Зарубежный детектив 2026-18. Компиляция. Книги 1-11 - Дэвид Бушман

Чем больше они изучали это дело, тем больше росла их уверенность, что BTK пускает дым в глаза.

Судмедэксперты установили, что проволока, найденная вместе с телом Аллена, была с его фермы. Изучение компьютера Аллена не выявило никаких доказательств того, что он разговаривал с серийным убийцей.

Следователи пришли к выводу, что Аллен сам обернул себя проволокой и встал на рельсы.

Письмо о Джейки в первый же день вызвало бурные дебаты в офисе окружного прокурора Нолы Фулстон. Ее первым намерением было, как подобает представителю органов власти, публично заявить о том, что BTK угрожает убить ребенка. Как главный избранный правоохранительный орган округа, она имела право сделать это или заставить сделать это полицейских.

Кевин О’Коннор и Ким Паркер, два главных прокурора в ее подчинении, пытались отговорить ее от этого. О’Коннор был верным другом Фулстон, так что она всегда поощряла его высказывать собственное мнение, что он и сделал. Прозвучало много резких слов. О’Коннор, который провел четыре месяца, наблюдая за оперативной группой BTK, утверждал, что полицейские были правы и расследование необходимо производить скрытно, насколько это возможно. Они не хотели делать BTK рекламу, давать ему информацию или создавать у него ощущение, что он хищник, вышедший на охоту.

Шеф Уильямс тоже терзался внутренней борьбой. Если они обнародуют угрозы BTK, необходимо ли им будет упомянуть такую подробность, как «беспризорные дети»? В Уичито было множество детей-беспризорников и внеклассных программ для них. Знание об этой угрозе обеспокоило бы тысячи родителей, вынужденных работать вдали от дома и детей. Очевидно было, что BTK любит играть на нервах полицейских. Уильямс не собирался тешить его самолюбие.

В конце концов они решили предать угрозу BTK огласке, однако не раскрывая подробностей. Ответственность за это решение тяжелым грузом легла на Уильямса. Если BTK убьет кого-нибудь еще, Уильямс будет знать, что это потому, что он не предупредил людей.

Полицейские из опергруппы восприняли угрозу как личный вызов. Ландвер продолжал беспокоиться о Джеймсе, Синди и о себе: «Может, каждый раз, когда этот тип оставляет очередной пакет с уликами, он пытается удержать меня подальше от моего дома, чтобы проникнуть туда в мое отсутствие?»

У Отиса была двенадцатилетняя дочь, которая каждый день после школы оставалась дома одна на двадцать минут, пока Нетта не приходила с работы. После того как пришло письмо Джейки, Отис уговорил сестру быть дома на эти двадцать минут.

Гауг не беспокоился. Ранее он объяснил членам своей семьи, что надо проявлять осторожность, открывая дверь, но больше ничего им не говорил, чтобы лишний раз не беспокоить.

Он считал, что у BTK кишка тонка вламываться к копам.

Когда обнаружилось письмо о Джейки, опергруппа Ландвера по поимке BTK состояла всего из двадцати трех человек. Через четыре дня Уильямс почти вдвое увеличил ее состав, до сорока человек. Он сообщил Ландверу, что не намерен распускать их и в долгосрочной перспективе. Часть следователей перешла на прием звонков по горячей линии, чтобы остальные смогли сосредоточиться на анализе документов по делу.

Бывали ночи, когда телефон Уильямса звонил уже в предрассветных сумерках и кто-то из его офицеров сообщал о полуночной стрельбе или каких-нибудь еще событиях, требующих его внимания. Сейчас, заслышав ночью телефонный звонок, Вильямс первым делом возносил к небу безмолвную мольбу: «Не дай бог BTK кого-нибудь убил».

Через пять дней после обнаружения письма Ландвер появился на пресс-конференции. Джонсон тщательно и вдумчиво подготовила ему следующую речь: «Основываясь на информации, предоставленной нам ФБР, а также на ложном удостоверении личности и ложном же пропуске, которые прислал BTK на телеканал KAKE, мы считаем важным напомнить горожанам соблюдать меры предосторожности для защиты себя и своего дома. Мы также хотим, чтобы родители научили этим навыкам предосторожности своих детей».

Он не раскрыл содержание письма из библиотеки, но многие правильно истолковали его слова и тон и поняли, что BTK выступил с новой угрозой.

Лавиана присутствовал на конференции как представитель The Eagle.

После конференции к нему подошел Отис.

– Херст, надо кое-что обсудить, – сказал Отис, – у тебя есть минутка?

Глава 40

Ландвер переходит в наступление

Июль – август 2004 года

Национальные СМИ продолжали заваливать Джонсон просьбами об интервью. Не получая желаемого, они добывали информацию через вторые и третьи руки. Некоторые, желая досадить конкурентам, требовали от участников конференций не обращаться в другие программы. Лавиана отказывался заключать подобные сделки.

Все эти конференции напрягали копов. «Эксперты по серийным убийцам» появлялись как грибы после дождя, своими пространными рассуждениями «пуская дым в глаза» обывателям, как выразился Отис.

Через несколько дней после конференции от 22 июля Венцль заметил, как Ландвер выходит из городской ратуши, чтобы закурить сигарету.

Венцль знал, что Ландвер не будет говорить о BTK, но также он знал от Лавианы, что у Ландвера есть чувство юмора. Венцль притворился, что берет у него интервью.

– Кенни Ландвер, – сказал он, здороваясь с ним за руку, – вы уже поймали BTK?

– Нет, – ответил Ландвер.

– У меня есть подозреваемый, если, конечно, вы не против моего вмешательства, – заметил Венцль.

Ландвер посмотрел на него с вежливым вниманием.

– Это Херст Лавиана.

Лицо Ландвера исказила усмешка.

– Нет.

– Серьезно? Согласитесь, Херст странный тип.

– Нет, – повторил Ландвер.

– Лады. Но мы в редакции много говорили об этом и пришли к выводу, что наступит день, когда Херст или разоблачит BTK на первой полосе своей газеты, или обратится к вам с добровольным признанием.

Ландвер сделал глубокую затяжку.

– Я на сто процентов уверен, что это не он, – сказал Ландвер.

– Но откуда?

– Потому что мы исключили его из числа подозреваемых, – ответил он.

Через несколько минут Венцль застал Лавиану в редакции – тот как раз набрасывал статью.

– Я снял с тебя подозрения, – сказал Венцль, – столкнулся с Ландвером у ратуши. Мы сравнили записи и пришли к выводу, что ты не BTK.

– Спасибо, – отозвался Лавиана.

– Я не сказал, что ты невиновен, – заметил Венцль, – я только сказал, что ты не BTK.

Лавиана кивнул.

– Ландвер сказал что-то странное, – продолжил Венцль, – он сказал, что исключил тебя из числа подозреваемых. Он сказал об этом как о чем-то совершенно не важном.

– Ну да, – сказал Лавиана, – копы брали у меня мазок на ДНК-анализ.

– ЧТО?

Это правда, заявил Лавиана. После конференции 22 июля Отис отвел его в сторонку.

– Ненавижу делать это, но вынужден просить у тебя ДНК, – сказал Отис. – кое-кто указал тебя в числе подозреваемых

Лавиана пожал плечами:

– Я удивлен, что это произошло только