"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 - Сандроне Дациери

class="p1">Его огромные ладони сжимают руль, и я вижу на мизинце внушительное кольцо с голубым камнем, вокруг которого идет гравировка: «Армия США». Не «морской котик», но довольно близко.

– Что у тебя стряслось? – спрашивает Стив.

Я отвечаю не сразу.

– На моих друзей напали.

Он удивленно поднимает брови.

– В каком смысле напали?

– Мы сняли домик через сайт, и к нам кто-то ворвался, – начинаю я. – Не знаю, что именно произошло, только… моих подруг похитили, – меня душит кашель. – А потом я оказалась на ферме и…

– Погоди, – Стив поднимает руку, – успокойся, отдышись, – он делает глубокий вдох и выдыхает, призывая последовать его примеру: – Давай начнем с самого начала.

– Ладно, – медленно выговариваю я.

Из печки идет горячий воздух, становится жарковато. Я расстегиваю куртку.

– Мы с подругами сняли охотничий домик. Выпили лишнего. – Пожалуй, не стоит упоминать при нем «Белую вдову». – Отмечали мой девичник.

– Поздравляю, – кивнув, вставляет он.

– Спасибо, – мне сейчас не до обмена любезностями. – Я проснулась в душе, в другой комнате. Понятия не имею, как там оказалась, может, ходила во сне, – про расстройство поведения во сне тоже рассказывать не буду – слишком долго объяснять. – Когда я вошла в гостиную, там все было в крови, – от горячего воздуха в носу пересохло, – а моих подруг нигде не было.

Глаза Стива расширяются.

– Кровь, говоришь?

Киваю.

Стив стучит большим пальцем по рулевому колесу.

– И сколько вас было? – спрашивает он, по-военному сразу переходя к делу.

– Кроме меня, двое. Лэйни и Мэлоди, мои лучшие подруги.

– Так.

Он держится обеими руками за руль, прямо как по учебнику, и это странным образом напоминает мне о тех временах, когда отец учил меня водить машину. В горле першит, и я снова закашливаюсь.

– И они пропали, – уточняет Стив, – а повсюду в помещении была кровь. Так?

– Да, много крови, – чувствую себя как в дурацком сериале про полицейских. – Мы остановились в «Хоббс Лодж».

На лице Стива появляется презрительное выражение.

– Дом 666? Вы, что ли, из тех, кто с ума сходит по всяким историям про маньяков?

Горячий воздух дует мне прямо в лицо.

– Это было частью… вечеринки. Они думали, получится забавно.

– Молодую девушку зарезали как свинью, – говорит Стив, навалившись на руль. – Уписаться можно от смеха.

Я оттягиваю пальцем воротник свитера – шея вспотела.

– Нет, конечно, веселого мало, вы правы. И все же… Им, вероятно, требуется помощь. Поэтому мне и надо в полицию.

Стив кивает, не говоря ни слова. Понятия не имею, куда мы едем. Он нервно стучит пальцами по рулю, и кольцо тихонько позвякивает.

– Или я могу позвонить, если у вас есть телефон.

Он по-прежнему молча смотрит вперед на дорогу. На лице явное сомнение.

Тут мне приходит в голову, что я ничего не знаю об этом парне. Вдруг у него есть причины лишний раз не привлекать к себе внимание полиции?

– Послушайте, – я сглатываю, – не надо в участок. Дайте мне телефон. Я позвоню и все, вы тут вообще ни при чем.

Он слегка косится в мою сторону.

– Звонить-то ты будешь с моего номера.

– Мы скроем номер. Высадите меня где-нибудь, где есть адрес, и полицейские за мной приедут.

Стив прикусывает губу – видимо, обдумывает мои слова.

– Откуда мне знать, что ты все это не сочинила? – Он поворачивает голову, и свет фонарей отражается в его карих глазах. – На тебе ни пятнышка крови.

– Ну да, я ведь все смыла.

Я уже почти забыла об этом, а сейчас перед глазами встает картинка: я маниакально намыливаю руки, и в раковину стекает красная от крови пена. Однако его замечание наводит меня на новую мысль, которая пусть немного, но успокаивает. Будь это моих рук дело, я вся была бы в крови, а на руках остались бы порезы. Вспоминаю наши разговоры с Эриком Майерсом – словно из другой жизни. На мне нашли бы что-нибудь. Кровь, пот… И все же я помню ощущение рукоятки ножа в своей ладони, вижу, как опускается моя рука.

– Мне всего лишь нужно позвонить.

Секунду Стив пристально смотрит на меня, а потом, вздохнув, нерешительно достает из кармана телефон. Однако, прежде чем он успевает отдать его мне, раздается шум радиопомех.

Поступило сообщение, код 10–22. Повторяю, код 10–22.

Голос доносится из небольшого устройства на панели. Я показываю на него пальцем.

– Это… это…

– Да, приемник настроен на полицейскую частоту, – кивнув, подтверждает Стив. – Предпочитаю быть в курсе событий.

И это меня он называет помешанной? Ладно, пожалуй, лучше не комментировать – телефон он по-прежнему держит в руке. Вспомнив, чему нас учили в университете, решаюсь прибегнуть к лести.

– Надо же, – стараясь придать голосу слащавые нотки, говорю я. – Вы знаете, что значит каждый код?

– Ага.

Стив кладет телефон на кресло рядом с собой, и я едва сдерживаюсь. Стоит лишь протянуть руку…

– Знаешь, например, что значит 10–22? – спрашивает он с некоторым самодовольством.

– М-м-м… – я не свожу глаз с телефона. – Нет. Что?

Из приемника вновь доносится перемежающийся помехами голос.

…возможно, вооружен и крайне опасен. Белый мужчина…

– Побег из тюрьмы, – говорит Стив и, постучав пальцем по виску, добавляет: – Все здесь, все коды до единого.

Меня прошибает холодный пот.

– Простите, вы сказали…

– Да, 10–22, побег.

Глава 44

Сентябрь

– По-моему, нельзя это так оставлять, – говорит Джей, приподнимаясь на локтях. – Сначала цветы, теперь письмо. Всему должен быть предел.

На улице еще жарко, и мы лежим на одеяле, читая перед сном и периодически переговариваясь. Джей спит без майки, так что рядом со мной сейчас в буквальном смысле модель из рекламы мужского белья.

– Мне не нужна охрана, – отвечаю я, уткнувшись в очередной триллер.

Джей вздыхает.

– Хотя бы подумай над этим, – просит он, листая на планшете журнал по экономике. – Ради меня.

– Ладно.

Улыбнувшись, я возвращаюсь к книге.

– Странно это все, конечно.

– Что тебе приходят письма, написанные кровью? Да уж, странно – не то слово! – Джей барабанит пальцами по планшету.

– Да нет, я про эту историю с отчимом, – мы обсуждали ее чуть раньше. – Что Адам был учителем в воскресной школе.

Приходит новое сообщение. Взяв с тумбочки телефон, я вижу фотографию двух вариантов роз, которые по цвету едва отличаются друг от друга. «Брайдал Акито или Ла Перла? – спрашивает мама. – Если очень хочешь, можно оставить лилии». Показываю картинку Джею.

– Брайдал Акито, – с непоколебимой уверенностью заявляет он.

Джей всегда все делает и говорит с непоколебимой уверенностью. Если бы ему пришлось сажать самолет, он бы и это сделал с непоколебимой уверенностью. Правда, надо отметить, что