Молчание греха - Такэси Сиота

Она не знала, когда он его нарисовал. Может быть даже, что он рисовал его по фотографии, которую сделал раньше. Однако не было сомнений, что Рё побывал здесь до того, как стал взрослым. Если б повернуть время вспять, то в какой-то точке она могла бы встретиться с ним таким, каким он был в прошлом. Это действительно было то самое место, от которого разыгралась фантазия Рихо, и маленькая радость ожила в ее душе.

Во время ее работы в художественной галерее универмага там проходила персональная выставка одного живописца, и в экспозиции был пейзаж с рисовыми террасами. Рихо сразу же подумала, что между этим пейзажем и рисунком Рё было что-то общее, но, поскольку картины на ту выставку представил независимый арт-дилер, постоянно работавший с этим мастером, поговорить с самим художником так и не удалось.

Той ночью, когда Рихо сидела дома в расстройстве из-за неудачи ее первой групповой выставки в галерее «Вакаба», она решила найти ответ на давно мучивший ее вопрос. На следующий день позвонила тому художнику. Он удивился, но, видимо, был рад, что Рихо, теперь арт-дилер, вспомнила о его работе, поэтому с готовностью сообщил, где находятся рисовые террасы, которые он изобразил.

Рихо рассказала об этом отцу, и тот великодушно ответил: «Делай, что хочешь», поэтому она решила отправиться в короткую поездку и заодно немного отдохнуть. Впервые за долгое время пообедав с жившей в Осаке однокурсницей, переночевала в одном из городских отелей и первым же утренним поездом отправилась в Оцу, префектура Сига. Для удобства передвижения взяла там напрокат машину и около полутора часов ехала до рисовых террас в городе Такасима той же префектуры.

Рихо остановилась на перекрестке главных дорог. Насколько хватало глаз, во все стороны простирались белые рисовые террасы. Образованная их ступенями громадная лестница была настолько красива, что в голову невольно приходили мысли о гармоничном сосуществовании человека и природы.

Рихо шла по тропе, оставляя следы на снегу, и слышала, как нарастает шум текущего поблизости ручья. Потом она увидела плоский, как доска, оросительный канал; его ступеньки повторяли уступы рисовых террас. Текущая вода переливалась в солнечном свете, и все, на что падал взгляд, казалось кристально чистым.

И вот сейчас, в возрасте тридцати четырех лет, она очутилась в заснеженном серебряном мире Сига, вдали от Токио… Когда же в последний раз она наслаждалась такой тишиной? Несколько последних лет Рихо постоянно была занята какой-нибудь работой. Особенно после того случая, из-за которого ей пришлось уволиться из галереи универмага, когда она почувствовала, что ее жизнь пошла под откос.

* * *

Этот человек появился в художественной галерее пять лет назад.

Шла персональная выставка художника-абстракциониста, и посетителей было немного – отчасти из-за сложности понимания его художественного стиля. На третий день работы выставки, вскоре после открытия, в зал вошел мужчина лет за сорок. По его виду можно было предположить, что он пришел посмотреть выставленные картины, а не что-нибудь купить. Сначала Рихо подумала, что он знакомый художника.

Мужчина дважды деловито обошел зал и остановился перед картиной, изображающей океан. Поскольку он задержался возле нее надолго, Рихо решила, что ей следует с ним заговорить.

– Чудесно, не правда ли?

Рихо не очень нравились картины этого художника, но она рассказала о нем, поделившись всем, что знала.

– Покупаю, – сказал клиент всего через пять минут, чем немало удивил ее.

Она, конечно, была рада, но почему-то у нее возникло какое-то ощущение несоответствия. Внешний вид мужчины и картина за двести тысяч иен, уровень знаний этого человека и трудная для понимания работа…

Она заручилась его согласием на то, чтобы оставить картину в экспозиции до окончания выставки, и попросила записать адрес, куда доставить купленную работу. Все это время мужчина рассказывал о «Покемон GO».

– Хотите взглянуть?

Приняв ее кивок за знак согласия, мужчина запустил приложение на смартфоне и начал показывать покемонов, которых он поймал. Рихо в замешательстве посмотрела на бланк-форму и заметила, что в графе «имя» написано «Цуёси Наката».

На следующей неделе в одной из токийских галерей открылась групповая выставка. Рихо проверяла экспонаты в зале, когда внезапно почувствовала прикосновение к своему плечу. Она обернулась.

– Спасибо, что отправили так быстро.

Ее благодарили за быструю доставку купленной картины, но раньше никогда не бывало, чтобы покупатель лично пришел выразить благодарность. Рихо почувствовала опасность в поведении человека, который после единственной встречи решил, не спрашивая ее, сократить принятую в отношениях между продавцом и покупателем дистанцию. Но она ответила привычной дружелюбной улыбкой.

Какое-то мгновение они стояли, просто улыбаясь друг другу, и, чтобы прервать паузу, Рихо стала рассказывать ему о выставленных картинах. Она не пыталась ничего продать, просто хотела заполнить время. Но как только закончила рассказывать то, что знала сама и о чем прочитала на пояснении к картинам, Наката заговорил снова:

– Я возьму это.

Рихо смолкла от неожиданности. На сей раз это была картина стоимостью двести семьдесят тысяч иен.

В универмагах продавцам обычно не устанавливают краткосрочную норму продаж на кимоно, произведения искусства и ювелирные изделия, поскольку цены на них высоки, а продавать их помногу крайне трудно. В художественных галереях работы стоимостью до двухсот тысяч иен считаются дешевыми. Однако крайне редко люди покупают по два произведения в течение пары недель, за исключением особо состоятельных покупателей.

Вся одежда Накаты – от пальто до кроссовок – была явно не из брендовых магазинов, и даже его волосы с химической завивкой не выглядели ухоженными. В поношенном бумажнике из синтетической кожи в беспорядке лежали купоны на скидки. Он явно был не из тех людей, которые покупают картины в универмагах.

Больше всего Рихо беспокоило то, что Наката не проявлял никакого интереса к купленным работам. В нем не чувствовалось страсти к искусству. У него не было любимого художника или жанра, и невозможно было понять, что понравилось ему в купленных картинах.

Так почему же Наката покупал картины? После двух встреч Рихо смогла безошибочно определить его намерения. Раньше уже бывало, что покупатели оставляли ей записки со своей контактной информацией и фотографировали ее через витрины галереи.

Как женщина, она опасалась скрытых мотивов этих извращенных мужчин. Однако, независимо от того, насколько осторожно она себя вела, не допуская попыток сближения, риск существовал всегда.

Рихо, как продавец, поблагодарила его, но на сердце у нее было муторно. Слушая, как во время оформления покупки Наката говорил об играх на