Уснуть - Келли Тейлор

Увидев меня, она останавливается и с надеждой спрашивает:

– Можно мы сейчас поужинаем, пожалуйста?

Я никак не могу осознать происходящее. Мы тут говорим о еде, а наверху, в одном из номеров, прячется та, кто хочет меня убить.

– Анна, – громко чеканит Джо, стоя у подножия лестницы, – все уже проголодались. Надо поесть.

Скорее всего, ему кажется, что я не в себе и творю невесть что.

– Конечно, – с трудом говорю я. – Давайте поедим.

Когда на пороге столовой появляется Кристин, я едва сдерживаюсь, чтобы не закричать. Проходя мимо Кэти, сидящей с краю, она тепло улыбается ей и садится рядом, прямо напротив Джо. Продолжая все так же улыбаться, она заговаривает с ним:

– Вы уже что-нибудь прочитали?

Я вся сжимаюсь. Пожалуйста, молю я про себя, откидываясь на спинку стула, чтобы лучше видеть их из-за сидящей между нами Мелани. Пожалуйста, Джо, спросите Кристин, не найдется ли у нее еще одного экземпляра.

– Пока нет, – устало отвечает Джо. – Может, начну после ужина.

– Вам должно понравиться. – Кристин смотрит на меня. – Анна, а вы любите стихи?

Как только я собираюсь ответить, из кухни выходит Фиона с полной кастрюлей в руках, и все замолкают. Она накладывает нам пасту с тунцом, а затем занимает свое место в конце стола. Сидящий напротив меня Малкольм яростно уплетает свою порцию, не отрывая взгляд от тарелки. Я же еле-еле ковыряюсь вилкой в еде.

– Что, Анна, нет аппетита? – спрашивает Кристин. – Смотрите, как бы кто другой не съел.

Гости смеются, а я чуть не плачу. Никто за этим столом не поверит мне, если я расскажу, кто такая Кристин на самом деле. Она запудрила всем мозги, а книга – мой единственный шанс доказать свою правоту. Обыскивать ее номер еще раз бесполезно. Сборника там точно нет. Кристин знает, что я его видела, и наверняка спрятала его куда-нибудь, где мне ни за что его не найти. Может быть, сейчас он даже при ней.

– Подождите, не уходите, – говорит Фиона, когда Джо заканчивает свой ужин и встает из-за стола. – У нас еще будет небольшой десерт.

Джо садится на место, а она спешит на кухню. Через некоторое время Фиона снова появляется перед нами с подносом в руках. На нем стоят восемь кружек, от которых поднимается пар.

– Горячий шоколад, – поясняет она. – Мы тут нашли в недрах буфета немного сгущенки. Знаю, что многие мечтали о чем-нибудь сладеньком. Надеюсь, сегодня все будут довольны.

Одни при виде кружек оживляются, другие смотрят на них с меньшим энтузиазмом. Малькольм вообще относится к напитку с подозрением: сначала дует на него, затем опускает в него палец и пробует на вкус. У меня нет аппетита, но поскольку я не помню, когда в последний раз пила что-нибудь подобное, то делаю глоток, потом еще один.

Кэти немного отпивает из своей кружки и изумленно приподнимает брови:

– А неплохо.

В ответ Фиона смеется:

– Ого, это дорогого стоит.

– Фиона, очень вкусно, спасибо, – говорю я, допивая горячий шоколад, после чего встаю и беру свою тарелку с пастой.

– Что вы делаете? – спрашивает она, видя, что я иду на кухню.

– Убираю за собой.

– Но у вас же болит рука! Оставьте, мы уберем.

– Да все хорошо.

Толкнув кухонную дверь здоровым плечом и зайдя внутрь, я направляюсь к раковине, но тут мне навстречу бросается пушистый комочек. Он чуть не сбивает меня с ног. Пытаясь удержать равновесие, я налетаю на мусорное ведро и сшибаю его.

– Прости, малыш.

Встав на колени, я заглядываю между холодильником и стеной, туда, где стоит гладильная доска. Кот забился в угол, прижавшись к ней спиной. Я ласково зову его, но он не выходит. Кажется, он не пострадал, хотя вид у него довольно злой. Оставив кота в покое, я достаю из ящика черный пакет и начинаю собирать в него выпавший мусор. Я машинально кидаю туда очистки от овощей, баночки от напитков, какие-то тюбики, консервные банки, пустой блистер от таблеток и грязную обертку. Перед тем как поднять с пола почерневшую банановую кожуру, я вдруг замираю на месте, а затем вытаскиваю из пакета блистер. «Диазепам». Он же «Валиум». То самое лекарство, которое пропало из номера Тревора.

Следя краем глаза за дверью, я быстро засовываю остатки мусора в ведро и снова беру пустую упаковку от таблеток. Могу поклясться, что раньше ее здесь не было. Я уверена в этом, потому что лично выносила мусор в прошлый раз и оставила заднюю дверь открытой на случай, если Тревор вдруг решит осторожно пробраться в отель за едой. Но кто выкинул блистер? Гости постоянно приходят на кухню, чтобы перекусить или налить себе что-нибудь горячее. На плите стоят три кастрюли: одна пустая, в ней, скорее всего, варили макароны, в другой – размазанный по дну и стенкам томатный соус с тунцом, в третьей – застывший горячий шоколад. В голову закрадывается тревожная мысль. Зачем было красть таблетки у Тревора и держать их у себя, если не _собираешься их использовать? Я беру с испачканного шоколадом стола деревянную ложку и провожу ею по дну кастрюли. До сегодняшнего дня у нас не было никаких десертов после ужина. Либо это всего лишь совпадение и у меня паранойя, либо я только что выпила шоколад, в который добавили «Валиум».

Я смотрю на оставшуюся после готовки грязную посуду, сваленную в кучу рядом с раковиной. На разделочной доске, на которой, судя по запаху, резали чеснок, нет ничего, кроме засохшего сока от помидоров. С ножами тоже все нормально. Пока я разглядываю вилки и ложки, кот выбирается из своего укрытия и начинает тереться о мои ноги. Положив приборы, я окидываю взглядом тарелки, миски и сковородки, пока наконец мне на глаза не попадается одинокая чайная ложка, лежащая между сушилкой для посуды и кафельной стенкой. Я беру ее и уже хочу бросить обратно, как вдруг замечаю на ее поверхности тонкий белый налет. В тот момент, когда я дотрагиваюсь до него, дверь в кухню со скрипом открывается.

– У вас тут все хорошо? – Взгляд Фионы скользит по кухне: от кафельной стенки к мусорному ведру, затем к моей кружке, стоящей на столе. – Я пришла помочь.

– Кто готовил горячий шоколад? – спрашиваю я, показывая на кастрюлю. Моя рука дрожит.

– Что?

– Кто его готовил?

– Ну, я делала пасту, а горячий шоколад – Кристин.

Услышав это, я выхожу из кухни в столовую.

– Анна, все в порядке? – кричит Фиона мне вслед.

Чувствуя на себе взгляды всех присутствующих, я стараюсь идти медленно и спокойно, но, как