Искатель, 2007 №4 - Алексей Фурман

— Ну, неважно…

— Все — фигня, только пчелы не фигня, — продолжил я, копируя интонации Эдика.

— Но если хорошо подумать, то и пчелы — тоже фигня.

Эдик тоже знал этот старый анекдот. Ничего удивительного. Друзья — это люди, помнящие одни и те же анекдоты.

Хозяин дачи долил пива вначале мне, потом себе и аккуратно поставил бутылку под стол.

Уже четвертую, между прочим.

— Вся наша технология до недавнего времени стояла на трех китах — проводниках, изоляторах и полупроводниках, — продолжил Эдик, глядя сквозь стакан на большое белое облако, громоздившееся над крышей соседней дачи. — Когда научились работать с полупроводниками, произошел прорыв в электронике. Компьютеры, цифровые камеры, мобильники — результат освоения полупроводников.

— Это даже твой Вовочка знает.

— Метаматериалы — это полупроводники для света, для фотонов, а не для электронов. Если какой-то предмет поместить в оболочку, сделанную из специально сконструированного метаматериала, то свет будет проходить по оболочке, обтекать предмет, и он станет невидимым. Никаких сенсоров, никаких ЖК-элементов, все работает автоматически, быстро и надежно.

Вольный начал рассказывать про то, что траектория движения каждого фотона, распространяющегося в оболочке, должна начинаться и заканчиваться на одной прямой, а время распространения для всех фотонов должно быть одинаковым, но я его перебил:

— Что значит — специально сконструированного? Таких материалов…

— Не существует в природе. Потому и невидимых хищников нет. Но нужных свойств можно добиться, применяя нанотехнологии. Именно над этим сейчас и бьются в Америке, Европе… ну, и у нас, в России.

— Хороший ряд.

— Да, все его члены равнозначны, — не стал отрицать Эдик. — Но в фотонике мы пока отстаем. И знаешь, что самое смешное?

— Свежий анекдот, хорошо и кстати рассказанный.

— У этой проблемы есть другая сторона. Первая — это как сделать видимое невидимым. Вторая… Догадайся с двух раз!

— А за базар ответишь!

— И эту вторую часть задачи нам, кажется, удалось решить.

— Поздравляю! Но почему такой грустный тон?

— Поскольку первая часть задачи не решена, я не могу проверить экспериментально, работает ли визуализатор.

— Я такой скороговорки еще не слышал. Ви-зу-а-ли-за-тор. Справился. Молодец. Но в горле сразу пересохло, — пожаловался я, подставляя стакан.

— Наполни оба, я сейчас, — сказал Эдик, направляясь к старенькому «жигуленку». — А ты пока потренируйся говорить слово «девизуализатор».

Я открыл бутылку, аккуратно, по стеночке, налил пиво в оба стакана. Эдик вынул из багажника сумку, из нее — коробку, из коробки — мотоциклетный шлем с опускающимся забралом.

Смерть Кощея глубже была запрятана. Но ненамного.

— Вот он, визуализатор! — протянул мне шлем Эдик.

— Ты что, в байкеры решил податься?

— Это в целях маскировки сделано. На самом деле с его помощью можно увидеть невидимое.

Я взял шлем. Он оказался таким тяжелым, что у меня чуть было не разжались пальцы.

— Масса превышена из-за встроенных аккумуляторов. Автономное питание, пять часов непрерывной работы. Чего на меня вылупился? Щиток опусти!

— Ничего не изменилось.

— Оглядись вокруг.

Я повертел головой, даже на небо посмотрел.

— Ну, видишь?

— Нет, — честно признался я, чувствуя себя идиотом, не замечающим элементарных вещей.

— И никто не видит, — вздохнул Эдик. — Мы сделали десяток таких касок. Третью неделю ездим в них на мотоциклах и в машинах, окрестности осматриваем. И — ничего.

— Может, они просто не работают?

— Может, — криво улыбнулся Эдик, накручивая на палец клок волос, упрямо торчащий на макушке.

Одно время мы с друзьями спорили: этот клок торчит потому, что Вольный его на палец накручивает, когда озадачен, или наоборот, он от рождения торчит, а Эдик пытается его пригладить? Но гак и не решили, что было раньше — яйцо или курица.

— Чтобы увидеть с помощью визуализатора невидимое, нужно его, невидимое, иметь. А соседний отдел оболочку-невидимку не сделал, и неизвестно, когда сделает. Нанотехнологии — дело тонкое. Точнее, нанотонкое.

Я снял тяжелый шлем, положил на пустующий стул.

— То есть ты сделал вольтметр, но источника напряжения нет, поэтому измерять нечего, так?

— Так.

— Тогда зачем вы в шлемах ездите? А, бензин бесплатный, государственный! Ты и на дачу приехал, чтобы экспериментировать? И семью привез… Работа в выходные — как, в двойном размере оплачивается? — веселился я. — Может, и на меня трудовое соглашение оформишь? Так уж и быть, похожу полчасика в шлеме, хоть он и тяжелый!

— А вдруг американцы уже летают над Москвой и областью, невидимые для глаз и радаров? — прервал меня Эдик. — Или еще кто…

— НЛО — это невидимые летающие объекты! — немедленно придумал я новое определение. — Пришельцы, пользуясь невидимостью, многие сотни лет наблюдают за нами, потому что человечество — результат их эксперимента! И этот эксперимент еще не закончен!

— Мужики, вы чего там разорались? — показалась из-за розовой стены Валентина. — Что, ужин пора готовить?

— Нет еще, — отмахнулся Эдик. — У нас философский диспут.

— Хорошо, что не политический, — хмыкнула Валентина. — А то бы вы точно передрались.

— Ты зря ехидничаешь, — снова начал крутить клок волос Вольный.

— Папа, что это? — спросил неслышно появившийся Вовочка.

— Шлем… Для виртуальных игр. Ты иди, иди. Дай нам с дядей Валерой поговорить.

Дождавшись, пока сын исчезнет с веранды, Эдик продолжил:

— Все-таки проект закрытый, не стоит детвору посвящать. Еще выменяет шлем на велосипед… У него сейчас период такой — всем со всеми меняется. Чейндж называется. Недавно реальный новый велосипед на виртуальный меч для сетевой компьютерной игры выменял. Ну, ему Валька и всыпала! Однако давай сменим тему. Пиво кончается, а ты про свои дела так ничего и не рассказал. Как дети?

— Бездельничают. Вредничают.

— Жена?

— Пилит.

— Значит, в семье все нормально. На работе?

— Мы недавно Дюймовочку доносили.

— Что сделали с Дюймовочкой? — не понял Эдик.

— Доносили. Девочка родилась ну очень недоношенной — на пятнадцатой неделе. Кесарево, разумеется. Рост семнадцать сантиметров, вес триста пятьдесят граммов, почти в десять раз меньше обычного. Мы ее четыре месяца выхаживали, практически донашивали, вместо матери, а вчера выписали. Это тебе не визуализатор испытывать… на даче.

— Рад за тебя… и за Дюймовочку.

— Я тоже — и за себя, что смог, и за Дюймовочку, что выжила. Но тенденция тревожная: недоношенных детей все больше. Скоро бабы нормально рожать вообще разучатся.

— Главное — чтобы мужики не разучились нормально…

Эдик оглянулся, и не напрасно: Вовочка снова маячил за зеленой решеткой веранды, увитой диким виноградом.

— Сын, ты зачем здесь?! Гуляй, гуляй! Рано тебе еще взрослые разговоры слушать.

— А что мужики должны нормально?

— Пиво пить. Топай, топай… А мы с тобой еще бутылочку… Хлопнула пробка.

— Мужики тоже скоро разучатся нормально… — Я не был уверен, что Вовочка отошел достаточно далеко, и