем этому монстру, из чего сделаны внуки Хейердала и Сенкевича.

Стена воды надвигалась на них, закрывая собой всё. Она была так близко, что казалось, будто можно дотронуться до её мокрой, тёмной поверхности. Двое безумцев у штурвала и пятеро, запертых в стальном шаре, смотрели на свою гибель, которая была так прекрасна и так неотвратима, что у них перехватывало дыхание.

***

Александр развернул катамаран носом к волне и дал полный газ. Моторы, надрываясь, выли, пытаясь набрать скорость, чтобы встретить чудовище, не стоя на месте, а в движении.

– Держи прямо! – крикнул Бьорн, вцепившись в поручень. – Не дай ей перевернуть нас!

Нос катамарана начал задираться. Они карабкались вверх по водяной горе, и ощущение было сродни взлёту на лифте в небо. Для тех, кто был в батискафе, вид из иллюминатора был сюрреалистичным и пугающим: небо исчезло, его заменила отвесная стена чёрной, но всё же прозрачной воды, в которой плавали пузыри воздуха, медузы и обломки водорослей. Казалось, будто они погружаются в глубину, а не взбираются на вершину.

– Господи… – прошептала Самира, вжимаясь в кресло.

– Ничего, принцесса, – сквозь зубы процедил Паоло, его пальцы белели от напряжения, с которым он вцепился в подлокотники. – Просто представь, что мы на американских горках. Только без страховки. И с вероятностью летального исхода в… во много процентов.

Это было невероятно, но катамаран достигал гребня. На секунду или на целую вечность, они зависли на самом пике водяной стены, глядя в бездну, зиявшую впереди. Внизу простирался океан, казавшийся отсюда игрушечным. А затем началось головокружительное падение.

Нос судна резко клюнул вниз, и их понесло. Рули почти не слушались.