Королевская кровь - Риз Боуэн

— Уверяю вас, моих отпечатков пальцев там нет, — сказала я. — Скорее всего, вы установите, что это обыкновеннейший аптечный пузырек и раньше там было чье-нибудь лекарство от головных болей.

Не разворачивая платка, Патраску ловко вытащил пробку, понюхал горлышко флакона, потом быстро отвел руку.

— Не было там никакого лекарства от головных болей, — заявил он. — И отпечатки пальцев я на нем найти не рассчитывал. Предусмотрительный и хитрый убийца стер бы их.

— Даже самый глупый убийца выбросил бы флакон за окно, и там он лежал бы в глубоком сугробе до самой весны, пока снег не сойдет, — сказала я. — А к тому времени убийца уже был бы далеко-далеко.

Патраску посмотрел на окно и поразмыслил — видно, туго соображал.

— Неужели даже вам непонятно, что меня пытаются… как это? Подставить? — сказала я.

Точнее, я сказала «переложить на меня вину», потому что говорили мы по-французски, а я помнила только слово «подставка», которое относилось к сервировке стола и явно не подходило к случаю.

— Зачем бы настоящему убийце сохранять улику? Он бы избавился от нее сразу же. В таком огромном замке, где так много закоулков, всяких ниш и щелей в стенах и в полу, спрятать флакончик проще простого. Или можно было держать его при себе. Но убийца подбросил его мне!

Патраску помолчал.

— Только очень хитрый преступник — точнее, преступница — придумал бы такой трюк: отвести от себя подозрения, изобразив, будто кто-то ее подставил, — наконец сказал он. — Я изложу вам свое мнение, английская дама. Я считаю, что вы с вашим английским приятелем ловко сговорились — с тем самым, который нарочно увез тело фельдмаршала, чтобы я не успел осмотреть труп или допросить вашего дружка.

Я усмехнулась.

— Он, кстати, и не англичанин, а ирландец.

Патраску со скучающим видом отмахнулся.

— Англичане, ирландцы — для меня вы все одинаковы. Я уже наслышан об этом мистере О’Маре. Он был замешан в одном скандале в казино, насколько мне помнится. И он очень не прочь подзаработать. Но не тревожьтесь, я отряжу за ним в погоню своих людей, его привезут, и мы узнаем всю правду.

— Не делайте глупостей, — посоветовала я. — Королева Англии будет возмущена, когда узнает, что со мной, официальной представительницей королевской семьи и страны, обходятся таким неподобающим образом. Княжна Мария-Тереза, моя давняя школьная подруга, тоже будет возмущена, если я все ей расскажу.

Патраску взял меня за подбородок и притянул поближе.

— Мне сдается, вы не понимаете, во что влипли, молодая леди. В моих полномочиях арестовать вас и посадить в тюрьму, и уверяю вас, наши румынские тюрьмы — место не из приятных: там и крысы, и всякая зараза, и безжалостные преступники… И порой минуют месяцы и годы, прежде чем дело доходит до суда. Но поскольку вы тут по такому торжественному случаю, я проявлю снисхождение. Ограничусь тем, что запрещу вам покидать пределы замка без моего дозволения.

Его ногти царапали мне кожу, но я не намеревалась выдавать полицейскому свой испуг.

— Поскольку я прибыла на свадьбу, а она на следующей неделе, вряд ли я покину замок, — ответила я. — Кроме того, вдруг снова начнется снежный буран, и тогда мы все еще долго отсюда не выберемся.

Патраску навис надо мной еще ближе. От него несло чесноком и еще какой-то дрянью.

— Поскольку вы так упорно настаиваете, что невиновны, — прошипел он, — то уж наверно у вас есть свои предположения насчет убийцы. Кто он, по-вашему? Может, Драгомир? Говорите, что все видели, — так, может, видели, как Драгомир подсыпал что-то в бокал? Подумайте хорошенько, молодая особа, если хотите после свадьбы вернуться домой, а не сесть в тюрьму.

Тут я поняла, что Патраску вовсе не так глуп, как кажется. Он решил запутать меня, чтобы я, выгораживая себя, показала на Драгомира. Но Патраску не знал, какой стойкостью и храбростью отличаются британские девушки. Они не разражаются слезами, когда свирепые иностранные полицейские угрожают им тюрьмой. И, хотя у меня были свои подозрения насчет Драгомира, я уж точно не собиралась делиться ими с Патраску.

— Если хотите знать мое мнение, — спокойно ответила я, — по-моему, вам стоит подумать, не замешаны ли тут вампиры.

ГЛАВА 25

— Ох, мисс, и напужалась я! — воскликнула Принци, едва Патраску с подручными удалились. — Вломились сюда всей бандой и давай ваши вещички перерывать. Ну, я не растерялась и задала им взбучку. Вы что, говорю, ума лишились? Это все равно что королевские вещички, вот вернется хозяйка моя, принцесса, ей ой как не по нраву придется, как вы в них грязными своими лапами копошитесь. Но только им все одно, роются и ухом не ведут — они по-нашему не понимают, только по-иностранному. Что вам наговорил ихний главный?

— Решил, что это я отравила того человека, который захворал вчера после ужина, — ответила я. — Они нашли в комоде какой-то пузырек и думают, будто он из-под яда.

— Сами, небось, туда и подбросили, подлецы, — возмутилась Принци. — Этим иностранцам верить ни-ни. Мой папаша так говорит, а уж он их навидался, когда в окопах на Великой войне сидел.

— Ваш папаша, возможно, в данном случае и прав, — кивнула я.

Вполне вероятно, что полицейские сами подкинули улику — этого исключать нельзя. Но почему именно мне? Потому ли, что я из далекой страны и мой арест приведет лишь к местному политическому скандалу? Или Патраску решил, что с виду я беспомощна, а значит, быстро сдамся и признаюсь — или же охотно свалю вину на Драгомира, если меня припугнуть? Все это было как-то чересчур и слишком напоминало готическую драму. Оставалось надеяться, что люди Патраску не догонят Дарси. Но это было маловероятно. За окном сгущались тучи, наверно, скоро начнется новая метель. Я с тоской покосилась на кровать — мне ужасно хотелось прилечь и подремать, но откладывать разговор с Николаем больше было никак нельзя. Ведь не исключено, что ему до сих пор грозит смертельная опасность. Ох, ну почему, почему Дарси понадобилось уехать именно сейчас? Останься он, так присматривал бы за царевичем и предотвратил следующее убийство.

Я снова поплелась вниз. В галереях и холлах, казалось, стало еще холоднее — многочисленные знамена колыхались на ветру. Оглядываясь по сторонам, я вдруг заметила, что слуги так и снуют по замку. Они были везде. Обычно слуг не замечаешь, но сейчас я сосредоточилась, и мне казалось, что они повсюду. Это подало мне идею. Если в замке есть кто-то чужой, то прислуга непременно его заметит. Невозможно ведь шнырять по замку,