Весы Фемиды - Наталья Николаевна Александрова

Каринка сама мне рассказала, мы уже тогда женаты были. Крутила она с Юркой. Объяснила, что с ее стороны это всё несерьёзно было, что Юрка ей не очень-то и нравился. А он в нее влюблен был сильно, проходу не давал. Однажды Юрка пригласил ее к своему дядьке — крупному коллекционеру. Видно, хотел пыль в глаза пустить.

— Ага, фарфор старинный, «Майсен»… — вставила Надежда, чтобы эти двое знали, что она в курсе.

— Точно. И как увидела Каринка дядькино богатство, так и решила, что дядя Юркин — это ее шанс на красивую, богатую жизнь. Ну, соблазнить его было делом плёвым. Повёлся пожилой ловелас на красоту и молодость и сразу предложил ей замуж. Но тут случился форс-мажор, оказалось, что она беременна от Юрки.

— Как же это она так неосторожно…

— И на старуху бывает проруха! — хмыкнул Сарычев. — Нашла способ это дело разрулить. Обратилась к Артуру, он тогда как раз медицинский оканчивал, кое-какие знания уже имел. И была возможность у него нужное лекарство достать.

— Вот кто аптекарь, значит…

— Подозреваю, что она с Артуром переспала вроде бы случайно, а потом объявила, что ребёнок от него. Так бы он не стал заморачиваться, дело-то серьёзное, за такое и под суд попасть можно.

— Шантажировала его, значит.

— Похоже на то. Но всё прошло для нее хорошо, как она задумала, только уж как Юрка про это узнал, понятия не имею. Небось она сама ему и проболталась. Язык у Каринки был как помело, упокой господи ее душу. Муж ее коллекционер умер скоропостижно, она и не знала, что у него сердце больное было. Но ей это только на руку — муж хотел с ней разводиться и завещание изменил, а она подговорила знакомого адвоката смухлевать как-то, вот ей всё и досталось по первому завещанию. Ох, как выслушал я эту историю, так и захотелось мне срочно рвануть от нее куда подальше. Что я и сделал. И с Юркой мы тогда откровенно поговорили, и вроде бы он со мной согласился, что только к лучшему, что Карина его бросила. Но вообще мы редко встречались, у меня дела, это вот Костя с ним чаще общался.

Константин тяжело вздохнул:

— Мы этой темы никогда не касались, только я замечал, что в последнее время он какой-то нервный стал, дёрганый.

— Слушайте, — спохватилась Надежда, — мне ведь подругу спасать надо. Ладно, мы всё выяснили, а теперь скажите, знаете вы место, где этот ваш Бедненький мог бы человека в стену замуровать? В квартире это делать не станешь, все-таки люди кругом, соседи услышат, на стройке заброшенной и то сторож имеется.

— Есть у Юрки старая дача, еще от родителей осталась, мы ездили туда зимой на лыжах кататься, летом — шашлыки жарить. Купание в реке, дальние прогулки… — оживился Константин. — Давно там не был. Юрка говорил, что как родители умерли, так дом разваливаться начал.

— Какое место?

— Малые Ляли…

— Чего? — засмеялись хором Надежда и Сарычев. — Ты шутишь, что ли?

— Ничего не шучу, Малые Ляли. Деревня так называется, по Мурманскому шоссе.

— Ну-ка, Костя, помоги мне одеться. — Сарычев поморщился, поднявшись с кровати. — И телефон дай. Сейчас машину подгонят к больнице.

Надежда недоверчиво смотрела на его действия.

— Вы вообще ходить можете? — с опаской поинтересовалась она.

— Хожу плохо, а за рулём могу, — сказал Сарычев. Он подковылял к шкафу и стал надевать брюки и рубашку.

Надежда деликатно отвернулась.

— Поедем втроем, нечего посторонних в это дело вмешивать, — добавил Сарычев, натягивая куртку и зашнуровывая ботинки. — Если найдем подругу вашу, то вызовем кого надо, а если нет…

Надежда промолчала.

Через десять минут шустрый парень подогнал к больнице внедорожник, отдал ключи и ушёл пешком.

— Смотри по навигатору, куда ехать, — сказал Сарычев Константину. — Поставь локацию.

— Не знаю ничего про локацию, дорогу так покажу! — буркнул Свистунов.

Сарычев умело обходил городские пробки, вскоре они выехали на загородное шоссе. Надежда молчала, потому что дико волновалась за Машку. Перед глазами всплывали леденящие душу картины, как подруга ее в темноте, в крошечном помещении хватает ртом затхлый воздух, которого становится всё меньше и меньше, и вот уже совсем нечем дышать…

Надежду затрясло.

— Марию-то за что… Она-то что ему плохого сделала?.. Чем перед ним провинилась?..

Спутники молчали. А что тут скажешь?

Мимо проносились деревенские дома, палисадники, поля и огороды. На еще голых ветках берёз качались лихие вороны, оглашая окрестности резкими бандитскими криками.

— Надо же, в городе уже всё просохло, а здесь еще полно снега… — задумчиво протянул Свистунов и вдруг завопил: — Вот здесь сворачивай, сворачивай! Смотри — указатель! Поворот на Малые Ляли!

— А раньше не мог сказать? — зашипел Сарычев, резко нажимая на тормоз.

— А раньше я указатель не видел.

— Раньше ты пейзажем любовался. Ну вот, а здесь развернуться нельзя… — заворчал Сарычев. Он поглядел в зеркало заднего вида, убедился, что шоссе пусто, сдал задним ходом и свернул на грунтовку.

— Дом в Малых Лялях? — осведомилась Надежда.

— Почти на околице, чуть в отдалении от деревенских домов, на холме.

Сарычев осторожно вел машину по сильно разбитой дороге. Справа и слева тянулись деревенские избы, тёмные и отсыревшие от прошедшей зимы. Пахло навозом и талым снегом. Надежда отметила, что в деревне много домов с заколоченными окнами. Местных жителей тоже не было видно. Попалась женщина с ведром, но и она быстро юркнула за покосившийся забор.

— Далеко еще? — пробурчал Сарычев. — Вроде последний дом проехали…

Свистунов задумчиво вертел по сторонам головой.

— Как давно я был здесь в последний раз… — вздохнул он.

— Не время ностальгировать, — сухо оборвала его Надежда. — Моя подруга сейчас в смертельной опасности. Замурована, без воды, и, может быть, у нее даже воздух кончился!

Перед глазами Надежды встало посиневшее лицо Машки — глаза выпучены, дыхание прерывистое, с хрипами… О-о, если с Машкой случится плохое, то она этого самого Бедненького придушит собственными руками. И рука у нее не дрогнет! «Прибью на месте гада», — решила Надежда.

Машина остановилась у околицы.

— Ну, и где же Юркина дача?

Они вышли из машины и тревожно огляделись. За околицей начинался лес. Дальше ехать было невозможно. Надежда заметила неподалёку старика в ватнике, который тянул на верёвке козу. Коза упиралась всеми четырьмя копытами и протестующе мекала. Надежда решительно направилась к сторожилу.

— Добрый день! Здравствуйте!

Старик с любопытством посмотрел на Надежду.

— Здравствуй, дочка. Ищите кого-то?

— Дедушка, — спросил Свистунов, тоже подойдя к старику, — вы ведь здесь давно живете?

Дед повернулся к своей бородатой козе и пошутил:

— Нюра, они меня спрашивают, давно ли я здесь живу. Ты