Фиаско Красной Шапочки - Елена Ивановна Логунова

В первом часу прекрасной белой ночи все еще было светло, но городские улицы в это время суток уже пустовали. Чтобы не привлекать к нашей (вообще-то нет) машине ненужного внимания постовых и патрульных ГИБДД, Ирка аккуратнейшим образом соблюдала правила дорожного движения. Сосредоточившись на этом, она временно позабыла о конечной цели нашей спасательной экспедиции и всю дорогу помалкивала. Только когда мы свернули с шоссе к поселку Белоостров и поехали по изрытой колесами грунтовке, вспомнила и начала сетовать. Мол, это так опрометчиво — идти в бой, не подкрепившись и не вооружившись. Как будто это не она села за руль и повезла нас на этот самый бой!

— Я уверена, в твоей сумке можно найти и чем подкрепиться, и чем вооружиться, — заметила я, устав от бурчания подруги.

Не время было проявлять малодушие.

— Ну, есть там электрошокер, газовый баллончик тоже. — Ирка переключилась, начала мыслить конструктивно. — Но это же все оружие ближнего боя…

— Я метко бросаю камни, — сообщила с заднего сиденья Соня. — Найдем — будет у нас оружие дальнего боя.

— Камней у меня в сумке нет, — с сожалением призналась Ирка. — Был один, но я его Марфиньке подарила. Он морской, со сквозной дырочкой — куриный бог называется. Мы, кстати, его использовали сегодня в нашей шумовой системе.

— То есть могли бы сказать: «С нами бог!», да? — сострила я.

Ирка была настроена серьезно и даже не улыбнулась.

— В сумке есть косточки от авокадо. — Она посмотрела на Соню в зеркало заднего вида. — Подойдут вместо камней?

— Зачем ты носишь с собой косточки от авокадо? — удивилась я.

— Вернусь домой в Краснодар — посажу. Тут не вырастут, климат неподходящий. — Она мельком глянула в окно, за которым тянулась полоса болотной зелени — и никаких авокадо, в самом деле.

Мы миновали последний форпост цивилизации — дом, где была единственная в округе камера. Тот самый, окруженный цветущими кустами сирени и черемухи, у которых мы когда-то фотографировались.

— Сбавь скорость, мы уже рядом, — сказала я Ирке.

Машина поползла по ухабистой дороге, виляя и взбрыкивая.

— Вот оно! То сухое дерево! — первой заметила Соня.

Ирка протянула машину чуть дальше и остановила в сотне метров от нужного нам домовладения.

Прежде чем двинуться в пеший поход, мы поделили имеющееся вооружение. Себе Ирка взяла шокер, мне достался баллончик с перцовым газом, а Соня деловито переложила из целлофанового пакетика в карманы винтажной олимпийки косточки авокадо, по форме и размеру похожие на куриные яйца, только темно-коричневые и более увесистые.

Мы двинулись назад к дому, напротив которого росло сухое дерево.

Шли тихо, крадучись, хоронясь в тени деревьев. Не знали же, есть ли в том доме еще враги, и если да, то сколько именно!

Дом, точнее, домик — деревянный, облезлый, с недостатком стекол в витражных окнах веранды — прятался за забором и разросшимися за ним кустами. В окнах — ни проблеска света, во дворе — никаких признаков жизни.

— Повезло: собаки нет, — тихо порадовалась Ирка. — Для собаки-то у меня в сумке ничего подходящего… разве что сникерс?

Я осторожно, чтобы не шуметь, проверила ворота и калитку — они были заперты. Измерила взглядом высоту забора, спросила:

— Кто полезет? Я в платье, мне будет неудобно.

— Зачем сразу лезть? — Соня пошла вдоль забора, пытливо трогая доски. — Может, найдется… Ага: вот! — Она попробовала вытянуть пальцами расшатавшийся гвоздь. — Были бы плоскогубцы…

— Есть плоскогубцы! — Ирка нырнула в свою сумку, достала нужный инструмент.

Соня не сразу взяла — помедлила, глядя на нее с удивлением, но ничего не сказала.

С помощью плоскогубцев гвоздь был извлечен за секунды. Широкая доска послушно отъехала в сторону, Соня примерилась и боком протиснулась в образовавшийся проем. Через минуту она открыла изнутри калитку, и мы все просочились во двор. Подобрались к дому, поднялись на крыльцо, потянули дверь — та была заперта.

— Были бы шпильки… — сказала Соня и посмотрела на Иркину сумку.

— Есть шпильки! — Та выудила сразу две.

Соня покрутила их в руках, разгибая и снова сгибая, сунула в скважину, нажала, покрутила…

— А мы ей ключ от нового замка в парадной, — пробормотала Ирка, наблюдая за процессом с уважением и не без зависти.

Замок щелкнул и открылся.

— Фонарик! — голосом хирурга, работающим с опытным ассистентом в хорошо оснащенной операционной, произнесла Соня и не глядя протянула руку.

Ирка молча вложила в нее брелок-фонарик.

Я достала смартфон и включила на нем подсветку.

Соня почиркала лучиком по полу за дверью и первой вошла в дом.

— Под ноги смотрите! — жарко нашептала Ирка. — И под потолок тоже!

— Угу. — Я подсветила сначала пол, потом потолок.

Думаю, после сегодняшней ночи с эффектно сработавшей ловушкой это на какое-то время войдет у меня в привычку.

На полу лежал потрепанный коврик, с потолка свисала лампочка без плафона. По одной стене тянулись заваленные непонятным барахлом полки, из другой вереницей молодых опят торчали деревянные стерженьки незатейливой вешалки, густо поросшей какими-то одежками.

Я переложила смартфон с подсветкой в левую руку, а в правую взяла газовый баллончик. Ирка достала электрошокер. Только Соня отважно продолжила двигаться вперед, вооруженная одним миниатюрным фонариком.

— В кухне никого, — шепотом доложила она, вернувшись через минуту.

Соня снова скрылась во мраке, слегка разбавленном мечущимся лучиком, и вскоре доложила:

— И в комнате пусто!

— А комната всего одна?

— Да! — Соня заговорила нормальным голосом. — Повезло, злодеев дома нет.

— Они уже в больничке. — Ирка расслабилась, усмехнулась и шлепнула ладонью по стене, включая свет. — Прекрасно, нам никто не помешает. Где вход в подвал?

Прикрытый ковриком люк в полу нашелся в кухне, под столом. Мы переставили стол, убрали коврик, сдвинули засов, открыли люк. Из сырого подвала неприятно завоняло.

— Вильерс, вы там? Вы живы? — позвала Ирка.

— Villiers, are you there? Are you alive? — повторила я за ней по-английски.

Внизу было тихо. Соня встревожилась:

— Плохо дело. Полезу вниз, — но не успела.

Кто-то живой там был. Даже очень живой!

Грязно-розовый шар с крылышками, пародия на шлем Гермеса, взлетел из вонючего сырого подвала! Мы отшатнулись — темная фигура в облаке дурного запаха с топотом вылетела из кухни и ринулась в комнату. Там что-то грохнуло, зазвенело стекло, фигура выскочила оттуда и унеслась в сени, попутно сметя с полок и вешалки часть барахла.

Мы и моргнуть не успели — а дверь уже хлопнула, калитка стукнула, звучный топот по доскам сменился чавканьем по грязи и затих.

— Что за черт с рогами? — отмерла Ирка, сунулась к люку и опять позвала: — Эй, Вильерс!

— Похоже,