Королевская кровь - Риз Боуэн

К твоему сведению, на свете есть полезные штучки — называются французские письма или голландские колпачки. А если я залечу, то на побережье неподалеку от Борнмута имеется чудесная маленькая клиника, и я уверена, что виновник интересного положения отстегнет мне нужную сумму на то, чтобы туда смотаться. — Улыбка сбежала с ее лица. — Чему ты так ужасаешься, дорогая? Все это делают. Конечно, замужним женщинам легче — им никаких клиник не нужно, только хорошо, если ребенок уродится похожим на официального отца. Джорджи, прими как факт: в нашем кругу у многих главное развлечение прыгать из постели в постель. Это вроде спорта. Помогает заполнить время между охотой и рыбалкой. — И она снова хохотнула.

— Ты никогда не задумывалась о замужестве? — спросила я.

— Если найду кого-нибудь достаточно богатого и скучного — и желательно старого… и близорукого, — то выйду за него. — Белинда села и погладила меня по щеке. — Мне нравится так жить, дорогая. Быть связанной лишь с одним мужчиной — этого мне даже не представить.

— Должно быть, ты и моя мать явились с другой планеты, — пошутила я. — Меня вот замужество очень привлекает, и мысль прожить с избранником всю жизнь — тоже.

— Смотря с кем, вот в чем вопрос, — ответила Белинда и со вздохом откинулась на подушки. — У твоего обожаемого Дарси для тихой семейной жизни нет ни средств, ни подходящего темперамента. Собственно, мне легко вообразить, как он превратится в одного из тех загадочных мужчин, которые до старости лет живут на сомнительные доходы и разъезжают по всему миру.

Я вздохнула.

— Возможно, ты и права. Я бы и рада не любить его, но что поделаешь — влюбилась. Все вокруг настаивают, чтобы я вышла замуж по расчету. При желании я могла бы даже заполучить мужа вроде Антона, Но я не хочу.

И уж точно не хочу жить в стране, где меня ежеминутно могут убить из-за высокого положения.

— Не глупи, милочка. У верена, Антон и его семья — это вполне безопасно. Кому надо его убивать?

Тут я сообразила, что Белинда ничего не знает. И решила побыстрее уйти, пока случайно не проболталась. Я встала.

— Белинда, я ведь пришла попросить тебя об одолжении. Моя горничная Принци умудрилась прожечь мне вечернее платье утюгом — на нем огромная подпалина. Я не могу третий вечер подряд появляться в одном и том же платье, поэтому и подумала — не могла бы я надеть одно из твоих?

— Твоя горничная — это просто какое-то стихийное бедствие, — откликнулась Белинда. — Что она еще натворит? Опрокинет на тебя утренний чай и ошпарит так, что волдырей не оберешься? Жаль, что нас отрезало от мира из-за лавины, а то ты могла бы отправить ее домой ближайшим поездом.

— Одна она через всю Европу не доберется, — рассмеялась я. — Застрянет в Константинополе и угодит в гарем. Полагаю, крупные плотные женщины у турков ценятся высоко.

Белинда встала и открыла белый гардероб, отделанный золотом.

— Думаю, я вполне могу дать тебе платье, — ; сказала она.

В гардеробе висело в ряд не меньше десятка вечерних платьев.

— Белинда, сколько ты рассчитывала здесь пробыть? — изумилась я.

— Когда едешь за границу, кто знает, надолго ли задержишься, — ответила она. — Внезапное знакомство — и вот уже следует приглашение на юг Франции или в замок на Луаре. Поэтому лучше всегда быть во всеоружии.

Я пересмотрела все платья и выбрала самое неброское — бледно-бирюзовое, прямого покроя, очень простое.

— Отличный выбор, — похвалила меня Белинда. — Оно совсем не в моем стиле, но я прихватила его на случай, если понадобится изобразить невинную скромницу перед родителями молодого человека.

— Похоже, актерствовать ты умеешь лучше моей мамы, — ехидно парировала я.

— Тебе тоже пора попробовать — поймешь, как это полезно, — сказала мне вслед Белинда, когда я вышла от нее с платьем. — А к платью, смотри, свою недотепу с утюгом и близко не подпускай.

В коридоре было тихо — из-за соседней двери не доносилось ни звука. Тут я потрясенно сообразила, что это и есть комната Матти, ведь Белинда сказала — они соседки. Так с кем Матти спорила, да еще по-французски? Я точно помнила, что с Николаем она объяснялась по-немецки. Может, с отцом? Мать у нее француженка, и, быть может, в семье принято говорить на французском… правда, Зигфрид все равно предпочитает немецкий. У меня возникло ужасное искушение заглянуть в замочную скважину. Я подкралась к двери, опустилась на колени, но ничего не увидела. Ясно — ключ в замке.

Вдруг за спиной у меня простучали шаги. Ко мне приближались две немолодые фрейлины. На меня они посмотрели с любопытством — с чего это я стою на коленях в пустом коридоре?

— Я… я… уронила кольцо, — объяснила я. — Оно иногда спадает, когда у меня мерзнут пальцы.

— Позвольте помочь вам с поисками, — любезно предложила одна из дам.

— О, не нужно, благодарю вас. Я уже его нашла. — С этими словами я поспешно поднялась на ноги. — Вы очень добры.

И я с пылающими щеками ретировалась, а фрейлины приглушенно что-то обсуждали по-немецки, глядя мне вслед.

Я благополучно вернулась к себе и со вздохом облегчения закрыла дверь. Принци так и не было. Нет, это уже слишком. Пусть даже она не помогает мне переодеться и толку от нее никакого, но все-таки горничная должна хоть изредка показываться на глаза хозяйке! Я положила платье на кровать и решительно направилась в кухню. На черной лестнице мне попалась одна из служанок.

— Моя горничная там, внизу? — спросила я. Потом повторила по-французски: — Я ищу свою горничную.

— Нет, ваша милость, там никого нет, — по-французски же ответила служанка.

Значит, скорее всего, Принци улеглась отдыхать у себя. Неимоверная соня — никогда таких не видела.

Я отыскала нужную башню, надеясь, что не перепутала, и пустилась в долгий путь по винтовой лестнице, пока наконец не очутилась в пустом и стылом коридоре. Если Принци забралась под одеяло и уснула, ее можно понять. Я сосредоточилась, припоминая, которая из дверей мне нужна на этот раз, и тут из какой-то комнаты выплыла молодая изящная девушка в черном.

— Что угодно вашей милости? — спросила она по-французски.

Я объяснила, что ищу Принци.

— Она моя соседка. Вот эта дверь. Но мне кажется, ее там нет. Прошу прощения, я должна идти переодевать княжну к ужину.

Я заглянула в комнату Принци, пошарила по стене в поисках выключателя, но не нашла. В слабом свете, падавшем из коридора, я различила, что в комнате ни души. Кровать была застелена. Принци тут точно не