Посмотри в ее глаза - Людмила Мартова

– Я тоже видел такую табличку, – произнес он, заметно волнуясь. – Просто не сразу сообразил, где именно. Когда я только приехал в Излуки, то осматривал все окрестности Черного озера. Мне было важно понять, какие пути проникновения заразы в воду существуют, поэтому я осмотрел их все, даже не самые очевидные. Можно сказать, что я обошел весь лес, в том числе и тот, куда никто не ходит.

Катя не очень понимала, к чему он клонит, но слушала молча, так же, как и все остальные. Вряд ли в такой момент Тимофей Бортников свел бы рассказ к прославлению своей волонтерской миссии. Хотя надо признать, что загрязнителей озера он таки нашел и вывел на чистую воду. В прямом смысле этих слов.

– В общем, в лесу, километрах в четырех-пяти от Черного озера есть небольшая деревянная то ли избушка, то ли землянка. Так вот точно такая же латунная табличка с фамилией Корнеевых была прибита прямо над входом. Точнее, не такая же, а именно эта.

– Откуда знаешь? – уточнил Даня.

– Вот по этой приметной царапине. – Тимофей показал, что именно имеет в виду. – И знаете, что я думаю? Пропавшую Лизу, скорее всего, держат именно там. И Константин Левшин мог это знать.

* * *

Трудно сказать, в какой момент все пошло не по плану. Вернее, изначально плана никакого не было. А только задача наказать старого козла Гуляева, заработав при этом сто тысяч долларов. Для того чтобы убедиться, что он надышаться не может на эту удачливую дрянь Марианну, а заодно и на ее капризную личинку, достаточно было одного визита в их дом. А этих визитов, растравляющих душу, было предостаточно.

У Марианны имелось все то, чего так отчаянно не хватало мне. Крепкий брак, ребенок, положение в обществе, деньги. В первую очередь деньги. Ей никогда не приходилось еле-еле сводить концы с концами, выкраивая крохи на новую, более чем скромную одежду, мечтать об отпуске на море или о дорогой машине.

Мне же приходилось довольствоваться небольшим домом в Излуках, к тому же мне не принадлежавшим. Но главный испытываемый мной дефицит, заставляющий без сил лежать на кровати и смотреть в стену, был дефицит любви. Мне казалось, что я задыхаюсь от него и в конце концов он задушит меня, обхватив горло железной рукой.

Нет ничего важнее в жизни, чем взаимная любовь, и вызванная ее отсутствием депривация привела к глубокой депрессии, от которой не спасали выписанные врачом лекарства. На месте души возникла пустота, заполнить которую могли только яркие эмоции, а их не вызывала ни работа, ни существующие рядом люди.

Появление в Излуках нового человека всколыхнуло совершенно утраченный мною интерес к жизни. Мне и не верилось, что я смогу когда-нибудь снова полюбить, но это произошло, вот только объект моей внезапно вспыхнувшей страсти оставался равнодушен. Судорожные попытки сделать что-то, чтобы привлечь к себе внимание, выделиться из окружающей серой толпы и натолкнули меня на мысль о похищении ребенка.

Заставить Марианну сходить с ума от тревоги, а ее папашу – от невозможности хоть как-то облегчить эти муки… Этот дьявольский план давал мне выход из тупика, находиться в котором дальше казалось невозможным. Да еще деньги. На сто тысяч долларов можно начать жизнь сначала вдалеке от этих унылых мест. И эта сумма стала бы прекрасным аргументом, побуждающим уехать со мной человека, без которого вся моя дальнейшая жизнь лишена остатков смысла.

Заставить Лизу уйти со мной было несложно. Девчонка прекрасно меня знала и не боялась. Расположение уличных камер было отлично мне известно, так что не попасться на них оказалось делом техники, да и маскировка в виде макинтоша и резиновых сапог, предусмотрительно купленных заранее, помогла отвлечь внимание. Меня никто не мог узнать в таком виде. Никто и не узнал.

Девчонка раскапризничалась все-таки, когда мы уже были за задней калиткой. То ли почувствовала что-то, то ли просто обладала вредным характером. Она начала упираться, уронила куклу, одного из тех плюшевых уродцев, по которым все будто сошли с ума. Держать девчонку и доставать куклу из канавы совсем неудобно, и именно в этот момент, видимо, у меня и выпал из кармана рецепт на выписанное мне лекарство.

Девчонку мне пришлось усыпить хлороформом, который был припасен именно на этот случай. А что касается рецепта… Мне повезло, что к тому моменту, как эта приезжая выскочка нашла и Лабубу, и рецепт, он размок настолько, что на нем фактически ничего не читалось. А то, что читалось, эта курица не запомнила. Однако она в любой момент могла вспомнить…

Кроме того, она раздражала меня самим фактом своего существования. На нее все обращали внимание, и стерпеть это было совершенно невозможно. Моя первая попытка заставить ее навсегда замолчать провалилась. Кристина Волина, дочка еще одной фифы и выскочки, появилась не вовремя, спугнув меня громким криком. Рука дрогнула, и удар прошел по касательной.

Рецепт, прямо указывающий на меня, мне удалось украсть, а заодно подсыпать лекарство, то самое, что было выписано мне для облегчения моих симптомов. Глупый врач не знал, что их может облегчить только исполнение моих планов. Но провидение опять сыграло на стороне этой питерской штучки. Вместо нее морс с отравой выпила Светлана, тоже противная баба, но все же ни в чем не виноватая.

В моем спектакле ей предстояло сыграть совсем другую роль, недаром макинтош и сапоги я подкинул именно на их с мужем участок, но вышло как вышло. Говорят, что врачи не дали ей помереть, откачали, и сейчас Светлана уже приходит в себя в больнице. Меня это не огорчило, потому что никакой ненависти к ней у меня нет. Не померла и пусть себе живет дальше.

Екатерина Ильинская – это другое дело. Третья попытка избавиться от нее тоже закончилась провалом. Бутылка с горючкой, брошенная в окно ее спальни, не нанесла никакого особого ущерба в первую очередь потому, что выскочка, как говорили, испугалась и уехала обратно в Питер. Пожалуй, на этом бы оставить ее в покое, на расстоянии она не могла причинить мне никакого вреда, однако выяснилось, что она на самом деле не уехала, а спряталась, причем здесь же, в Излуках.

Что ж, она сама напросилась, так что в самое ближайшее время с ней придется разобраться, но для начала нужно закончить с девчонкой. Это самый узкий момент моего плана: что делать с Лизой, если Гуляев выполнит свое обещание и заплатит. Отпускать