Зарубежный детектив 2026-18. Компиляция. Книги 1-11 - Дэвид Бушман

Чарли Отеро, приехавший в суд из Нью-Мексико для слушания дела, сказал, что, по его мнению, Рейдер никак не мог убить их отца без посторонней помощи.

Рейдер заколебался. Нет, сказал он.

– Но со мной был маленький друг.

Друг, о котором он говорил, оказался плодом его воображения – лягушкой по имени Баттер. В последние дни он рисовал улыбающуюся крылатую мультяшную лягушку на конвертах со своей корреспонденцией. Пока Рейдер говорил, Хаттеберг понял, что под Баттером он подразумевал своего внутреннего демона.

Глава 51

Аукцион Бизарро

11 июля 2005 года

Это было крошечное жилище, всего 960 квадратных футов[92], дом 1954 года в стиле ранчо, где они с Паулой вырастили двоих детей, где он планировал убийства и хранил трофеи. Его преступления стоили Пауле и кормильца, и дома. Она хотела его продать.

Тим Поттер уговорил аукциониста Лонни Маккарди позволить ему осмотреть пустой дом за несколько дней до продажи. Поттер хотел получить эксклюзивную историю; Маккарди хотел больше потенциальных покупателей.

Заметив след от кровати в пыли на деревянном полу главной спальни, Поттер понял, что смотрит на то место, где BTK спал, планировал и мечтал.

В ванной Поттер задумчиво посмотрел на свое отражение в зеркале, затем осторожно открыл дверцу аптечки. Это была очень личная территория. Внутри лежали две вырезки из The Eagle: советы, как определить, простуда у вас или грипп.

На аукцион The Eagle прислал двух фотографов, а также Поттера, Херста Лавиану и молодого репортера по имени Брент Уистром, впервые работавшего на полную ставку с освещением ночной работы полицейских. Также присутствовали представители The New York Times, The Los Angeles Times, The National Enquierer, People, Inside Edition, интернет-пресса, фотографы кабельных и местных телеканалов с аппаратурой и фургонами – все они терлись локтями с покупателями жилья, зеваками и просто любопытными прохожими.

Полиция перекрыла улицу, не подпуская людей к зданию. Некоторые все равно подходили и фотографировали.

Мишель Борин-Девуоно, владелица стрип-клуба, хорошо известная жителям Уичито по корявым завлекающим объявлениям на местном ночном телевидении, вошла в дом Рейдера с агентом по недвижимости и своим мускулистым татуированным мужем, бывшим хоккеистом The Wichita Thunder Леном «Дево» Девуоно. Она и другие участники торгов собрались вокруг аукциониста на заднем дворе. Некоторые делали ставки по мобильному телефону. Одна супружеская пара держала в руках видеокамеру и торговалась, баюкая своего чихуахуа.

Шеф полиции Парк-Сити Билл Болл сфотографировал своих сотрудников, следящих за порядком на заднем дворе дома Рейдера. Они, в свою очередь, сфотографировали его. Затем Болл направил камеру на репортеров и фотографов. «Око за око, верно?» – сказал он.

Многие соседи повесили во дворах желтую ленту и таблички «Посторонним вход воспрещен». За несколько месяцев, прошедших с ареста Рейдера, в их двери успели постучаться репортеры и съемочные группы даже из Дании.

Маккарди напомнил участникам торгов, что плита, холодильник, посудомоечная машина, сушилка и стиральная машина останутся в доме.

– Подумайте, какой здесь потенциал для аренды! – воскликнул он.

Он отметил, что дом расположен всего в нескольких сотнях ярдов от трассы I-135.

– Парк-Сити – это город в движении, – заявил он.

Он не упомянул BTK.

Владелица стрип-клуба предложила ставку в девяносто тысяч долларов – на тридцать три тысячи долларов выше оценочной стоимости.

– Я инвестирую в недвижимость, – сказала она позже Поттеру. – Я бы хотела, чтобы все вырученные деньги пошли миссис Рейдер и помогли ее семье. Я очень много работала всю свою жизнь, чтобы оказаться там, где я нахожусь сегодня. Я даже представить себе не могу, что она сейчас чувствует. Это самое меньшее, что я могу сделать.

Но Паула Рейдер не скоро увидит выручку. Семьи жертв BTK подали в суд с требованием конфисковать «лишние» тридцать три тысячи долларов, которые, как они утверждали, были плодом дурной славы ее мужа. Во время судебного разбирательства покупатель отказался от дома, и в конце концов город сровнял дом с землей. Участок превратился в небольшой парк с баскетбольной площадкой, столами для пикника и качелями.

Когда аукцион закончился, Лавиана в полном одиночестве остался на заднем дворе BTK, слушая, как Уэйн Ньютон поет через динамики аукциониста: «Danke schön, дорогая, danke schön. Спасибо тебе за всю радость и боль…»

Глава 52

Изгнание монстра

17–19 августа 2005 года

Окружной прокурор Нола Фулстон считала, что на процедуре вынесения приговора в августе по делу Рейдера нужно будет дать подробные показания, освещением которых займутся национальные СМИ.

Многие жители Уичито, включая некоторых адвокатов защиты, критиковали это решение. Рейдер признался и смирился со своей судьбой. Зачем идти на такие расходы? Зачем выносить все эти грязные подробности на телевидение, ведь в таком случае они мало того что заденут семьи жертв, так еще и поставят в незаслуженно неловкое положение невинную жену и детей Рейдера? Фулстон что, хочет играть на публику?

Прокурор Кевин О’Коннор презирал закулисные сплетни. Во-первых, Фулстон расспросила всех родственников жертв BTK, не возражают ли они против того, чтобы она обнародовала доказательства его вины. Никто не возражал. Во-вторых, О’Коннор заявил: «Если бы мы хотели публичного внимания, созвали бы пресс-конференцию и дали бы возможность окружному прокурору часами выступать перед камерой. Но Нола поступает иначе».

Люди должны услышать от полицейских то, что им известно, решила она. В противном случае единственное полное публичное объяснение преступлений BTK появилось бы от самого Рейдера, по его просьбе. Хотя отчет Рейдера судье был подробным и ужасающим, он сгладит самые неприятные моменты.

О’Коннор сказал, что есть еще одна причина. Фулстон имела долгий опыт работы с жертвами преступлений. Она сдержала свое обещание, данное много лет назад, и сама взялась за расследование нескольких убийств, несмотря на то что ей приходилось руководить более чем пятьюдесятью помощниками прокурора. Она знала, что членам семьи жертвы важно увидеть преступника в зале суда в момент вынесения приговора. «Для них это как способ сказать ему: «Тебе это не сошло с рук», – объяснил О’Коннор.

Были и другие преимущества, некоторые из них не столь явные. Теперь Отис знал о Рейдере достаточно, чтобы понять, что тот опасается за свою жизнь в тюрьме и хочет, чтобы заключенные думали, что они вот-вот встретят большого, злого серийного убийцу – опасного человека, которого следует воспринимать всерьез. Также Отис знал, что заключенные думают о растлителях малолетних и парнях, которые любят одеваться в женскую одежду. Он надеялся, что все заключенные планируют посмотреть вынесение Рейдеру приговора по телевизору.

На слушании, которое длилось два дня, Фулстон просила детективов