Эдди Флинн - Стив Кавана

Она была единственной. Его настоящей любовью. И он разрушил бы этот город до основания, чтобы спасти ее.

Песочный человек сказал себе, что еще не слишком поздно. Если он сумеет спасти ее от этого кошмара, она будет принадлежать ему навсегда. Никто не осмелится встать у него на пути. А если и осмелится, он покажет такому наглецу, что такое настоящий страх.

Даже фэбээровцы боялись его. Он припомнил сладковатый запах страха, исходивший от кожи Дилейни.

Двое агентов в штатском, сидящие в седане без опознавательных знаков, тоже боялись. Хотя и не тот молоденький и явно легкомысленный офицер охраны, который находился в квартире, принадлежащей Терезе Васкес. Сейчас этот малый с совершенно беззаботным видом сидел на диване и листал «Космополитен», пока Тереза готовила кофе для него и его старшего, более мудрого напарника.

Тут внимание Песочного человека привлекло какое-то движение слева от окна ее квартиры. Он опустил бинокль и увидел Лейка, который стоял в квартире Лилиан Паркер, прижавшись лицом к стеклу.

Лейк смотрел прямо на него.

Впервые за много лет Песочный человек ощутил легкий озноб, пробежавший по всему телу. Прохладное покалывание в нижней части позвоночника, которое поднялось наверх к затылку – волоски там встали дыбом.

Страх.

Очень старое чувство. Которое не касалось его уже несколько десятков лет.

Лейк и Блок не смотрели ни на улицу, ни на другие здания. Он чуть ли не кожей чувствовал на себе их взгляды.

Песочный человек повернулся и быстро направился к входной двери. Лейк и Блок развернулись и бросились к выходу из квартиры.

Теперь в этом не было никаких сомнений. Они заметили его.

Он побежал вниз по лестнице – подошвы туфель дробно стучали по ступенькам, пульс угрожающе бился в такт, пот приклеил кожаные перчатки к ладоням. За свою собственную безопасность Песочный человек не опасался. Не было на свете человека, которого он боялся бы в схватке. Нет, он боялся потерять жизнь, которая ждала его впереди. Жизнь с Кэрри, вдали от Нью-Йорка, ФБР и полиции. Начатую заново где-нибудь там, где никто не знает их в лицо, где никому даже в голову не придет их искать.

Песочный человек и представить себе не мог, что кто-то обнаружит его в этой мансардной квартирке. Во всех своих заранее заготовленных планах он не учел такого развития событий. И все же это сейчас происходило. И этим можно было даже воспользоваться. Ясность мышления и умение приспосабливаться – вот что так чертовски долго помогало ему оставаться в живых и не угодить за решетку.

В вестибюле здания было пусто, и он без помех выскочил за дверь на улицу, где резко свернул влево. Преследователей пока что не было видно. Не доходя до конца квартала, перешел на шаг, услышав позади себя автомобильный гудок, визг резины по асфальту. Витрина магазина одежды на углу была изогнутой, и, чуть отступив в сторону, он мог частично заглянуть себе за спину, на пройденный участок улицы.

Лейк и Блок в сопровождении двух агентов ФБР в уличной одежде уже подбегали к входу в здание.

Песочный человек свернул за угол, а потом побежал, петлей огибая квартал. Миновав его восточную сторону, промчался вдоль южной и теперь подбегал к концу западной стороны, но так и не замедлил бега. Еще больше ускорился и перебежал через улицу к дому Лилиан Паркер. Дверь подъезда оказалась незапертой, и он сумел проскользнуть внутрь и подняться по лестнице никем не замеченным. Поднявшись на седьмой этаж, вытащил из наплечной кобуры швейцарский пистолет с глушителем и постучал в дверь квартиры, принадлежащей Терезе Васкес. После чего, отойдя в сторону, нацелился взглядом на дверной глазок, в центре линзы которого проглядывало крошечное светлое пятнышко, миллиметра три, не больше – отблеск света из окна квартиры за дверью.

Песочный человек выдохнул.

Покрутил плечами.

Светлое пятнышко исчезло.

Держась так, чтобы его не было видно в глазок, тесно прижавшись левым плечом к дверному косяку, он вывернул правую руку с пистолетом так, чтобы тот был направлен прямо на дверь, в самый центр, и несколько раз быстро нажал на спусковой крючок, опустошая магазин. Послышался вскрик, и что-то тяжелое упало на пол. Отступив назад и одновременно вставив новый магазин, Песочный человек сделал два глубоких вдоха, выстрелил в замок, а затем рванулся вперед и согнул правую ногу, изготовившись для удара.

Дешевая деревянная дверь сорвалась с петель и рухнула на тело, распростертое на полу. Это был один из агентов, тот самоуверенный молодой человек в костюме. Седого агента нигде не было видно. Войдя в квартиру, Песочный человек увидел открытую дверь спальни. Там он и обнаружил Терезу Васкес, забившуюся в угол по другую сторону кровати, – она обеими руками зажимала рот, сдерживая крик. Лицо у нее было мокрым от слез.

Песочный человек четыре раза выстрелил в нее, повернулся и быстро прошел в прихожую, а затем к окну, выходящему на пожарную лестницу.

Через две минуты подошвы его туфель ударились об асфальт переулка, в котором он убил Лилиан Паркер. Стащив куртку, он вывернул ее наизнанку. Обратная сторона ее была желтой – не в его вкусе, но теперь куртка отличалась от описания его одежды, которое Лейк и Блок наверняка дали агентам в синих джинсах. Из кармана широких брюк карго он вытащил медицинскую маску, в которых во время пандемии ковида ходили чуть ли не все, и матерчатую бейсболку, надел их. Снял перчатки и убрал их в карман. Потянулся за спину и расстегнул ремешок на рукояти охотничьего ножа, прикрепленного к пояснице. Клинок мог быстро ему понадобиться. Пистолет он уже упрятал в наплечную кобуру.

Выйдя из переулка, Песочный человек быстро оглядел обе стороны улицы и не увидел ни одного из преследователей. Однако услышал завывание полицейских сирен. Полиция могла появиться здесь в любую минуту. Его фургон по-любому был припаркован в нескольких кварталах к северу отсюда, так что имело смысл побыстрей добраться до него, пока район не заполонили копы.

Подойдя к пешеходному переходу, Песочный человек остановился рядом с женщиной в цветастом платье, с ярко-синей детской коляской. Ребенку было разве что несколько месяцев, и он проснулся и тихонько гугукал, завернутый в голубое одеяльце. На голубом слюнявчике болталась желтая соска-пустышка. Младенец был пухленький, с розовыми щечками и первыми золотистыми пушинками на голове. Он широко улыбнулся беззубой улыбкой, нацелив на незнакомого дядю свои голубые глазенки – яркие, как рассвет.

– Он просто чудо, – восхитился Песочный человек.

– Спасибо, – отозвалась мать. Она была невысокого роста, с