"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

— Очень хорошо, — без особого энтузиазма ответил он. — Заходи, выпьем.

Он повел меня через холл мимо большой покосившейся вешалки и зеркала, даже не предложив снять пальто, в заднюю часть дома. Мы вошли в большое помещение с огромным пианино, парой удобных кресел и несколькими маленькими антикварными столиками, уставленными табакерками вперемежку с фарфором. По обоям викторианских времен тянулась тропическая растительность, единственным источником света была лампа с абажуром, стоявшая на пианино и освещавшая ноты.

Запах в комнате, отдававший пылью, говорил, что в ней никто не обитает, окна были зашторены, а на пианино лежал серый слой пыли.

Дронт повернулся лицом ко мне.

— Итак, в чем дело? — спросил он. Голос его был сух и враждебен, а глаза воинственно поблескивали. Мне показалось, что он под хмельком, но с Дронтом ни в чем нельзя быть уверенным.

— Послушайте, Дронт, — сказал я, — нам стоило бы кое в чем разобраться…

Он дернулся вперед, словно намереваясь пройти мимо меня, но вдруг быстрым неуловимым движением выпрямился и с такой силой нанес мне удар кулаком в живот, что я отлетел в сторону. Когда я скорчился, пытаясь набрать воздуха, он ребром ладони ударил меня по основанию черепа. Это было отработанное движение каратэ, и боль огнем прожгла мое тело.

В скрюченном состоянии я давился недавним обедом, и в этот момент он отвел ногу, чтобы нанести сокрушительный удар. Но поскольку голова у меня была опущена, я успел увидеть его движение и отпрянул в сторону, так что подошва ботинка лишь скользнула по руке.

Плотная ткань пальто смягчила жестокость его ударов. Пригласи меня Дронт снять пальто, удары достигли бы цели. Очередной удар был не в меру размашистым. Я попытался перехватить его ногу, но старик оказался слишком быстр для меня. Слишком быстр и опытен. Я явно недооценивал Дронта по всем статьям: его ум, его злобу, его физическую силу.

Все еще ощущая боль, я выпрямился. Сделав шаг назад, почувствовал, что уперся в пианино. Обрадовавшись опоре, на мгновение расслабился, дожидаясь следующего действия Дронта. Свет, отражавшийся от крышки пианино, бил ему в глаза. Резкие движения Дронта немного сорвали его дыхание, но он не собирался давать мне передышку и снова двинулся ко мне, на этот раз помедленнее, вскинув руки и широко ставя ноги. Я набрал в грудь воздуха; ясно, что он готов к нападению, и, если хотя бы пара его ударов достигнет цели, он вышибет из меня дух.

— Ха! — внезапно издал он крик, делая прыжок. Или это было обманное движение, чтобы проверить мою реакцию? Я чуть присел и нанес встречный удар в живот, но он не достиг цели. Нога впустую описала дугу по воздуху. Однако Дронт замялся. Втянув голову в плечи, он нанес мне длинный боковой удар, который пришелся по руке, отчего ее пронзило болью. Но теперь я уже собрался. Нырнув, я вошел в клинч, и мой удар из-за спины пришелся ему по почкам. Дронт яростно и хрипло вскрикнул от боли. Несколько мгновений мы стояли сцепившись, неподвижно, как партнеры в танце, а затем он резко оторвался от меня, нанеся пару ударов в грудь.

Отступив, Дронт сделался почти невидимым в сумраке, заполнявшем комнату. Мы стояли лицом друг к другу, тяжело переводя дыхание и сторожа каждое движение противника. Элемент неожиданности пропал, и я четко осознал обстановку. Дронт не был боксером. Если мне удастся сойтись с ним лицом к лицу и нанести удар, я вырублю его. Но тут было больше если. С улицы донесся звук медленно приближающейся машины. Дронт наклонил было голову, прислушиваясь, но через мгновение двигатель взревел, и машина двинулась дальше.

Клик! Теперь в руке у него был нож, и, когда он двинулся вперед, на выкидном лезвии блеснул свет. Дронт опустил руку, держа клинок острием кверху, так человек держит нож, когда собирается пустить его в дело.

— Я преподам тебе урок, Сэмсон, — издал он глухое рычание, полное яда и ненависти. — Разрежу тебя на кусочки! — Лицо у него побагровело, из уголка рта текла струйка слюны.

Я ушел в сторону. Теперь пианино, на которое я опирался, оказалось ловушкой. Я не хотел напороться на нож. Сдернув шарф с шеи, я обмотал его вокруг руки и сделал еще одно движение вбок, краем глаза заметив поодаль что-то вроде стеклянного дерева с серебряными листьями. Дотянувшись, я изо всех сил запустил им в Дронта. Оно попало ему в грудь; Дронт хрюкнул и качнулся назад, врезавшись в столик так, что фарфоровые изделия с него со звоном полетели на пол. Но я так и не получил шанс, который был мне нужен. Дронт тихо выругался по-венгерски и восстановил равновесие, не отрывая от меня глаз.

Я пытался раздернуть старомодные жалюзи и добраться до высокого окна, которое выходило в сад, когда он снова двинулся ко мне. Повернувшись, я нанес ему удар ногой, стараясь выбить нож, но он был готов к нападению. Увернувшись от удара, старик удовлетворенно улыбнулся.

Я уперся спиной в жалюзи, и стекло у меня за спиной треснуло, как пистолетный выстрел. В этот миг нож Дронта пропорол мне пальто. Я перехватил его кисть и несколько мгновений удерживал ее на весу: мы стояли вплотную друг к другу, и от него несло виски. Он отчаянно рванулся, высвобождаясь, а я тщетно попытался нанести ему удар в челюсть.

— Подонок! — прохрипел он, освобождаясь от моей хватки и делая шаг назад. Из ноздри у него пополз тоненький красный червячок, который достиг рта и капнул с подбородка. — Подонок! — снова сказал он. Переложив нож в левую руку, он запустил правую под пиджак. Теперь на меня смотрело дуло пистолета, глупой маленькой игрушки, предназначенной для дамских сумочек, но с его помощью Дронт мог решить исход схватки в свою пользу.

В это мгновение я понял, что мне с ним не справиться. Дронт был полон неудержимого напора, уверенности в себе и жестокой безжалостности. Он стремился победить любой ценой, как чемпион олимпийских игр.

Только в это мгновение я понял, что Дронт ждал моего появления. И был готов к нему. Он даже не изъявил желания поговорить со мной, не спросил, чего