Тайна кровавой графини - Анна Велес

– Смотри, – велел он. – Кстати, снова парные случаи.

Без вот этой ремарки Артем долго бы еще пытался понять, что́ он тут должен увидеть. Угол здания был не острым, он больше походил на ровный полукруг, как если бы корпус украшала небольшая башенка. Когда-то почти так и было: согласно давним студенческим легендам, на этом углу наверху более ста лет назад располагалась обсерватория. Кто ее там устроил и зачем, теперь уже узнать невозможно, да Артему это и не было интересно. Важно то, что в этом полукруглом повороте была дверь. Парные случаи, упомянутые Аркадием: два незаметных выхода, что в филармонии, что здесь.

– Она наверняка замурована, – изучая дверцу, предположил следователь.

Профессор расплылся в очередной нервно-радостной улыбке, подошел ближе и наигранно-торжественно постучал. Им открыли сразу. На пороге стояла Нина.

– Он тебе спектакли устраивает? – спросила она Артема.

Он только кивнул и шагнул внутрь, протянул подруге ее любимый раф.

– Между прочим, я не паникую, – заявила она, принимая стаканчик. – Спасибо!

Артем только усмехнулся. Они все совсем не паникуют. Да друзья не знают и половины поводов, из-за которых стоит паниковать!

Они поднимались гуськом по узкой винтовой лестнице. Это на самом деле напоминало башню. Романтический образ портили только вполне себе современные пластиковые двери на площадках этажей. Зато сами «пятачки» между рядами ступенек были очень примечательны: аккуратные, небольшие, но правильно-круглые.

– В этом деле все не слава богу, – с долей шутки пожаловался Артем. – Обычно получаешь труп и готов сам кому-нибудь душу продать за хоть каплю информации. У нас же данных было так много, что я не успевал их обрабатывать. Теперь другая напасть: слишком много очевидного. Прячется актриса в своем же театре, вызвали ее сюда в этой башне? Аркаша, ты силен в таких делах, вроде бы как раз круг рисуют на всяких там обрядах, да?

– Рисуют, – подтвердил профессор. – Но ты не угадал. Вызвали ее не здесь.

Он распахнул перед другом и женой дверь, ведущую на третий этаж, первым быстро прошел небольшой кусок того самого странного предбанника, соединяющего теперь два факультета, поспешил на территорию математиков, где и остановился.

– В этой комнатушке, – указал друг на очередную дверь. – Точно парные случаи.

– Незаметные двери и в театре, и тут, – перечислил с веселой иронией Артем. – Теперь две кладовки? Снова и тут и там?

– Слишком натянуто для парных случаев, – прокомментировала Нина. – Еще бы назвал это поведенческим паттерном.

– Я бы это не выговорил, – так же весело признался Аркадий. – А про кладовки – это тоже не совсем так. У них тут что-то вроде архива. Или библиотеки.

– По мне, так точно именно кладовка, – пробормотал Артем, оглядывая с порога помещение.

Комнатушка была довольно просторной, но захламленной. Везде стояли стеллажи, заваленные какими-то бумагами, папками, чертежами. У окна на столе целых три явно давно не работающих стационарных древних компьютера. Вокруг на полу громоздились процессоры. Их было явно больше, чем мониторов. В дальнем углу намечалась самая натуральная свалка из сломанных стульев и каких-то коробок.

Только справа было более-менее свободно. Голая стена, но и около нее пара стеллажей полупустых для разнообразия, легких, будто поставленных на тележки на колесиках.

– И где? – скептически осведомился следователь.

Нина первой прошла вперед и чуть толкнула один из этих стеллажей. Он послушно откатился в сторону.

– Серьезно? – Артем смотрел на стену со смесью чуть ли не священного ужаса и недоверия.

Стена была голой, с нее свисали кое-где обрывки старых, давно потерявших цвет обоев, в просветах между ними на сером фоне проступали какие-то странные следы. Будто надписи или знаки, вырезанные, правда неглубоко, по грязной старой известке. Разобрать что-то конкретное было невозможно. Может, кто-то оставил «автограф» из серии «Тут был Вася» или писал матерные слова. Вообще, эта стена не производила какого-то особого впечатления, не было ощущения, будто стоишь на том самом месте, где проводят магические обряды, атмосфера совсем не та. Но Артема сейчас это не волновало. Он искал не мистику, а улики. Его внимание было приковано к небольшому бурому пятну, очень похожему на засохшую кровь.

– Потожировые? Отпечатки? – коротко напомнил он и перевел вопросительный взгляд на свою подругу.

– Все сняла давно, – успокоила его Нина. – И да, там точно именно кровь. Остальное надо сравнивать и устанавливать личность.

– Потом, – пробормотал следователь. – Я как-то все поверить не могу.

– Жутко, да? – поддержал его Аркадий. – Двадцать первый век! Современный университет, факультет математики. Трудно найти тех, кто более далек от мистики, если так подумать. И такое! Главное, почти на виду же все.

– Да бросьте, – возразила Нина. – Знаки эти не очень и видны. Не краской же рисовали. А кто и что там царапал, кому какое дело? Это подсобное помещение, ремонта здесь давно не было. Никто в грязи ничего рассматривать не будет. Сюда заходят-то раз в год по обещанию. Да и кому придет в голову искать что-то мистическое в кладовке у математиков?

– Логично, – согласился Артем. – Но как вы это нашли?

– Пошли ко мне на кафедру, – предложила деловито подруга. – Расскажем. И кстати, Тёма, предупреждаю сразу, у нас опять нестыковки.

– Знаешь, – искренне признался следователь, – сейчас меня это даже успокаивает. Иначе как-то все слишком гладко. А так даже в сказках не бывает.

Кафедра криминальной психологии располагалась в просторной комнате, где наверняка раньше была аудитория. Здесь до сих пор иногда проводили занятия для студентов, за одним большим столом для заседаний легко могли рассесться с десяток человек. А еще тут были старомодные книжные шкафы, стояли тяжелые стулья с мягкими сиденьями и спинками, обитыми бордовым материалом. На подоконнике тоже лежали какие-то папки, возможно давно забытые распечатанные студенческие дипломные работы. На какой-то тумбе примостился изящный тонкий ноутбук Нины, который смотрелся тут немного инородно.

– Мы работали в двух направлениях, – рассказывала подруга, привычно усевшись на угол стола, как обычная студентка. – Аркадий бегал за студентками, я проверяла тайм-коды на записях с камер.

– Его я понимаю. – Артем указал на друга. – Поясни смысл своих действий.

– Те записи, что видел ты, – охотно стала рассказывать Нина. – В десять сорок пять Людмила с двумя подружками выходит на перерыв из аудитории, нам известно, в какую сторону она пошла. Ты знаешь, когда она вернулась обратно. Это было уже в одиннадцать двадцать три. Но у нас есть и другие камеры! Я их и проверила. Девушка поговорила с однокурсницами и отправилась в туалет. Как мы знаем, это в другом крыле. Так вот, покинула наш факультет она в десять